Артем Рыжков: «Не исключаю, что у нас в очереди будут стоять люди с велосипедами»

— Около 50 фильмов, и где-то 23–25 стран, не знаю пока точно — я еще не занимался этой «бухгалтерией». То есть, по размерам мы не падаем, мы боимся стать больше. Возможности есть, но беда заключается в том, что мы понимаем: человеку очень трудно выбирать — он смотрит на нашу программу и понимает, что хочет посмотреть очень много, а посмотреть за 16 дней 50 фильмов совершенно невозможно. Более того, даже 16 фильмов за 16 дней посмотреть невозможно. Поэтому мы просто боимся, что в результате какие-то люди посмотрят самые лучшие картины, обязательные к просмотру, а кто-то сделает ошибку и придет на что-то такое, что, может быть, не так важно. Поэтому мы постарались, чтобы в этот раз все фильмы были важными.

— Конечно, они на всех уровнях есть, потому что мы за просмотр платим деньги. Есть ряд фильмов, за которые мы заплатили больше всего, потому что считаем, что их абсолютно необходимо показывать и смотреть в рамках нашего фестиваля. Во-первых, это фильм открытия. У нас вообще этот фестиваль проходит под сквозной темой «Любовь», и 90% фильмов посвящены данной теме. Даже если фильм не связан с любовью, то в любом случае с любовью к чему-то он все-таки связан. Наверное, как и любой фильм, который снимается — все равно это какая-то любовь: человека к человеку, или к собаке, или к своему дому, родине и так далее. И мы пытаемся говорить этим фестивалем именно эту тему, чтобы люди задумывались об этом, когда они идут к нам.

Причем, мы открываем фестиваль фильмом Михаэля Ханеке, который так и называется «Любовь». Фильм в этом году победил на Каннском кинофестивале, получил «Золотую пальмовую ветвь». Это не та романтическая любовь, к которой мы привыкли в кино, особенно в голливудских фильмах, это любовь живых людей, которые уже немолоды, которые понимают и ощущают свою смертность. То есть, понимают конечность любви, связанную не с тем, что они разлюбили друг друга, а с тем, что один из них может уйти из жизни раньше другого.

Это на самом деле довольно смелый поступок — открывать фестиваль такой картиной, потому что обычно даже самые радикальные фестивали все-таки пытаются задавать настроение фильмом, который заставит всех почувствовать feel good. Даже Каннский фестиваль в этом году открывался легкой, наивной, почти детской комедией «Королевство полной луны». Мы поступили совершенно иначе. Я в этом смысле не жалею, потому что заметил — все-таки уже восьмой год делаем фестиваль, — что многие люди, особенно VIP-персоны, приходят только на открытие. Ну потом еще могут на закрытие придти. И поэтому я из всех фильмов выбрал тот, который посмотреть нужно как раз VIP-персонам обязательно (смеется). В том числе, VIP-персонам, конечно. И будет обидно, если люди его пропустят, подумав, что мы на открытии покажем что-нибудь легкое и создадим ощущение, что у нас фестиваль — развлечение.

У нас фестиваль — не только развлечение. Одна из основных идей, которую я на протяжении восьми лет пытаюсь донести: мы стараемся показывать кино, которое заставляет нас думать новые мысли. Те, которые мы никогда не думали. Можно смотреть фильмы только ради развлечения, удовольствия, веселья, спецэффектов, определенного качества, но все-таки если это фестиваль, то это немножко другая история, как мне кажется. Это не домашний просмотр и не романтический вечер с подругой. Задача данного фестиваля — рассказать о каждой из стран Евросоюза, который нас окружает, через кино, заставить нас понять, что это такое, и заодно понять, насколько мы отличаемся, и, может быть, что-то от них перенять. Плюс, подумать те современные мысли, которые в этом году пришли режиссерам и сценаристам в голову. Это не значит, что мы никогда не задумывались о любви, но вот так, как это сделал Михаэль Ханеке в своей картине, я думаю, большинство из нас не думало. Ну или старается не думать, потому что все боятся думать о смерти.

— Да, в рамках «Недели французского кино» будет ретроспектива актрисы Натали Бай, одной из французских кинодив. Будут и из других стран не самые свежие фильмы. В принципе, наша идея заключается не в том, чтобы показать самое новое, а в том, чтобы из всего возможного, что мы могли бы показать, показать самое лучшее. Если так оказывается, что в какой-нибудь стране в 2010-м, 2011-м и 2012-м годах сняли три фильма, и все они неудачные, то мы покажем удачный из 2009-го.

— Нет, мы ее поставили в рамки фестиваля, и «Неделю» не следует рассматривать как отдельное entity. Она в других городах действительно проходит отдельно, но у нас в буклете «Неделя французского кино» никак не выделяется на фоне всего фестиваля. И не хотелось бы, чтобы было такое ощущение… Я понимаю, что в определенном смысле французское кино — оно всегда перевешивает. Во-первых, мы исторически всегда любили французское кино, во-вторых, оно действительно самое успешное в Европе. И во Франции очень много снимают. Там так здорово устроен процесс кинопроизводства, что они в год могут снимать сотню-другую фильмов очень высокого качества. Поэтому оно несколько перевешивает.

Но это не значит, что другие фильмы чем-то хуже. И мне в данном фестивале кажется особенно интересной возможность открывать страны Евросоюза с киностороны. Мы знаем Польшу например, но знаем ли мы современное польское кино? Вряд ли. Латвия. Мы иногда ездим в Ригу. Что мы там знаем кроме Домского собора? Практически ничего. А здесь будет возможность встретиться с классиком латвийского кино — к нам приедет Ивар Селецкис, который покажет два документальных фильма, нашумевших на весь мир в свое время. Первый называется «Улица Поперечная», а второй — «Новая улица Поперечная».

— Будут еще анимационные проекты внутри Future Shorts и среди лучших фильмов премии Люпен. Так получилось, что Эстония предоставила нам свою знаменитую на весь мир кукольную анимацию, которая сделана как для детей до 7 лет, так и для школьников, и для взрослых. Вся эта анимация — на эстонском языке, и она будет субтитрирована на русский язык. Я вот сейчас думаю, как дети до 7 лет будут читать субтитры? Надеюсь, что это будет немая анимация, которую дети будут смотреть, открыв свой семилетний рот от удивления, видя что это совсем другое. Потому что дети у нас сейчас растут на довольно похожих мультфильмах. Как бы нам ни нравились «Немо» и «Шрек», методы, мысли и способ донесения основных ценностей в них одинаков. Это очень плохо. И мне кажется, что кукольная эстонская анимация будет в этом смысле очень познавательной.

— Редко удается пригласить кого то, кем с детства восхищался сам. Я впервые увидел Армина Мюллер-Шталя в начале 90-х годов, когда мы показывали фильм с его участием по одному из местных телеканалов — не скажу, что мне тогда понравился фильм, но сразу запомнился взгляд человека, его пронзительные, бездонные синие глаза. Сразу тогда показалось, что это спецэффект, такого не бывает. Потом я увидел фильм, который мне очень понравился, где я этого актера уже начал узнавать… У нас же разные степени узнавания. Есть ряд актеров, чьи имена мы не помним, но помним, как они выглядят. Я очень хорошо помню генерала из «Такси», которого мы привезли в свое время на фестиваль Unifrance. Никто не знал, как его зовут. Мы упоминали его во всех роликах без особого эффекта, но как только напечатали его фотографию, все сразу рванули на встречу с ним.

С Мюллер-Шталем у меня была похожая ситуация: «А, это же тот, с пронзительно-синим взглядом». Это был фильм Джима Джармуша «Ночь на Земле», где он играет таксиста в забавной шапке-ушанке. Потом я стал смотреть его больше, посмотрел фильм с которым он номинировался на премию «Оскар» — «Блеск», мы будем его показывать на фестивале — и потом я узнал, что он, собственно, отсюда родом, что он родился в Тильзите в 1935 году. Понятно, тогда еще не было мысли его пригласить. Потом он сюда приехал; его сделали почетным жителем Советска, он подарил музею города выставку своих литографий — ее, кстати, можно будет посмотреть в художественной галерее параллельно с фестивалем. Поэтому все так складывается, ты постепенно узнаешь человека. Когда он сюда приехал в первый раз, я с ним встретился и увидел, что его синие глаза — это не спецэффект. Они настоящие.

Помимо Мюллер-Шталя у нас в гостях будет режиссер из Венгрии, который представит свою сатирическую комедию «Лапша на уши». Потом у нас будет норвежско-шведское трио со всемирно-известным джазовым музыкантом. Это Мэтс Густаффсон, один из самых сильных духовиков в мире, и он точно самый громкий на свете — говорят, пробки из ушей вылетают, можно не ходить в больницу. И это абсолютная правда. Когда он играл в Вильнюсе пару лет назад, людей как Соловьем-разбойником из зала выдувало. Это фри-джаз, это панк, это авангард, это эксперимент. Поскольку больше у нас фри-джазовых концертов в городе не бывает, мы стараемся раз в полгода эту музыку сюда привозить. И это, собственно говоря, самое крупное из современных имен, которое можно в данном направлении представить.

Потом у нас будет открытие первой большой велопарковки у нас в городе, что, мне кажется, является событием колоссальных масштабов и значения. Я даже думаю, что в каком-то смысле это перевешивает по значению кинофестиваль. Потому что кинофестиваль уже восьмой, а это, можно сказать, первая велопарковка. Пора бы задуматься, что по городу уже невозможно ездить в силу разных обстоятельств, и в том числе, в силу гигантской загруженности. Поэтому если часть города пересядет на велосипеды, им будет где эти велосипеды припарковать, это не только разгрузит город, но и сделает его чище. И вообще это дружелюбный вид транспорта. Я никогда не видел, чтобы велосипедисты друг на друга орали.

— Да, еще будет «Фотосушка». Тема уже определена: «Жизнь — это выбор». Мы постарались сделать так, чтобы ее можно было понимать насколько угодно широко и насколько угодно оригинально. Так что, в принципе, приносить можно практически все, но другое дело, что победитель будет оцениваться с точки зрения оригинальности решения и отношения к теме — мы впервые делаем «Фотосушку», где у нас будет победитель, и будут какие-то призы.

-Да, они будут. Мы взяли очень удобный, как мне кажется, вариант: пять фильмов — 750 рублей. По 150 рублей за фильм. А так цена билета в малый зал будет 200–250 рублей, в большой — 250 рублей. Более того, мы поддержим велосипедистов, которые приедут к нам на фестиваль на велосипедах и припаркуются на нашей новой парковке. Для них не будет необходимости покупать абонементы, а цена все равно будет 150 рублей за фильм. Единственное, что я пока не знаю, как мы их будем отличать. Мы долго думали, какой же объект есть у каждого велосипедиста: ключ от велосипеда или какие-то особые ботинки — никак не можем понять, что же это такое, чтобы человек мог подойти к кассе не с велосипедом, а с этим предметом и сказать: «Я велосипедист». Но может быть, не исключаю, что у нас в очереди действительно будут стоять люди с велосипедами. Мне кажется, это забавно.