«Будем разговаривать»: владелец дома Мюллера-Шталя — о требовании Алиханова

Фото — «Новый Калининград»

В пятницу, 9 августа, губернатор Антон Алиханов в довольно резкой форме потребовал представить ему собственника аварийного здания в Советске, где некогда родился и жил известный актер Армин Мюллер-Шталь. Владельцем здания оказался калининградский бизнесмен Павел Резниченко. «Новый Калининград» поговорил с предпринимателем о том, зачем ему понадобился разрушающийся дом и почему с ним невозможно ничего сделать.

— Вам уже известно, что губернатор в довольно резкой форме вызвал вас для разговора по поводу дома Армина Мюллера-Шталя в Советске?

— Я еще не в курсе.

— Собираетесь к нему на встречу?

— Я вообще полтора месяца назад отправил письмо в администрацию области, в администрацию Советска с просьбой помочь решить вопрос с этим зданием. [Я написал] большое письмо на нескольких страницах. Правительство переадресовало это письмо в Советск. А из администрации Советска пришел ответ, что у них нет финансирования и чем-либо помочь, что-либо сделать они не могут. Там заявили, что они не могут его ни обратно выкупить и на городской баланс поставить, ни помочь с какими-то проектами. А так я, конечно, готов встречаться. Но вообще я сам уже давно эту инициативу проявил, только никаких предложений встретиться и обсудить судьбу здания мне не поступало. Я жду и готов.

— Чего вы ожидаете от встречи с Антоном Алихановым?

— Я не знаю, не могу ничего ожидать. У меня уже есть официальное письмо, где я просил о помощи. Будем разговаривать. Если [у властей] будет возможность помочь, то отлично. Если это только пиар..., то не знаю, посмотрим. Я сам заинтересован в разрешении этого вопроса.

— О какой конкретно помощи шла речь в письме, которое вы написали властям?

— Там целый список был, я сейчас подробно не помню. Я просил, чтобы они рассмотрели возможность взять здание на баланс города. Но мне в неофициальной беседе сказали, что в Советске таких зданий десятки и у муниципальных властей нет средств, чтобы их содержать или ремонтировать. Еще одно им не нужно.

— В каком году вы купили дом Армина Мюллера-Шталя, и сколько вы за него заплатили?

— По-моему, я купил его в 2014 году. Сумма была немаленькая, так скажем. Тогда еще строилась [Балтийская] атомная электростанция в Неманском районе, были необходимы жилые площади для размещения работников станции. Был план сделать ремонт в здании и сделать из него что-то вроде апартаментов, чтобы сдавать потом жилье сотрудникам БАЭС. Был серьезный запрос на жилье для них.

Тогда все считали, что с появлением «атомки» область наконец заживет. Я тоже был охвачен этой эйфорией, хотел помочь и городу, и людям, сделав апартаменты Была куча инвесторов, желающих войти в этот проект. Были даже люди, которые готовы были купить квартиры уже на этапе реконструкции здания. Но буквально через несколько месяцев после покупки прошла информация, что строительство атомной станции заморожено, и все сотрудники (а там работало около 5 тыс. человек) разъехались. А проект апартаментов в итоге пришлось свернуть.

— Что вы решили делать со зданием, когда стало понятно, что проект Балтийской атомной электростанции оказался под угрозой и жилье уже никому не нужно?

— Никто до сих пор официально строительство Балтийской атомной электростанции не отменил. Была надежда, что строительство «разморозят». Мы ждали некоторое время. А сейчас понятно, что надежды никакой нет, хотя мы рассчитывали на перемены. В самом здании я сделал кое-какие косметические работы, мы подлатывали крышу несколько раз, забивали окна, чтобы никто туда не лазил. Но их регулярно ломают местные жители. В сентябре 2018-го я риелтора попросил выставить здание на продажу. Было несколько звонков и встреч [с возможными покупателями], но пока что покупателей нет. Сейчас я готов рассматривать любые инвестиционные предложения, все что угодно.

— А такие предложения вообще поступали?

— Пока нет.

— Как вы относитесь к тому, что Алиханов потребовал лишить вас права собственности на здание? Он попросил Службу охраны памятников инициировать работу в этом направлении.

— Со Службой охраны памятников мы уже два года общаемся, ведем переписку — в чем-то они помогают и консультируют. Также они меня уже два раза оштрафовали на существенную сумму за то, что не ведется реконструкция, выдавали предписания. У них есть мои телефоны, контакты. Проблемы найти меня вообще не существует. Я всегда посещаю их без всяких повесток и вызовов, просто достаточно позвонить. Встреч с представителями Службы охраны памятников я не избегаю.

Теоретическая возможность лишить меня права собственности есть. Через суд они могут вернуть здание администрации Советска, та выставит дом на аукцион и продаст. Здание досталось мне в плачевном состоянии и было разворовано задолго до того, как я его купил.

— Но вы при этом потеряете деньги, вложенные в покупку объекта?

— Нет, на самом деле, за вычетом расходов, деньги возвращаются. Мы это обсуждали, и власти Советска говорили, что объективно на аукционе дом невозможно продать. Они это прекрасно понимают. Сейчас мне предписано спроектировать реконструкцию объекта. Только это стоит 5 миллионов рублей. Физически у меня денег таких нет.

— Вы не почувствуете давления на себя, на свой бизнес (по словам Павла Резниченко, он в том числе занимается телекоммуникациями и компьютерными технологиями — прим. ред.) после столь жесткого высказывания губернатора? «Дайте мне его сюда!» — звучит устрашающе и нагло.

— Еще раз подчеркну, на меня уже два года давит Служба охраны памятников. Причем давит не просто там какими-то высказываниями, а напрямую меня штрафуют, вызывают, устраивают проверки. Это реально ощутимо.

Текст — Олег Зурман, «Новый Калининград»



Комментарии к новости

prealoader
prealoader

Кремль и большой предмет

Замглавного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, что происходит, когда власти пытаются бить гражданское общество.