Историк моды Александр Васильев: «В моде сегодня русские деньги, а не русский стиль»

Известный историк моды, декоратор, сценограф, коллекционер, телеведущий, автор популярных книг и практически наш земляк Александр Васильев посетил Калининград со своим моноспектаклем «Загадка Коко Шанель». «New You» встретились с маэстро, чтобы задать свои вопросы о моде и узнать о его работе и доме, русских женщинах и их волосах, детях и их одежде и о всемирной победе денег и мусульманства.

Со мной работают 25 человек. Они-то для меня повсюду и рыскают. Вот недавно отыскали часть гардероба актрисы Турчаниновой — это была знаменитая старуха Малого театра. Она родилась в 1870 году, а умерла в 1963. У нее не было детей, и соседи по даче забрали ее гардероб и не трогали 40 лет. А сейчас его передали в мою коллекцию. Я счастлив!

Каждый раз на блошином рынке я приобретаю минимум 20 предметов — у меня массовые закупки.

Кенигсберг был глубоко провинциальным городом и глубоко буржуазным. Он никогда не славился большим дизайном, большими магазинами. Я знаю только одну женщину, которая бывала в Кёнигсберге в 1930-е годы, — это балерина Ксения Триполитова, ей сейчас 96 лет. Она рассказывала, что тогда разницы между Берлином и другими немецкими городами не было. Но и Берлин не мог похвастаться своими модами, потому что немецкие моды — это кондовые моды: одежда для тепла, удобства и для того, чтобы не знала сносу всю жизнь. Берлин — это вам не Париж и не Милан. Немцы вообще к моде имеют отдаленное отношение.

Около 30 лет я собирал коллекцию фотографий детской моды. Сейчас у меня около 10 тысяч снимков от 1850-х годов до наших дней — на их основе я сделал одну из своих последний книг «Детская мода Российской империи». Тогда, в отличие от настоящего времени, детская мода существовала.

Сегодня мы лишаем детей детства, потому что хотим, чтобы ребенок в 2 года знал компьютер, говорил по-английски, а в три года желательно водил машину. Современные дети — это маленькие взрослые, а их одежда — это просто мини-мода. Это напоминает XVIII век — тогда девочки тоже носили корсеты и декольте при отсутствии груди, надевали дорогие украшения и пудрили волосы — то есть, были седыми в пятилетнем возрасте. Если мы не хотим роста педофилии, нельзя, чтобы дети выглядели слишком взросло.

Большая ошибка мамы — желание, чтобы ребенок выглядел «лучше всех». И еще нельзя одевать девочку в капроновое платье и говорить: «Ты — моя принцесска»! Потому что принцессы — это дочери королей, а не водопроводчиков. Все это приводит к комплексам и глупым мечтам выйти замуж за принца. 

В моде сегодня русские деньги, а не русский стиль. Просто у таких дизайнеров, как Ульяна Сергеенко, которые олицетворяют этот стиль на мировом подиуме, очень много денег — от семьи или от мужчин. А русские деньги нравятся всем — на Западе особенно!

В России за модой не следят — здесь чаще люди одеваются для тепла, кроме, пожалуй, продвинутой молодежи — околомодной и околоклубной. Однако в целом горожане стали выглядеть гораздо более стильно, чем раньше. Уже нет такого большого отрыва от Европы, потому что вся одежда импортная или косит под нее.

В крови у русской женщины — носить кокошник. Вместо него сейчас каждая норовит покраситься и иметь на голове фальш-волосы разных цветов. Это единственное, что вместе с ярким макияжем выделяет сейчас наших женщин за границей. А еще они очень боятся седых волос, потому что им кажется, что с такими волосами они себе мужчину не найдут.

Сейчас во Франции люди никак не выглядят! Там столько модельной одежды распродается на блошиных рынках — как никогда! Это значит, что люди уже продали и свои сервизы, и серебро, и настал черед одежды. Обычно это происходило, когда умирало поколение, ведь платья — это так интимно! А теперь продают вещи 80–90 х годов — это поколение еще не ушло, но просто очень кушать хочется.

Я рекламирую шубы. За деньги.

Программа «Модный приговор» — это «магический пинок» для женщины, потому что ей показали, какой красивой она может быть. И не только ей — ее родственникам, что еще важней.

Для большинства женщин в России одежда — это способ найти себе пару. Здесь по официальной статистике на 55% женщин приходится 45% мужчин, а в реальности этот разрыв еще больше. Поэтому в России женщины часто идут на крайние меры, и эти крайние меры плохо выглядят.

Главная проблема русских женщин не отсутствие стиля, а вульгарность. Ведь вульгарность — это тоже стиль, просто я его не рекомендую использовать.

В моде — гранж: тяжелые ботинки, вещи не по размеру, плотные ткани. Но этот стиль не приживется в нашей стране, потому что, глядя на женщину в такой одежде, мужчина не понимает, на что потрачены его деньги. А при таком численном превосходстве женщин нет смысла что-то мужчине объяснять, потому что, как только женщина скажет ему хоть что-то поперек, он «перелистнет эту страницу и перейдет к следующему стихотворению».

Мои ученицы — женщины состоятельные. Вот недавно мы были вместе в Провансе, и одна из них меня поразила тем, что купила внушительный изумруд в 14 каратов без «звонка другу». Я спросил: «А вам не надо ни с кем посоветоваться?» Она ответила: «Мои деньги — что хочу, то и делаю».

Мусульманство уже победило. В 2012 году самым популярным мужским именем в Бельгии было Мухаммед, а Москве — Ахмед. И если вы посмотрите последние показы весна-лето 2013/2014 гг., то многие дизайнеры предлагают женщинам платочек на голову. Начнем с яркого платочка, а потом платочек станет побольше….Я совершенно не сомневаюсь, что это — закат Европы.

Я приобрел недвижимость в Зеленоградске в середине 2000-х. Моя подруга детства купила здесь квартиру в немецком доме 1913 года, а рядом продавалась соседняя, и она мне ее порекомендовала. Я обставил свои апартаменты старинной мебелью, у меня много живописи, портретов королевы Луизы. Я очень редко здесь бываю, хотя даже с собачкой приезжал. Красивое море, пляж... На днях зашел в продуктовый магазин в Зеленоградске, продавец меня узнала и удивленно спросила: «Чего это вы тут делаете?» — «Я живу на соседней улице».

Текст — Анастасия Гончарова, фото — Виталий Невар

Справка

Самое читаемое:

Источник: Новый Калининград.Ru