Возвращение к Чехову

Многие  астрологи утверждают, что есть в нашей жизни счастливые числа. К примеру -  5, 7, 9...  Мы, люди творческие, часто бываем суеверными ( что уж точно никому не мешает)  и можем сказать, что и пятый, и седьмой сезон ( как, впрочем, и  все  другие) были для Калининградского областного театра  на Бассейной счастливыми. Надеемся, что и начинающийся девятый сезон будет  удачным для театра и интересным для зрителей. Ближайшие планы:  открываемся  25 сентября так прекрасно принятым  калининградцами «Евгением Онегиным», а новая музыкальная работа театра  оперетта  «Принцесса цирка» или «Мистер  Икс» И.Кальмана состоится в декабре ( в традиционные числа дня рождения нашего театра). 9 октября театр представит на суд зрителей премьеру комедии Антона Павловича Чехова «Вишневый сад»  в постановке Анны Трифоновой. По ее замыслу это  будет  именно комедия и - ВОЗВРАЩЕНИЕ  К  АНТОНУ ПАВЛОВИЧУ ЧЕХОВУ.

«Одно могу сказать: сгубил мне пьесу Станиславский. Ну, да бог с ним...»
А.П.Чехов  в письме  О.Л..Книппер-Чеховой 
о спектакле «Вишневый сад»  во МХАТе

Всякая пьеса, а особенно  вошедшая в фонд мировой классики, как человек,  имеет свою биографию и судьбу.  Что касается  «Вишневого сада»,  так случилось, что это  последнее  драматическое произведение, написанное  А.П.Чеховым.  Да  и  произошло  это   накануне  его ухода из жизни. Отсюда и целая круговерть  исследовательских работ, в которых, надо сказать и до сей поры не прекращаются споры о том, что хотел сказать автор, какое  настроение вложил он в поступки и слова персонажей, каков  жанр пьесы по его ощущению, а главное - желанию  самого автора.

Обратившись же хотя бы к переписке  Антона Павловича  и Ольги  Леонардовны Книппер-Чеховой 1902-1903 годов, тут же обнаруживаешь такие строки:  «Почему на афишах и в газетных объявлениях моя пьеса так упорно называется драмой? Немирович и Алексеев (Станиславский) в моей пьесе видят положительно не то, что я написал, и я готов дать какое угодно слово, что оба они ни разу не прочли внимательно моей пьесы...». Таким образом, сам автор настаивает на том, что «Вишневый сад» является комедией. Этот жанр вовсе не исключал у А. П. Чехова серьезного и печального. Станиславский, очевидно, просто « нарушил чеховскую меру в соотношении драматического с комическим, грустного со смешным»...

О самом творческом настрое Чехова  в канун премьеры «Вишневого»,  говорит хотя бы такой разговор  Антона Павловича с Алексеем Максимовичем  Горьким:  «Озорную штуку вы выкинули, Антон Павлович. Дали красивую лирику, а потом вдруг звякнули со всего размаха топором по корневищам: к черту старую жизнь! Теперь, я уверен, ваша следующая пьеса будет революционная!

-  Нет уж, Алексей Максимович!  Я буду писать водевили, - шутливо сказал Чехов. - Может быть, даже оперетты. В первую очередь на  ваш, горьковский сюжет "На дне". Сатин у меня будет петь:   «Эка, эка!  Жалко человека!»

В последствии, многие режиссеры пытались воплотить желание Антона Павловича о комедийности «Вишневого сада».  Разумеется, были попытки успешные. Их не так много и потому они сразу запоминаются  и зрителями, и критикой. Не станем перечислять эти  успехи. Но непременно отметим  «Вишневый сад» в постановке Марка Захарова  и фильм  Сергея Овчарова «Сад». Разный подход к Чехову.  Хотя  у обоих режиссеров значится:    комедия...   Жанр, вроде бы один. а результат разный.

В интервью  Санкт-Петербургскому театральному журналу  Марк Захаров о «Вишневом саде»  сказал следующее: «Вишневый сад» , конечно же,  комедия. Как было подступиться к этому?  Директор нашего театра подходил к этому «радикально». Он  все время мне говорил: «Марк Анатольевич, а хорошо бы нам поиграть с названием. Например, «Случай в Вишневом саду». Или – «Вот так семейство», «Хрустальный дом развалился». Почему бы не придумать какое-то свеженькое название?!»... Я это игнорировал.  Ведь  есть «Гамлет», который играют во всем мире, есть равносильный Шекспиру «Вишневый сад», который играется на всех континентах.  В Москве сейчас несколько «Вишневых садов», в Петербурге тоже имеются, ну а мы сделали свой. Главное, что побудило взяться за «Вишневый сад» - то, что все театральное пространство России заполнено скучным Чеховым. Великие режиссеры МХАТа вычленили самую грустную, тоскливую, больную тему. Конечно, она там присутствует, но почему должна доминировать? Ведь Чехов написал комедию, хоть это и последняя его пьеса, прощальная. Многое Антон Павлович предвидел, предчувствовал. И если уцелеет планета от наших политических исканий и таяния льдов в Антарктике, то люди и тогда будут удивляться рассказам о выгодах сушеной вишни, познавать и многие другие несуразности трагической чеховской комедии, что стала энциклопедией русской души. В «Вишневом саде» есть все, что мы знаем, все, что мы хотим, все, что должны… Если бы только знать – что мы должны?.. Ведь это вопрос, на который в настоящий момент не может ответить ни наше правительство, ни наши высокие руководители. Очень много у Чехова замешано…».

Что касается фильма «Сад», то здесь мнения явно противоположные.

К примеру:

«Ну не всем же ставить Чехова одинаково. Это видение режиссера...».  

« Осталось замечательное впечатление, "чеховское". Очень трогательно снято, режиссер взял все самое главное, и потом, это ведь не экранизация. Замечательно. И музыка.....мм.....я плакала...»

«Герои какие-то марионеточные, шутовские. Таких героев невозможно воспринимать всерьез, что бы они не говорили. Раневская хороша, в основном, когда молчит - действительно похожа на фарфоровую статуэтку. Жанры перемешаны. То это немое кино, то трюки в стиле Гайдая, то театральные сцены...»

«Вишневый сад" - одна из величайших пьес всех времен и народов, и, как и всякое произведение драматургии, он рассчитан на тесную коробку сцены, а не на бескрайние просторы киноэкрана. Создавая фильм на основе пьесы, режиссер оказывается перед выбором – либо расширить сценический мир, что грозит разрушением сюжета и смысла произведения, либо сохранить театральную статичность действия...».

По поводу мнений можно сказать – сколько зрителей, столько и мнений. А можно присоединиться к последнему: это не спектакль , а фильм. Но, говоря об этих двух обращениях к Чехову,  мы имеем ввиду, что  качество или уровень  «комедийности»  не  одинаков, более  того – весьма различен. Если  Марк Захаров, как истый чеховед, открывает зрителям  внутреннюю «недотепость» персонажей, неординарность их поступков, диалогов, реплик,  неоднозначность  характеров, поставленных в  неуклюжие обстоятельства жизни. То Овчаров  скорее исповедует градус комедийности  в стиле Зощенко, Аверченко и даже иногда приближаясь к  Жванецкому. Никто не говорит, что это плохо.  Но вполне можно утверждать, что для Чехова - слегка прямолинейно. Во всяком случае, для его «Вишневого сада».

Приведем несколько размышлений по поводу комедийности  «Вишневого сада»    Василия Щепетнёва из его  произведения «Последняя шутка».

« Почему последняя пьеса Антона Павловича Чехова "Вишневый сад" – комедия?   Сначала думалось, что это просто производственный термин, мол, комедия – не то, чтобы смешное, а просто не трагедия. В конце концов, револьвер  Епиходова так и не выстрелил, а  Фирса оставили в запертом доме не от забывчивости, а исключительно по недоразумению, синдром семерых нянек, слишком уж много человек о нём хлопотали. Ладно, если Епиходов запоздает, Фирс может позвать людей и через окно. Обыкновенная не-трагедия...  Однако нет, не то. Чехов и намеревался писать смешно, и был уверен, что вышло смешно, местами просто фарс. Антон Павлович переживал, что Художественный Театр и лично Алексеев, он же Станиславский, испортили жизнерадостное зрелище, превратив весёлое представление во вселенский плач. В 1903 году, будучи уже крайне больным, он завершает последнюю пьесу. Жена торопит – быстрее, быстрее. Понятно, промедление смерти подобно буквально, неоконченная пьеса театру не подойдет. Чехову же торопиться не хочется. К чему? Сознавая, что пьеса последняя, он пишет её с удовольствием, пишет и смеется – над жизнью и над собой. Потому что пьеса – автобиография, реальная и альтернативная. Все действующие лица есть варианты Чехова. Лопахин – это вариант процветающий, себе на уме, даже сумевший избежать женитьбы. Но и Раневская, отдающая последние деньги попрошайкам, видящая в служении не очень хорошим людям определенную сладость – тоже он. И Фирс, одинокий, больной в пустом доме – тоже Чехов. Но главный Чехов – это вишневый сад, проданный на корню. Аллюзия на сделку с издателем  весьма прозрачна. Что ж, теперь Чехова, разобьют на дачные участки и примутся с каждой десятины извлекать прибыль.

Чехов писал, и представлял, как будут трактовать историю о вырубленном саде потомки и современники. Деревья увидят все, но кто увидит лес? Не смешно ли?»  

Особый смех  Чехова, не правда ли?  Когда-то, еще на заре рождения театра на Бассейной,  ставя со своими  студийцами  спектакль по мотивам  Антона Павловича  Чехова  «Романс о проданном саде», замечательный российский режиссер Валерий Бухарин  говорил: «У Чехова  персонажи -  люди без кожи... Всё им больно – и  дуновенье ветра, и неловко сказанное слово... Но они люди живые и им ничто не чуждо – ни слезы, ни шутка...».

Спектакль, который ставит Анна Трифонова  интересен прежде всего  с нашй точки зрения тем, что он будет  чрезвычайно близок  к Чехову. Возвращение к Чехову – н модный тезис. А творческая реальность. Если вспомнить  отношение режиссера Трифоновой к русской классике, то всегда на слуху любителей театра будет пример ее постановки «Грозы»   Островского, потому что  за многие десятилетия, Алексей Николаевич  именно в музыкальном театре на Бассейной  удостоен был чести  быть поставленным без единой вымарки в созданной им пьесе!  Скажут, браво за бережное отношение. Однако, вслед за бережным отношением следует и дотошное прочтение, и понимание  классики. А стало быть, и  открытие  автора, сделанное режиссером сегодняшнего дня.

Обращаясь к «Вишневому саду», Анна Трифонова работает  над «чеховским  вариантом» пьесы, то есть над  текстом, неправленным  Немировичем и Станиславским.  Велика ли разница?   Была значит  разница, если  основатели МХАТА все же вносили  свои  правки. Думается, они тогда к Чехову  относились не  как к  классику, а как к другу, который пишет хорошие пьесы.

Анна  Трифонова  относится  к «Вишневому саду », как к классике, как к шедевру, на примере которого многое можно сказать и подсказать людям сегодняшним, задающим себе вопросы о своем житье-бытье...

Остается только пожелать  удачи  театру и зрителям.