Дядя Миша

Теперь все модное и местами гламурное. Многие слова из нашей жизни исчезли бесследно и, я бы даже сказал, бездарно исчезли. Ах, боже мой, Гиляровский да Зощенко - и все их описания контор да ресторанов, быта и просто всего, что было вокруг... А у нас теперь как? У нас теперь офисы, супервайзеры, мерчандайзеры, офис-менеджеры, эйчар-менеджеры, айтишники и всякая остальная офисная гвардия...

И все мы живем в домах под названием "Бизнес-Центр" и у каждого свой номер да свое гордое имя - Юбилейный, Плаза, Чайка, Панормама и еще много-много вариантов... И все мы такие юбилейные и «уплазмованные», отбрендменеджернные да пиаром политые:)

Бизнес-центр в котором обитаю я гордо именуется "Маслобаза". Четырехэтажное красивое немецкое здание, но в жутком состоянии, я бы даже сказал, в кошмарном. Офисы тут недорогие, со многим приходится мириться - туалеты явно не "евро", ремонта не было давно и в принципе не было, но есть одно очень большое преимущество у этого муравейника - это самый центр, центрее некуда. Поэтому и обитает в этом здании много-много народу. Всем просто удобно.

Из достопримечательностей в нашем здании только дедушка-вахтер. Ласково его называют дедушка-коммутатор. Это телефонная система у нас такая, сначала нужно дозвонится до человека на вахте, а он вас соединит по добавочному номеру... Весь этот процесс это натуральный цирк, акробатический рокэнролл, этюд с телефонным аппратом, ибо дедушка-коммутатор глуховат, сильно глуховат, раздражиетелен и искренне может послать вас в жопу, если вы пытаетесь выснить с ним отношения на тему "а какого лешего вы меня неверно соединили". Звать этого святого человека дядя Миша. Лет ему хорошо за семьдесят, лицо у него как у пьющего пожилого Карлсона, походка шаркающе - танцующая, улыбка добрая, перегар стойкий и вечный. Человек он добрый, но бывает и суровым, это если какая-нибудь сволочь пытается поработать дольше двадцати нуль-нуль - тут без вопросов - закрываем этаж и спи, сколько хочешь на своем любимом катающемся стуле, энтузиаст хренов. Так вот.

Говорит дядя Миша быстро, непонятно и слюняво, говорит много и охотно, любит с народом пообщаться. Вообще он добрый очень.

Однажды я видел его очень печальным. Хоть эта фраза реально и не передаст, что я видел на самом деле. Придя утром на работу, я застал дядю Мишу на рабочем месте, он сидел как идол-истукан, в черном мятом пиджаке, спортивных штанах, бледный и серый одновременно, как стена без ремонта уже лет двадцать. И совершенно безжизненный взгляд.

-Ау, дядь Миш, чего спим! Не спать! Косить!
- привет, Димуль...

У него все всегда в уменьшительно-ласкательном формате, несмотря на возраст. Только вот головы он ко мне не повернул, да и сказал это как-то автоматически, не понимая и похоже не желая понимать.

Я пытался сним поговорить, выяснить, а он все так же сидел. Ровно. Не сгибая спины. А потом заплакал. Вот этот вот наш дедушка-коммутатор, заплакал, без слов и звуков, просто. Слезы, как в кино, катились ровными струйками по лицу его морщинистому с красными прожилками то ли от давления, то ли от выпивки.
Люди пробегали мимо, изредка останавливались, спрашивали и уходили. И я ушел. Включать компьютер и работать.
А потом было семь вечера. Я уходил. А дядя Миша так и сидел. Только не плакал уже. Глаза какие то стали у него полупрозрачные. Будто выплакал он их. Не пафос это, такой вот взгляд и был.

- Ну, чего ты дядь Миш
- Дочка у меня умерла. Сегодня.

О чем-то мы поговорили еще немного, что-то он мне пытался рассказать, плакал, согнувшись, плакал в свои же ладони, будто собирал слезы. Конечно, успокоить его я не смог, да и не пробовал. Постоял немного рядом и ушел.

Сейчас дядя Миша иногда улыбается. Он вряд ли успокоился или, как говорят, отошел. Нет. И не смирился. Он теперь как бы просто доживает. Дядя Миша не в сети, оффлайн. Это чтоб понятно было, чтоб по-офисному получилось.