«Армия» выходит из берегов

Историк Уолтер Макдугал пишет, что накануне войны рабовладельческого Юга США со свободным Севером у первых была процветающая экономика, но не было армии. Ко второй половине войны у южных штатов была армия, но не было экономики, если не считать контрабанду, уклонение от налогов, торговлю с врагом и посредственное сельское хозяйство. Одной из причин такого положения вещей была архитектура госуправления на Юге, которая предполагала командную эксплуатацию экономических субъектов.

В это же время сравнительно либерально устроенный Север продолжал наращивать выпуск продукции (пусть и меньшими темпами, чем до войны), а инновационные производства позволяли снабжать армию современным вооружением. Чем закончилась гражданская война в США, вы знаете.

В последнее время Россия немало воюет: с внутренними и внешними врагами, с вымышленными и фактическими. И на этом фоне растет активность армии в широком смысле слова: всех силовиков, которые по факту противостоят бизнесу, то есть экономике.

На федеральном уровне это, конечно, война главного силового ведомства российского интернета — Роскомнадзора — против интернет-бизнеса. Ковровые бомбардировки, которыми Роскомнадзор пытается ликвидировать Telegram, наносят колоссальный ущерб законопослушным предпринимателям и их клиентам. В том числе известно о «попаданиях» в крупнейшую калининградскую IT-компанию. Если же воспринимать активность интернет-силовиков как акцию, которая в конченом счете должна привести к ограничению российского интернета, то это уже война не против Telegram, которая обильно рикошетит в законопослушных граждан, а наступление на права и свободы граждан.

На региональном уровне главная силовая история — это, конечно, «крестовый поход» прокуратуры и МЧС против торговых центров. Казалось, что после трагического случая в «Зимней вишне» появится немало вопросов как раз к контролирующим органам, но они перешли в активное наступление по всем фронтам. Долгие годы в публичном смысле не интересовавшие никого нюансы с пожарной безопасностью привели к закрытию двух торговых центров из числа крупнейших в центре города («Эпицентр» и «Маяк») и одного среднего по размерам («Спутник»). При этом нужно понимать, что торговые центры — это крупные предприятия, в которых работают сотни человек, а в их бизнес-цепочки встроены тысячи. Насколько разрушительным окажется этот «крестовый поход», мы узнаем в ближайшее время — если суд не откроет центры к концу месяца, то можно будет приступать к подсчету многомиллионного ущерба.

Отдельный региональный контекст — нарастание активности налоговых органов. На протяжении последнего полугода от регионального бизнеса поступают серьезные сигналы о масштабных доначислениях налогов в «пограничных» ситуациях, то есть когда не вполне ясно, было ли нарушение или нет. Суммы доначислений могут превышать 100 млн руб. по отдельным случаям. Среди «пострадавших» называют торговлю и производственный сектор. Споры практически не выходят в публичную плоскость. С одной стороны, «пострадавший» бизнес опасается паники кредиторов в случае опубличивания ситуации, с другой — открытое оспаривание действий налоговых органов в арбитражном суде может привести к увеличению суммы платежа. Досудебный, непубличный порядок урегулирования спора представляется бизнесу более дешевым. Тем не менее суммы, которые придется уплатить в бюджеты всех уровней, скажутся и на сокращении числа рабочих мест, и на инвестициях. «Это фактически инвестиции, которые я сейчас не сделаю», — говорит один из «пострадавших».

Подобную активность налоговых органов можно считать одним из объяснений феноменального роста поступлений по налогу на прибыль в региональную казну в 2017 году. В этом году мы видим пока незначительную «просадку» на фоне прошлогодних рекордов. Дополнительные налоговые доходы региона не берутся из «ниоткуда». Если их не присылает федеральный центр, то они вытаскиваются или из карманов жителей области через наращивание сбора НДФЛ (законодательное повышение МРОТ, увеличивающее долю «отбеливания» зарплаты), или из прибыли предприятий, которая могла бы быть реинвестирована.

Сложность ситуации заключается в том, что винить силовиков в данной ситуации затруднительно. В стране существует палочная система оценки их работы. И чем больше становится разного рода контролей и надзоров, тем больше в стране рисуют «палок». Как верно отметил недавно один из бизнесменов во время мероприятия в Калининградской торгово-промышленной палате: «Если у таможни стоит задача контроля, то будет контроль. А если бы у них стояла задача прохождения груза, тогда бы они по-другому делали документы». Поэтому сложно обвинять Роскомнадзор в войне против интернета, когда у него стоит задача закрывать сайты, а МЧС и прокуратуру в закрытии торговых центров, когда по количеству закрытых объектов меряется их эффективность.

Главная проблема сегодняшней России — отсутствие у силовиков каких-либо сдержек и противовесов. Поэтому ситуация начинает выходить из-под контроля. Когда «армия» в широком смысле утрачивает свои границы, она вытесняет экономику — и государство проигрывает.

Вадим Хлебников

Комментарии