Из-под ковра

В минувшую пятницу губернатор Калининградской области Георгий Боос вернулся из Канн, где представлял регион на выставке MIPIM-2007. Как свидетельствуют источники в правительстве, он прибыл домой в мрачном настроении. Подпортил губернаторское благодушие очередной виток скандала вокруг кредита Дрезднер Банка (точнее – того, во что этот кредит превратился), развернувшийся на прошлой неделе в местных и не только СМИ. Скандал этот, как известно, начался после опубликованного ИА REGNUM заявления представителей литовской адвокатской компании «NORDIA BAUBLYS & Partners». Представители рассказали о том, что судебные приставы собираются применить для погашения задолженности области по «так называемому кредиту» принцип «все средства хороши». В частности – автотранспортные: любой автомобиль, зарегистрированный как собственность правительства, по словам адвокатов, будет арестован.

Официальный комментарий на это заявление прозвучал в эфире лишь государственного телеканала – вице-губернатор Юрий Шалимов предложил использовать для поездок в Литву арендованные авто. Потом, правда, попытался провести брифинг для остальных телеканалов, но как-то очень быстро передумал. Зато, пока МИД готовил запрос для литовских коллег по поводу возможных арестов, информационным вакуумом не замедлили воспользоваться оппозиционные депутаты Облдумы. Соломон Гинзбург выступил с критическим заявлением, назвав слова господина Шалимова «детским садом»; по удачному стечению обстоятельств, депутат в компании своего коллеги-коммуниста Владимира Кафидова отправился в командировку в Копенгаген. Возвращаться через Вильнюс ему пришлось на поезде, служебную машину за парламентариями отправлять побоялись, и Соломон Израилевич не преминул словесно пнуть действующую власть вновь.

Пришедшая в некоторый упадок за время каннской командировки начальника власть с возвращением господина Бооса воспряла и решила вернуть утраченные позиции. Правда, несколько странным образом. Для прояснения ситуации губернатор собрал главных редакторов некоторых местных СМИ и собкоров федеральных агентств и провел с ними двухчасовую беседу. Участвовал в ней и автор этих строк. Впрочем, поделиться с вами позицией главы региона и свежими новостями о «так называемом кредите» я при всем желании не смогу.

Дело в том, что, как и несколько предыдущих бесед, встреча в минувшую пятницу прошла в формате «не для печати». Георгий Боос просил ее участников не разглашать озвученные сведения. Презирать такую просьбу не столько опасно для собственной карьеры, сколько некрасиво в принципе. Сохраняя «тайну вкладов», скажу лишь: смысл более чем часового монолога Георгия Валентиновича можно свести к простому выводу. Губернатору хотелось бы видеть несколько другие публикации о решении «дрезденской проблемы».

Желание вполне понятное. Информационный всплеск явно негативного характера случился аккурат во время каннских презентаций. Некоторые местные издания творчески развили тему. «Комсомольская правда», к примеру, вышла с вопросительным заголовком «Автомобиль Георгия Бооса арестуют в Литве?». Ясное дело, инвестиционный климат от таких передовиц не особо улучшается.

Впрочем, если подумать, то вину журналистов в данном случае найти сложно. Люди делали свою работу – получили информацию и опубликовали ее в более или менее адекватной форме. Адвокатов спросили – адвокаты рассказали – газеты напечатали. Было бы лучше, если б не напечатали? Мне думается, что нет.

Как могла сгладить щекотливую ситуацию власть? Большинство учебников по public relations (к сожалению, адекватного перевода этого термина на русский язык пока не придумали – возможно, за ненадобностью?), в особенности – сопровождающиеся разделом «антикризисный PR» советуют одно и то же. Никогда, ни при каких обстоятельствах не закрываться от прессы. Правило «молчание – золото» не только не применимо в условиях информационной войны. Тишина в подобных случаях самоубийственна. Медийные баталии, вне зависимости от видового состава их участников, строятся по принципу «кто первый громче крикнет».

Последние громкие или хотя бы четкие заявления Георгия Бооса по теме кредита датируются серединой прошлого года. Впрочем, и тогда они не давали слишком много оснований для надежды на победу в информвойне – стоит вспомнить хотя бы его фразу «большие деньги любят тишину». Любимая поговорка финансистов и банкиров верна для самих финансистов и банкиров. Тишину любят частные деньги. Более 24 миллионов долларов хитрые частные лица из Duke Investment Limited и «Русских фондов» требуют не от другого частного лица – подкрепленные решением Лондонского третейского суда граждане хотят получить их от области. Руководство которой неоднократно заявляло о стремлении к прозрачности действий власти. Употребляло даже хитрое слово «транспарентность». Означающее, впрочем, то же самое. Возможность граждан видеть механизмы, с помощью которых власть делает их жизнь лучше. Ну, или хуже – это уже от власти зависит.

Мероприятия по освобождению региона от посягательств правообладателей кредита нынче перешли в стадию выяснения, какой из судов является самым справедливым. Сможет ли Парижский суд отменить решение Лондонского суда? Предстанут ли перед хоть каким-нибудь судом граждане, получившие в свое распоряжение не только средства на восстановление «Балтптицепрома», но и само это предприятие? Черт его знает. Расставаться с четвертью областного бюджета, конечно, не хочется никому. Хотя, в конечном итоге, жители региона все же несут определенную ответственность – к примеру, за то, кем окружил себя избранный населением, вполне напрямую, бывший губернатор.

Даже самые благостные деяния по защите денег граждан от посягательств на них со стороны кого угодно, если они происходят под ковром, могут трактоваться по-разному. Когда участники этих действий имеют немалый политический вес, ковер буквально ходит ходуном. «Нездоровые сенсации» предупредить достаточно просто – надо лишь иногда вылезать из-под ковра и рассказывать о том, каков счет. Пока что из-под ковра все больше выныривают литовские судебные приставы и литовские же адвокаты.

В минувшую пятницу под ковер пригласили главных редакторов калининградских СМИ. С условием не рассказывать читателям до поры, до времени о том, что же там происходит. При всем моем горячем желании попасть под губернаторский ковер еще раз, вынужден констатировать – пахнет под ним не очень.