Дым отечества

— Дураком каким прикидывается! Точно вчера родился или с неба упал. Разве ты не понимаешь, глупая голова, к чему ведет это отвинчивание? Не догляди сторож, так ведь поезд мог бы сойти с рельсов, людей бы убило! Ты людей убил бы!
— Избави господи, ваше благородие! Зачем убивать? Нешто мы некрещеные или злодеи какие? Слава те господи, господин хороший, век свой прожили и не токмо что убивать, но и мыслей таких в голове не было… Спаси и помилуй, царица небесная… Что вы-с!
— А отчего, по-твоему, происходят крушения поездов? Отвинти две-три гайки, вот тебе и крушение!
— Ну! Уж сколько лет всей деревней гайки отвинчиваем и хранил господь, а тут крушение… людей убил… Ежели б я рельсу унес или, положим, бревно поперек ейного пути положил, ну, тогды, пожалуй, своротило бы поезд, а то… тьфу! гайка!

Антон Чехов. «Злоумышленник».

Этой весной калининградские поля вспыхнули рано и одновременно. Национальная забава — сжигать прошлогоднюю траву, в условиях полной безнаказанности распространилась повсеместно. Огонь охватил формальные сельхозугодья за всего одни длинные праздничные выходные, слишком тёплые даже для нынешней очень ранней весны. Тысячи отправившихся отмечать самый женские день в сопредельные государства жителей региона, возвращаясь, наблюдают совершенно инфернальные картины. Сразу после пересечения госграницы, вне зависимости от направления, окрестности обращаются в натуральный ад. Полыхают трава, кусты, деревья, где-то уже занимаются прилегаюшие к полям постройки. Лёгкие заполняет сладкий, тёплый, удушливый дым. Дым горящего отечества. А на улицы областного центра, кружась, оседают струпья пепла.

Редкие открытые сторонники палового земледелия, передового способа культивации сельхозугодий эпохи неолита, столь же прогрессивного, как палка-копалка, настаивают на том, что сжигать всё живое есть чрезвычайно эффективный способ удобрения земли азотными удобрениями. Тем любопытнее ехать по незамкнутому Приморскому кольцу, которое в эти выходные пересекали полосы горячего дыма и подсвечивали языки пламени. Потому что основной целью обладания участками, на которых пролегло главное наследие периода правления Георгия Бооса, было и есть получение компенсаций за их выкуп для строительства трассы. Счастлив тот автолюбитель, который хотя бы раз видел деловито ползущий вдоль дороги на Зеленоградск трактор или комбайн. Не для того тратились. Но жечь не забывают.

О контраргументах, о тлетворных последствиях варварского способа избавляться от прошлогодней травы русскоговорящему миру твердят уже много лет. Вопреки невежественным мифам, палы травы вовсе не увеличивают плодородие почвы — минералы и мёртвая органика при сжигании высвобождаются слишком быстро по сравнению с гниением, выдуваются ветрами и не противостоят эрозии. Неконтролируемый огонь, вместе с травой, уничтожает лесопосадки и грозит масштабными лесными пожарами. Горящая органика приводит к выбросу излишнего диоксида углерода в атмосферу, усугубляя «парниковый эффект». В который, конечно, ни на йоту не верят все те, кто так искренне радуются весеннему теплу спустя неделю после Нового года.

Наконец, хаотично распространяющееся пламя представляет несомненную опасность животным и человеку. Только в ночь с субботы на воскресенье в Нестеровском районе сгорел сарай с коровой и телёнком, в посёлке Космодемьянского на территории «Балтприцепрома» сгорело три ангара с техникой, а у местных активистов «Российского союза молодёжи» в Большом Исаково обратился в пепел склад с оборудованием, техникой и мебелью для нового офиса, а также — с полиграфией и даже флагами. Потеря ощутимая, но не самая серьёзная из возможных; судя по многочисленным фотографиям, огонь полыхал в эти выходные в непосредственной близости от магистральных газопроводов. Масштабные взрывы, спровоцированные малограмотными поджигателями, могли бы стать настоящим украшением так тщательно проводимой в жизнь губернатором Николаем Цукановым программы газификации региона.

Тут, конечно, стоило бы вскользь упомянуть Крым — хотя бы потому, что нынче СМИ, Крым не упоминающее, само не стоит доброго слова. Стоило бы сказать о том, как абсурден и убог калининградец, скачущий посреди забытой богом и Москвой области, посреди пустынных горящих полей с разломанными на кирпичи для свинарников средневековыми кирхами, посреди застроенного не пойми чем и не пойми как города с тщательно уничтоженным историческим наследием, но при этом — калининградца, размахивающего флажком и голосящего под мелодии из телевизора что-нибудь патриотическое про «не дадим наш русский Крым фашистам на растерзание».

fire-2.jpg

Но лучше сказать о другом. О том, что горящие поля и разломанные кирхи — суть одно и то же, проявления одной ужасной черты, которая свойственна нам. Полного отсутствия уважения к материальным продуктам человеческого труда. Как своего, так и чужого. Пересекая границу в обратном направлении, от полыхающих пустых полей к проклятому европейскому либерализму, сложно не заметить, как аккуратно выглядят придорожные сельхозугодья в той же Польше. Можно долго дискутировать о том, почему оно так, как повлияли на развитие в соседнем государстве деньги Евросоюза и насколько эффективным является сельское хозяйство там в глобальной перспективе. Но то, что там люди не жгут почём зря траву, а вместе с ней — поля, леса, дома и скотину, довольно очевидно. Данные системы FIRMS, в которой отмечаются точки возгорания в режиме реального времени, наложенные на космические снимки балтийского региона, подтверждают эти ощущения. Они не жгут, а мы — жжём.

Масштабных мер по борьбе с палами травы наши власти не предпринимали и вряд ли будут предпринимать. Воззвания в прессе, памятки и воззвания — всё это не особо может повлиять на селянина, который, ударно отметив международный женский день, берёт бутыль бензина и спички, идёт в поле и радуется яркому пламени. Мы были и остаёмся на этой земле гостями, временными арендаторами, не сильно заботящимися о том, что станет с ней после нас. Устроить что-нибудь этакое масштабное, яркое, огненное, поухмыляться и вновь вернуться во тьму, не получив никаких практических и ощутимых результатов — это очень по-нашему. Построить огромную халабуду вроде Дома Советов или «Дрим Хауса» напротив Рыбной деревни, а потом бросить её пустой и недоделанной. — это уже образ жизни, укрепившийся десятилетиями, а не мимолётная черта.

И поля так и будут гореть каждую весну, а мы так и будем вдыхать сладкий и приятный дым отечества. Писать это слово с большой буквы не по указке сверху и не согласно букве закона, а по велению сердца такими темпами мы вряд ли когда-нибудь научимся. Жизнь состоит из мелочей, и увидеть за ними главное непросто. Но если спалить их все, разом, то сделать это будет попросту невозможно.
Комментировать (10)

Комментарии

prealoader
prealoader