О ремейках в творчестве

Тут вот какая история. Ходил я на днях в кино. Как нормальный продажный калининградский писака, который, согласно недавно увиденному меткому выражению, мечтает «съесть бутерброд с икрой из лап начальника», в кино я хожу не просто так, а чтобы заработать немножко кровавых денег. Написать рецензию в один местный журнал про развлечения. Я и сам не понимаю, почему этот журнал их печатает. Но дело вовсе не в этом.

Кино называлось «Розыгрыш», снял его режиссер Андрей Кудиненко, и в его творчестве отныне на один ремейк больше. Потому что ленту с аналогичным названием и схожим сюжетом выпустил в свет в далеком 1976 году Владимир Меньшов. Сценарий оригинала написал Семен Лунгин, а в основу ремейка легла работа его сына Павла. Первую роль в «Розыгрыше» Меньшова сыграл пребывавший тогда в нежном возрасте Дмитрий Харатьян. Некоторые, кстати, думают, что было бы здорово, если бы она стала и последней. Но дело вовсе не в этом.

Сюжет нового «Розыгрыша» завернут вокруг как бы обычного класса как бы обычной московской школы — придурковатый директор, хамоватый физрук, переживающая математичка, принципиальная практикантка- учительница английского и выпускной класс. У кого-то из столичный одиннадцатиклассников есть совесть, у кого-то — мечты, у кого-то — ноутбук, а у кого-то -мать-истеричка. У главного героя, Олега Комарова, есть нечто гораздо более практичное и перспективное — папа-миллионер. В перерывах между чтением биржевых сводок, отец в исполнении все того же Харатьяна обеспечивает альма-матер сына компьютерами в индустриальных масштабах. И готов так же непринужденно обеспечить дальнейшую судьбу отпрыска. При одном условии — чтобы учился хорошо. Но дело вовсе не в этом.

Кроме вторичности сюжета, неутомимого Дмитрия Харатьяна и семейственности сценария, у фильма «Розыгрыш» есть еще две интересных особенности. Во-первых — деньги. Их на съемки выделило Федеральное агентство по культуре и кинематографии. Бюджетные, стало быть, деньги. Наши с вами. Те самые деньги, которые продажные писаки и честные читатели отдают в виде налогов, которые с каждым годом все в больших количествах утекают в федеральный бюджет и понемногу возвращаются в регионы под видом целевых программ и национальных проектов. Практика показывает, что большинство снимаемого за деньги налогоплательщиков – редкостная муть. Один из лучших примеров – «Антидурь», профинансированный Госнаркоконтролем фильм с Дмитрием Дюжевым и Владимиром «Динамитом» Турчинским, о котором не сказал ни одного приличного слова ни один кинокритик в этой стране.

Еще одна интересная деталь — не главную, но важную роль в «Розыгрыше» исполнил Иван Алексеев, более известный как NoizeMC. Как следует из опубликованной на его официальном сайте сводки, последние 10 лет жизни Ивана Алексеева прошли в «бурной творческой деятельности» — он сочинял и читал рэп, его клипы находятся в ротации на каналах «Муз-ТВ» и MTV. Несмотря на это он, как сообщает нам все тот же сайт, «со своими друзьями-музыкантами до сих пор периодически выступает на Старом Арбате». Молодец, честно. Без доли иронии. Собственно, в фильме он занимается ровно тем же самым — читает рэп, в классе, на улице, «в каморке, что за актовым залом», чем наповал сражает главную героиню. Лиричный такой рэп. Про море и рыбу, про любовь неразделенную и все такое. Приятный. Думаю, надо бы послушать, чего еще Иван Алексеев сочинил. Глядь на сайт — а там целый альбом лежит, совершенно бесплатно, качай — не хочу. Ну я и скачал, и загрузил в айпод.

Рецензия написана, айпод на зарядке, пора спать. Чтобы, стало быть, наутро бежать обратно к начальнику, за заготовленным в его лапах бутербродом с икрой. Ну или чем там бог пошлет. Но наутро, по пути на работу, черт дернул меня почитать свежий номер самой приличной российской газеты «Коммерсант». Из него я узнал о новой замечательной инициативе депутатов Госдумы. Орлы наши придумали целую «Концепцию государственной политики в области духовно-нравственного воспитания детей в РФ и защиты их нравственности». В числе методов духовно-нравственного воспитания — вовсе не банальщина какая-нибудь. Там меры серьезные, под стать самим депутатам. К примеру, введение для школьников комендантского часа с 22.00 до 6.00. Борьба с молодежными субкультурами, эмо и готами. Которые, как уверены депутаты, «подвержены суицидальным наклонностям» и не менее опасны, чем скинхеды, футбольным фанаты, нацболы и антифашисты. Еще, к примеру, в страну нельзя будет ввозить игрушки, которые «изображают сильный ужас и непереносимую боль». И тогда, конечно, наступит духовно-нравственное царствие небесное на земле, и Россия станет, наконец, окончательно и бесповоротно единой.

После такого чтива нужно было как-то расслабиться. Ура, в кармане айпод, в айподе — альбом NoizeMC. И тут он как запел — вовсе, однако, не то, что я слышал в кинотеатре. Иван Алексеев пел про «пьяных сук», про варку крека на кухне, про слово из трех букв (в крайне разнообразных вариациях). «А я просто пьяный, пьяный…» — звучало в наушниках. Ну и так далее. Оптимистичный такой рэп. Все двадцать треков, за исключением четырех, вошедших в саундтрек к фильму.

И стало мне грустно, и случился со мной сильный ужас и непереносимая боль. Оттого, что, скорее всего, после просмотра фильма «Розыгрыш» не только мне одному пришла в голову мысль поближе познакомиться с творчеством Ивана Алексеева. Что такая мысль посетила отлично знакомых с интернетом выпускников и детей помладше. Что чиновникам из Роскультуры, выделявшим мои и ваши деньги на съемки фильма было совершенно наплевать на духовные и нравственные дела. И что их коллегам по партии, трудящимся на Охотном ряду, наплевать точно так же. Потому что бороться с эмо и готами и вводить комендантский час — это, простите, идиотизм и имитация деятельности. Махровый идиотизм и махровая имитация.

Вы только не подумайте вдруг, что я весь такой белый и пушистый, выражаюсь сугубо куртуазно и как ангелочек порхаю над цветочками. Черта с два. На работе я ругаюсь как сапожник, а в редкие часы досуга и вовсе не прочь выпить чего-нибудь покрепче. Мы все такие — продажные калининградские писаки. Матерщинники и пьяницы. Потому что, как мы ни ждем, начальство не спешит кормить нас бутербродами с икрой из своих начальственных рук. Но в подобных ситуациях я вспоминаю фразу из анекдота про гаишника, постоянно штрафовавшего одного водителя, а потом уехавшего отдыхать на Багамы — «Но не на мои же деньги!» И еще одну фразу, уже из другого анекдота — «Вы или трусы наденьте, или крестик снимите». И дело — именно в этом.