Мистика сенаторозамещения

_NVV2522-2.jpg

Каждое господство старается возбудить веру в свою «легитимность» и позаботиться о ней.

Макс Вебер. «Хозяйство и общество»


В разворачивающейся в эти дни истории с трансплантацией Владимира Якунина с поста президента ОАО «РЖД» в кресло сенатора Совета Федерации от Калининградской области самое любопытное — мистический характер процесса.

«Один из кандидатов моего списка попросил меня по личным обстоятельствам отозвать его кандидатуру. С Владимиром Ивановичем мы друг друга знаем достаточно давно, он очень много сделал для Калининградской области, мы уже обсуждали с ним вопрос транспортной безопасности региона, который является для нас вопросом номер один. Он принял мое предложение стать кандидатом в сенаторы. Если он станет сенатором, то он как сильная и влиятельная фигура будет способствовать развитию области. Я благодарен ему за то, что он согласился», — рассказал Цуканов.

чего-то

Все без исключения федеральные издания уже вторые сутки полнятся материалами в духе «что означает уход Владимира Якунина с поста главы РЖД?» Второй по популярности вопрос — отчего именно в Совет Федерации и почему же, в конце концов, от Калининградской области? Каких-либо внятных ответов на эти вопросы ни один из участников действа, включая самого Якунина и делегирующего его в верхнюю палату парламента врио губернатора, давать, судя по всему, не намерен.

В самом деле, нельзя же считать таковым объяснением фразы типа «это привлечёт внимание к избирательной кампании» или «Якунин поможет решить проблемы транспортной доступности». Чьё внимание такая рокировка должна привлечь? Зачем это внимание кампании с полностью предсказуемым результатом нужно? И, в конце концов, почему его нужно привлекать таким неожиданным способом? Что за проблемы сможет решить Владимир Якунин, покинув пост президента железнодорожной монополии? И почему он не мог их решить, не будучи сенатором, но являясь президентом железных дорог Всея Руси? Более того, последние действия ОАО «РЖД»как-то на заботу об интересах Калининградской области не походили. Потому что после того, как монополист отменил тарифную льготу на экспорт нефти, объемы отгрузки через терминалы на территории региона сократились наполовину. Нефть тут же бодрячком ушла в Санкт-Петербург. И в общем сокращении, по данным Росстата, грузооборота в регионе почти на 17 процентов в первом полугодии 2015 года сыграла далеко не последнюю роль.

Всё это — вопросы, которые настолько не имеют перспективы ответов, что появляется подозрение, будто весь процесс был затеян сугубо для того, чтобы их у более-менее любопытного наблюдателя возбудить. Но вопросы, на которые не могут быть даны ответы, есть вовсе не средство познания окружающего мира, но способ мистификации.

Стремление сделать российскую власть как можно более сакральной, священной, полученной от Бога и лишь ему одному подотчётной, в целом, является основополагающим трендом государственного строительства в России в последние годы. Правда, если на уровне лидеров государства, зачем-то погружающихся на дно морское, мистический туман может вызывать благоговейный страх, то, спускаясь до уровня провинции, эмоции, в основном, сводятся к смеху. А также — к неприязни, переходящей в негодование. Ну какой ты, к чёрту, защитник интересов народных, если не в состоянии объяснить причины выдвижения уже второго подряд сенатора? Потому как объяснить, чем занимался в Совете Федерации нынешний представитель губернатора Олег Ткач, вряд ли способен кто-либо из тех, кто может свободно о таких вещах говорить.

Это напускное глубокомыслие, впрочем, сопутствовало большинству назначений, сделанных губернатором за пять лет его службы. Зачем из Москвы в начале очередной пятилетки привозили сюда вице-премьеров Скорого и Карнаухова? Чем они занимались? Почему уехали? Тайна сие великая есть. Но говорить об этих лихорадочных назначениях глава региона может, лишь закатывая глаза, с видом крайне таинственным. Мол, «ну, вы же понимаете…» Нет, мы не понимаем. Но объяснить, почему-то, нельзя. Равно как и ещё никак не менее дюжины таких же немотивированных назначений.

Вероятно, бесконечное и уже ставшее настоящим калининградским брендом вранье чиновников простому народу через средства массовой информации, черпает свои корни где-то там же, в стремлении к максимальной сакрализации власти. Когда о себе, любимом, думаешь как о носителе некое высшей миссии, как о ниспосланном народцу божестве, то вливаемые в уши подданных речи вовсе не должны соответствовать истине. Скорее наоборот, должны быть от реального положения дел максимально далеки. Но это, конечно же, никакое не враньё, просто есть то, что нужно говорить черни, а есть то, о чём достойны знать бояре. То, что реальная ситуация зачастую хуже обоих этих вариантов, никого особо не волнует. Тут, правда, можно попасть в совсем глупую ситуацию, к примеру — пообещать принародно в отставку не уходить, и тут же, через несколько дней, быть в неё отправленным по собственному желанию. Но это так, издержки мистификации. По крайней мере — для мистификаторов.

Немецкий философ Макс Вебер, один из основоположников социологии, такой модной нынче составляющей российской внутренней политики, утверждал, что любое государство претендует на собственную легитимность одним из трёх способов. Первые два — харизматический, опирающийся на некий героизм и даже святость личности правителя, и традиционный, базирующийся на некоем укладе общества, почему-то слепо верящего в авторитет владыки, Вебер, при некоторых допущениях, считал, всё же, предшественниками третьего. Он, названный рациональным, предполагает некий общепринятый смысл тех или иных действий власти, в легитимность которой верят граждане. Некий порядок, ведущий, в итоге, к общему благу.

Мистический круговорот чиновников в российской реальности начала двадцать первого века, сопровождающиеся бесконечными мантрами о традициях, вере, укладе и прочих патриархально-ветхозаветных штуках, как-то мало похожи на рациональный процесс. И тем менее они на него похожи, чем хуже становится среднестатистическая жизнь на острие непреклонной борьбы с вражеским сыром и гусями, чем с большим ажиотажем россияне уничтожают друг друга в ежедневной пьяной «бытовухе».

И чем более скрытыми выглядят смыслы, которые в этих перемещениях, вроде выдвижения в сенаторы от Калининградской области президента железнодорожной монополии, заключены, тем больше есть причин для грустных подозрений. Что смысла в них нет попросту никакого. А есть лишь симуляция харизмы, авторитета и традиции. Чтобы поддержать тем самым веру в «легитимность» нынешней власти. Именно так: в кавычках.

Алексей Милованов, главный редактор «Нового Калининграда.Ru»

Комментировать

Комментарии

prealoader
prealoader