Молодо-зелено: как живется молодым учителям

Учителя Переславской средней школы Анна Глушкова и Марина Бронникова

По данным комитета по социальной политике, молодых педагогов в Калининграде в 2 раза меньше, чем учителей-пенсионеров. Как сейчас живется молодому учителю? «Дети Нового Калининграда. Ru» решили узнать на месте и съездили в пос. Переславское Зеленоградского района, где нам удалось познакомиться сразу с тремя молодыми педагогами.

Марина Бронникова выходит из дома в 6:45 утра, сажает в машину свою пятилетнюю дочь, везет ее в садик, а сама едет на работу — за 20 км от места жительства, в пос. Переславское, в местную среднюю школу, где она уже почти две учебных четверти ведет русский язык и литературу у пяти-, шести- и семиклашек. Говорит, если бы машины не было, работа не имела бы для нее никакого смысла: путь туда и обратно забирал бы по 1,5 часа (доехать с ул. Невского до вокзала, сесть на автобус, по пробкам выехать на нем из города и доехать до Переславского), она бы не успевала забирать из садика дочку, пришлось бы нанимать няню — а на это уходила бы вся зарплата, и зачем тогда? А так села в машину и по окружной за 20 минут домчала до места — хорошо! На бензин уходит около полутора тысяч в месяц. Что работа с детьми ей по душе, Марина поняла еще в детском саду, где ей довелось побыть воспитательницей. И когда у нее этим летом появилась заветная университетская корочка, она тут же стала искать работу в школе. В Переславское взяли сразу.

В среднюю школу пос. Переславское в этом году приняли на работу 4 учителей. Учительница информатики уволилась через два месяца после начала учебного года. Марина Николаевна, учитель русского и литературы, Анна Сергеевна, преподаватель семейной этики, школьный психолог и воспитатель подготовительной группы, и Алена Андреевна, учитель биологии, держатся и даже говорят, что довольны. Алена Владимировна приняла школьную биологию от опытнейшего педагога и уже может похвастаться победами своих воспитанников на районных олимпиадах.

Марина Бронникова

Если честно, то и по имени-отчеству их называть язык поворачивается с трудом — такие они молоденькие. Анна Сергеевна, которой 24 года, выглядит ровесницей своих девятиклассников. И если представить ее рядом с каким-нибудь лбом-старшеклассником, который выше ее на две головы и в два раза наглее, становится ясно, почему из школы сбежала учительница информатики.

— Средняя зарплата учителя по области составляет примерно 22 тысячи рублей. Получаете что-то близкое к этой сумме?

Марина: При нагрузке 4 дня в неделю по 4 урока (это 16 часов, на 2 часа меньше ставки) и с учетом кружка, который я веду, у меня получается в среднем тысяч двадцать. Нагрузка небольшая, но тяжело и при такой. Это же и каждодневная подготовка к урокам, и проверка тетрадей, и поездки на олимпиады и соревнования, и так далее. Кто-то скажет: мало за такую работу! Но если душа к ней лежит?

— А лежит?

Марина: Да, лежит! К педагогике, к детям. Сюда, конечно, не за деньгами идти — за чем-то другим.

— Помните первый свой день в школе? Вот пришли вы на работу, директор отправил в класс. Страшно было?

Марина: Страшно, конечно. Страшно стало уже за три дня до дня «Икс». Класс был седьмой. Русский. Сколько у меня было наставников на этот первый урок! Елена Николаевна, наш завуч и учитель физики советовала: «Чтобы они тебя долго не рассматривали, ты им сразу тест по всей программе — пускай они будут заняты». В общем, на первом уроке это сработало. Следующим должна была быть литература, и на нее тоже был разработан план. Но случилось так, что изменили расписание, и у меня — бац — еще один русский. А я к нему не готова. Совсем. Пришлось импровизировать. Я как вспомню — аж дурно! Мне пришло в голову осуществить совет Тамары Андреевны, русиста, и посмотреть с детьми учебник. И вот, значит, я им показываю: вот он наш учебник, мы будем по нему заниматься, вот у нас форзац, а на форзаце вон какие схемки, и мы до них дойдем в третьей четверти. Говорю все это и чувствую себя так глупо, как никогда раньше. И дети на меня смотрят с таким видом: чего ты, мол, хочешь-то от нас? Это одно из тех событий, которые очень значимы для человека, но вспоминать их неприятно.

— Анне Сергеевне, наверное, проще, у нее дети маленькие.

Анна: Я же не только с подготовишками работаю, но и со старшеклассниками — веду у них этику и психологию семейной жизни. Конечно, разница есть — подготовительная группа или 9-й класс. Но тяжелее всего с родителями. В конце августа, до начала учебного года, я проводила собрание. Надо нам шкаф передвинуть — одни не могут, другие не хотят. Детей в бассейн водить, казалось бы, какая прекрасная возможность есть! Нет, половина водить отказывается, а я одна, как вы понимаете, не могу организовать поход с целым классом — их 18, они маленькие, за ними глаз да глаз. И вот вроде стараешься для общей пользы, а не договориться. А с малышами — они как пластилин — податливые, благодарные, внимательные. У меня мальчик в классе есть — Леша. Очаровательный такой Леша. Заходит он в класс, улыбается, и день как-то сразу лучше.

Анна Глушкова, подготовительный класс

— А как родители относятся к тому, что Анна Сергеевна такая молоденькая? Нужно же авторитет поддерживать, уважение завоевывать.

Анна: Мы общаемся на равных. Я получила высшее образование. Я пришла в школу, я здесь работаю. Я в своем статусе, родители — в своем. И все идет, как должно.

Марина: А я долго не могла от этого чувства избавиться. Но буквально в последнюю пятницу я присутствовала на родительском собрании. Это было первое мое в этой школе собрание. И конечно, я волновалась. Но оказалось, что родители воспринимают меня совершенно нормально и не обращают внимания на возраст. В их интересах выстроить отношения с учителем так, чтобы ребенку было в школе хорошо. Так что я уже и второе боевое крещение приняла. А что было особенно приятно — от двоих родителей я услышала «спасибо». И появилось чувство: оно стоит того.

— А как с учениками? Если класс ходит ходуном, если какой-нибудь хулиган хамит, если никак не удается установить порядок, что вы делаете? Вы ведь не можете хулигана даже из класса выгнать. Сбежать-то не хочется?

Марина: После одного урока хочется, после другого не хочется. Бывает прямо невыносимо: шум, гам, голова кругом, и все, думаешь про себя: не мое, не могу, не справляюсь, ухожу. А в следующий раз как-то вдруг все незапланированно хорошо. И кажется, что я себя накручиваю, нормально же все. Когда хулиганье ставит класс на уши, я сажусь и говорю, что я не буду вести урок в балагане, и мы продолжим, когда они успокоятся, но если я не успею закончить тему, то мы ее закончим на перемене.

Анна: У нас же есть выходные, вечер. Я занимаюсь танцами, и все обиды остаются в зале. Я их выплескиваю и прихожу в школу снова спокойная и счастливая. Мне проще за счет того, что у меня дети разных возрастов: и большие, и малыши. Где-то те порадуют, где-то эти. Ну и мантру про себя читаю: я выдержу, я смогу (смеется). Мы еще очень недолго работаем, вот продержимся лет эдак 5…

Алена: Психоэмоциональные нагрузки серьезные — не спорю. Но есть ведь и свои радости. У меня классное руководство в шестом классе. В мой день рождения — как они меня встречали, мои дети — а они уже действительно мои! На каждой шоколадине написали по букве и выложили ими в классе «С днем рождения», обступили меня, обняли, цветов надарили.

— А почему не в городскую школу? Марина ездит с Невского, Алена из Балтийска, Аня вообще с улицы Дзержинского на общественном транспорте добирается.

Анна: В городскую школу трудно устроиться. Психологу особенно.

Марина: А здесь нам рады, здесь нас ценят.

Анна: Опять же тут 302 ученика, а в городской школе одних 11-х параллель какая. Плюс сельская школа — хороший вариант набраться опыта. С серединки начать, потихоньку.

Марина: Но там было бы и проще кое-в чем. У меня, например, один шестой класс, один седьмой, один пятый. А там параллель. Я одним отчитала, вторы-то же самое. Домашка у всех одна. А три возраста — это же три программы разные, и все к одному дню подготовь. Вот и получается, что я четыре дня в неделю веду уроки, а все оставшееся время готовлюсь урокам. В голове иногда путается: у кого сегодня Тютчев, у кого Тургенев и кто из них родился в Орловской губернии.

Анна: Ага, или можно начать рассказывать не то, что нужно по программе. Как я сегодня. Смотрят они на меня круглыми глазами и говорят: а мы этого не проходили. Перепутала Анна Сергеевна.

Алена Муратова, биология

— Сейчас все говорят об упадке образования, в том числе высшего. Вы закончили университет недавно. То образование, которые вы получили — как вы оцениваете его качество? Дало ли оно вам необходимые знания-навыки для той работы, которой вы занимаетесь?

Марина: У меня не педагогическое образование. Какой-то базис есть, конечно, но мне остро не хватает как специальных знаний, так и основ работы с детьми. Сразу по окончании университета я поступила в магистратуру. Сейчас совмещаю работу и учебу. На подготовку к урокам уходит очень много времени, очень! Мне еще учиться, учиться и учиться. Наверное, не скоро настанет тот день, когда я смогу сказать: я умею. И кстати, все хотела спросить Анну Сергеевну: психологическое образование — оно облегчает работу?

Анна: Облегчает. Но тоже…одно дело знать, как поступить в той или иной ситуации. А другое — суметь применить знания на практике.

Алена: Образование хорошее, но готовиться-то все равно нужно постоянно. 3–4 урока в день минимум. На каждый урок — около часа.

— Как думаете, это на всю жизнь работа? Через 5 лет, например, видите себя в школе?

Алена: Мечтаю создать клуб, заняться с детьми проектной работой. Не по темам, которые проходят в школе, а углубленно. Не серьезные научные исследования, нет. На уровне подростков, ребят 15–16 лет. В принципе, оборудование-то позволяет. У нас в школе очень хорошая техническая база. Интерактивные доски, цифровые микроскопы. Лаборатория забита нужным современным оборудованием до отказа. Хотелось бы, чтобы это не пропадало. Но моя мечта — пространство именно внешкольного типа, клуб исследовательский. Выращивать бактерии и изучать их физиобиологические свойства… Только вот, боюсь, в поселке это неосуществимо. Поэтому насчет перспективы связи со школой на всю жизнь… не знаю.

Марина: Я хотела бы в будущем преподавать в университете.

Анна: А я — заниматься психологической практикой.

То есть, получается, все-таки школа — это некий перевалочный пункт?

Анна: Получается так.

Текст — Анна Кунерт, фото — Ольга Отвалко