Калининградская часть VI российского фестиваля польского кино «Висла» подошла к концу, и настало время подвести некоторые итоги. Хороши ли показанные нам фильмы? Следует ли их искать зрителям, не посетившим фестиваль? Что может программа «Вислы» сказать нам о тенденциях в польском кинематографе и чему может российский кинематограф поучиться у польского? На все эти вопросы отвечает кинообозреватель «Афиши Нового Калининграда.Ru» Николай Кириченко.
Скажем сразу, что мы здесь не будем рассматривать фильм Тадеуша Хмелевски 1957 года «Ева хочет спать», показанный в рамках калининградской ветки фестиваля в «Квартире» Артема Рыжкова, так как он не входит в общероссийскую программу «Вислы». Что же касается остальных фильмов, они куда более современны: 2011–2012 годы выхода. Рассмотрим их подробнее.
«Ты — Бог» (2012, реж. Лешек Давид)
Биография реально существовавшего польского
хип-хоп трио «Paktofonika», которая, в полном соответствии с мифологией рэпа, поднялась в конце
90-х «из самых низов», в данном случае из хрущевок силезского города Катовице (который был в
1953-м назван Сталиногрудом и пробыл в таком состоянии аж три года до хрущевской десталинизации). Не самая располагающая к творчеству среда, но, как часто бывает, именно она стала питательной почвой для агрессивных текстов и буйной манеры подачи материала «Пактофоники». Вроде бы, тема банальна, но фильм выигрывает по нескольким причинам.
Во-первых, экзотическая обстановка, близкая и понятная почти каждому из нас: хрущевки — это вам не Бруклин.
Во-вторых, отсутствие позерства и выдумок про «
bling-
bling and hoes», а вместо них — просто честная и грубо показанная история трудного становления творческих людей. Наконец,
в-третьих, четко прописанные персонажи, противостояние характеров людей в группе, конфликты с семьей и близкими на почве творчества, неприятный мир
шоу-бизнеса. Все это — на фоне грязного и раздолбанного постсоветского пространства, воссозданного и снятого с потрясающей точностью, несмотря на то, что,
по словам консула по вопросам культуры генконсульства Польши в Калининграде Рышарда Сосинского, сейчас те места выглядят куда благоустроеннее. Музыка «Пактофоники» не шедевральна, она зачастую напоминает то самое позерство, но ей здесь, к счастью, уделено мало внимания. Главное — это история становления творческих людей в депрессивной среде, и показана она чертовски хорошо. 8/10.
«Без стыда» («Не стыдясь») (2012, реж. Филип Марчевски)
Драма про инцест в польском городе. Иногда романтичная, иногда мечтательная, иногда резкая и грязная. Суть: есть парень по имени Тадек, который переезжает от тети к своей привлекательной старшей сестре Анке. Он начинает испытывать к ней сильное сексуальное влечение, и фильм, разумеется, превращается в праздник вуайеризма для зрителя вполне в духе Бернардо Бертолуччи. Праздник этот, состоящий из обнаженки, стыда и возбуждения, предсказуемо прерывается появлением у сестры бойфренда. Этот человек примечателен сразу по нескольким причинам: он — националист, и, соответственно, антисемит, он богат, он женат на другой женщине, ему в районе сорока и он бородат. А Тадек и его сестра — евреи родом из Дрогобыча (по крайней мере, так говорит Тадек; Анка предпочла бы тему вообще не затрагивать), и этот факт становится инструментом троллинга жениха сестры, к которому Тадек испытывает неслабую ревность. Тем временем, сам Тадек становится объектом влюбленности цыганской девицы по имени Ирмина, но ему невдомек — сестра интересует куда больше. Эта замечательно извращенная и запутанная драма влияет на всех участников событий, а вот как именно — рекомендую посмотреть самостоятельно. Фильм хорош, и связано это во многом с сочетанием грубой манеры съемки, приятного вуайеризма, бесстыдного (в соответствии с названием) исследования табуированной темы инцеста, раскрытием проблемы национализма и нетерпимости, и отличной актерской работы. 8,5/10.
«Супермаркет» (2012, реж. Мацей Жак)
Эта напряженная, околотриллерная драма — хороший кандидат на звание лучшего фильма фестиваля. Время действия — Рождество, что вовсе не располагает к насилию, напряженности и черной сатире на капитализм, которые предстают здесь нашим глазам. Место действия — один из тех самых польских супермаркетов, которые любят жители Калининградской области. Что ж, возможно, они после этого фильма поубавят энтузиазм, ведь здесь показана вся подноготная польской торговли: начальник супермаркета с внешностью обычного постсоветского жлоба; охрана, возглавляемая бывшим военным с явными садистскими наклонностями; человек, пойманный на якобы имевшем место воровстве, посаженный в КПЗ и лишенный возможности освободиться. Что представляет собой картина — триллер или сатиру на капитализм? Решайте сами, но с обеими задачами «Супермаркет» справляется на высшем уровне. 9/10.
«Мой велосипед» («Велосипед моего отца») (2012, реж. Петр Тшаскальски)
Семейные проблемы в трех поколениях. Есть дед, неудавшийся кларнетист, вынужденный продать инструмент, но не растерявший навыков; есть отец — классический пианист, разъезжающий по миру с гастролями и не имеющий времени на семью; есть сын, который учится в школе в Лондоне. Они впервые за долгое время пересекаются в Польше из-за смешного, казалось бы, повода: от деда ушла бабка и скрылась в неизвестном направлении с каким-то летчиком; нужно ее найти и уговорить вернуться. Впрочем, это все — повод; реальная соль — в отношениях деда, отца и сына, у которых много чего накипело, и у которых впервые появилась возможность все это друг другу высказать. Велосипед из названия — это символ детства и беззаботности, как «бутон розы» из «Гражданина Кейна»: он не играет в сюжете определяющей роли, но является его эмоциональным ядром. Еще в большей степени роль такого ядра выполняет сцена, где дед на кларнете и сын на пианино играют на глазах публики из нескольких человек, которая по праву изумлена. Бесстрашное исследование межличностных и внутренних проблем в сочетании с блеклой манерой съемки делают «Мой велосипед» стоящей драмой; джаз на саундтреке помогает разрядить обстановку, что весьма кстати. Конец немного предсказуем, но от этого чувство депрессивности и безысходности после выхода из кинозала не становится слабее. 8/10.
«Хитросплетение» (2011, реж. Яцек Бромски)
Этот детектив с политической подоплекой — второй явный кандидат на звание лучшего фильма калининградской части фестиваля. Не хочу делать чересчур громких заявлений, но после первого просмотра «Хитросплетение» кажется польским «Чайнатауном», хотя и без рентгеновского взгляда на неврозы и темные стороны персонажей, свойственных фильму Полански. Сюжет: прокурор Агнешка Шацка (Лена Чаплицка) и сыщик Славомир Смоляр (Марек Буковски) расследуют весьма необычное убийство, произошедшее во время психологического тренинга. Подозреваемыми оказываются психолог и все остальные участники тренинга, но чем дальше, тем больше наши герои понимают, что реальные истоки убийства восходят к временам просоветской Польши (Польской Народной Республики) и ее КГБ-подобных спецслужб. Таким образом, обычный, казалось бы, детектив превращается в размышление о сталинистском наследии в современной Польше и необходимости (и способах) его преодоления. Чаплицка и Буковски хороши в своих ролях (этакие польские Богарт и Бэколл), что в сочетании с шикарной атмосферой Кракова и гуманистической политической подоплекой дает фильм из разряда must see. 9/10.
«Ганс Клосс: Ставка больше, чем смерть» (2012, реж. Патрик Вега)
К сожалению, более неудачного завершения фестиваля и представить себе нельзя. Польский сериал конца 1960-х «Ставка больше, чем жизнь», ставший чем-то вроде прототипа «17 мгновений весны», помнят очень многие. Он был действительно хорош, напряжен, красив, проработан и шикарно сыгран; и тем обиднее видеть, что его сиквел превращен в такую банальную дрянь. Да, здесь снова есть Станислав Микульский, которому за 80, но который по-прежнему находится в отличной форме. Да, он снова играет великого шпиона Станислава Колицкого, он же Ганс Клосс для немцев. Ему придется вторгнуться в среду беглых нацистов, нашедших через 30 лет после окончания Второй мировой приют в Испании под патронажем Франко; цель — выяснить, где запрятана Янтарная комната. Параллельно через флэшбеки мы возвращаемся в 1945-й, где молодой Клосс в мерзком исполнении Томаша Кота сидит в нашем родном Кенигсберге, осаждаемом Красной Армией, и пытается напасть на след все той же Янтарной комнаты, которую нацисты собираются вывозить из Кенигсберга в глубь Рейха. Из-за идиотского сюжета, дерганой операторской и монтажной работы, достойной худших американских (и российских) блокбастеров, вечно грохочущей музыки, никаких диалогов этот сиквел не только кажется слабым в сравнении с оригинальным сериалом, но и вообще превращается в невыносимое зрелище. Впрочем, есть у него пара плюсов. Во-первых, атмосфера осажденного заснеженного Кенигсберга передана местами неплохо. Во-вторых, красноармейцы здесь показаны правдоподобно: не как добряки-освободители, а как явление, вызывающее у мирного немецкого населения обоснованную панику и желание бежать куда подальше. К тому же, попадание совершенно невиновного человека в ГУЛАГ на четверть века здесь вещь абсолютно нормальная. Но это — отдельные достоинства, осажденные свинорылой армией вопиющих недостатков. 3/10.
Итак, помимо неудачно выбранной закрывающей картины, фестиваль удался. Стоит ли эти фильмы отыскать и посмотреть? Однозначно, да, они хороши, и вы не пожалеете о потраченном времени. Но эти картины также ценны по другой причине: они являются примером того, как нужно снимать фильмы на постсоветском (в случае с Польшей — на пост-ОВДшном) пространстве; польское кино на данный момент обладает некоторыми качествами, которые российскому кино, хочется думать, еще предстоит освоить. Какими именно?
Прежде всего, это правда. Представленные на фестивале фильмы не боятся ничего: психологических проблем, социальных вопросов, секса (в том числе извращенного), смерти. Фильмы эти весьма депрессивны, но польские режиссеры не собираются ласкать взгляд, ухо и мозг зрителя. В этом они однозначно правы. Проработанные персонажи, кажущиеся живыми людьми, а не экранными куклами — также важный элемент аутентичности.
Второе, причем связанное с первым, это готовность трезво оценить собственное прошлое. В данном случае, прошлое — это сталинистская Польская Народная Республика, существовавшая де-факто с оккупации Польши Красной Армией в 1944 и до отставки просоветского президента Войцеха Ярузельского в 1990-м. «Хитросплетение» начинается как детектив, но приходит к осуждению сталинистского прошлого, схожему с немецкой «Жизнью других». «Ставка больше, чем смерть» показывает Красную Армию и СССР/ГУЛАГ без ложной романтики и героики. Помимо этих картин, показанных в Калининграде, в программу шестой «Вислы» также входит фильм Вальдемара Кшистека «80 миллионов», прямо посвященный борьбе антисоветского профсоюза «Солидарность» со спецслужбами ПНР. Итак, польские кинематографисты не боятся прямо признавать режим Польской Народной Республики преступным.
Наконец, третий немаловажный аспект — это внимание к стилистике. Конечно, фильмы, показанные на «Висле», вряд ли могут по стилистической насыщенности сравниться с Орсоном Уэллсом или Терри Гиллиамом. Но им это и не нужно: холодные цвета подчеркивают депрессивность происходящего на экране, частые «подглядывающие» кадры позволяют зрителю погрузиться в роль вуайериста, а съемки с четким задним планом подчеркивают погруженность персонажей в окружающий мир. Особенно последнее актуально в случае с фильмом «Ты — Бог»: вместо того, чтобы приукрашивать серо-хрущевочную действительность Польши 90-х, этот фильм максимально эксплуатирует ее для создания атмосферы убожества и запустения, давая мастер-класс по съемкам кино на постсоветском пространстве.
Это — те вещи, которым, как мне кажется, российским кинематографистам стоит поучиться у польских. Насколько они к этому расположены — покажет время; но, судя по остросоциальным темам, поднятым лучшими фильмами фестиваля «Короче», такой рывок не за горами.
© 2003-2026