Корреспонденты «Нового Калининграда» посетили концерт Надежды и Григория Кадышевых «Лучшие песни» (6+) в светлогорском «Янтарь-холле», подивились большому количеству молодежи в русских национальных костюмах и попытались понять истоки внезапной популярности, казалось бы, оставшейся в далеком советском прошлом певицы.
Вечером 26 августа к светлогорскому «Янтарь-холлу» стали стекаться люди с фольклорными элементами в одежде — женщины в кокошниках и мужчины в украшенных цветками картузах. Были среди них и люди в возрасте, были и совсем молодые. Можно было предположить, что намечается что-то вроде карнавала, но на самом деле все эти люди шли на концерт Надежды Кадышевой и её сына Григория. «Мне 28 лет, и я очень люблю песни Кадышевой, — признается Ольга из Калининграда. — Очень хотела попасть на концерт, купила билет за 4500. Дорого, но мне не жалко. Я готова была и в Иваново, и в Рязань на ее концерты ехать». Ольга, разумеется, в кокошнике. Сделала она его своими руками.
«Моя бабушка пела её песни, и у меня она ассоциируется с детством», — рассказывает 25-летняя калининградка Елизавета. Она пришла на концерт со всем семейством: с одетым в красивую красную рубаху другом Сергеем, с мамой и тетей, которые тоже хорошо подготовились к концерту в плане нарядов. 56-летний Алексей и его супруга Регина специально приехали на концерт из Советска. «Возможно, это связано с возрастом, но мне очень нравится Кадышева, — признается Алексей. — Раньше мы собирались за столом и пели её песни. Как-то западают они в душу».
Ксения относит себя к миллениалам. «В детстве у меня была кассета с песнями, — рассказывает она. — В комнате дома на полу лежал ковер, и я по точкам на нём придумала себе танец и танцевала под „Течет ручей“».
Алине — всего 16. «Кадышева — это мегакруто, — сообщила она. — У нас в школе многие от неё фанатеют!»
...Зал «Янтарь-холла» был забит под завязку. Среди известных людей был замечен заместитель главы администрации Калининграда Алексей Силанов. На танцпол, где сконцентрировалась главным образом молодежь, которая лихо отплясывала почти два часа, периодически заводя хороводы, он вроде бы не спускался, но показалось, что концерт ему понравился.
Глядя на то, какой восторг вызывает сейчас Кадышева у молодежи, невольно задаешься вопросом об истоках её популярности. В чем здесь причина? Ведь 30–40 лет назад люди, которых сейчас принято называть бумерами, относились к ее творчеству весьма прохладно. Что изменилось? Почему зуммеры стали неровно к ней дышать? Попытка выяснить это у отрывающихся под её песни тинейджеров натыкается на простые ответы: «Просто нравится», «Прикольно», «Весело». Существует версия, что все это для них что-то вроде мема, как, например, «6-7» или «Черемша» певца Газана. Когда этот исполнитель приехал выступать в Калининград на День города, ему был задан вопрос о том, что означает «6-7». И он честно ответил: «Ничего не означает, не надо искать в этом смысл».
Может, и популярность Кадышевой у молодежи тоже «ничего не означает»? Может, это просто некая постирония? Рассказанный с каменным лицом смешной анекдот? Но глядя на то, как девушки — эти юные создания, выросшие в эпоху смартфонов, соцсетей и искусственного интеллекта, — самозабвенно пускаются в народный перепляс, приходишь к выводу, что всё, наверное, не так просто.
Вспоминается эпизод из романа Льва Толстого «Война и мир» (12+), в котором Наташа Ростова неожиданно для всех исполнила русский народный танец:
«Наташа сбросила с себя платок, который был накинут на ней, забежала вперед дядюшки и, подперши руки в боки, сделала движенье плечами и стала. Где, как, когда всосала в себя из того русского воздуха, которым она дышала, — эта графинечка, воспитанная эмигранткой-француженкой, — этот дух, откуда взяла она эти приемы, которые pas de châle давно бы должны были вытеснить? Но дух и приемы эти были те самые, неподражаемые, неизучаемые, русские, которых и ждал от нее дядюшка. Как только она стала, улыбнулась торжественно, гордо и хитро-весело, первый страх, который охватил было Николая и всех присутствующих, страх, что она не то сделает, прошел, и они уже любовались ею. Она сделала то самое и так точно, так вполне точно это сделала, что Анисья Федоровна, которая тотчас подала ей необходимый для ее дела платок, сквозь смех прослезилась, глядя на эту тоненькую, грациозную, такую чужую ей, в шелку и в бархате воспитанную графиню, которая умела понять все то, что было и в Анисье, и в отце Анисьи, и в тетке, и в матери, и во всяком русском человеке».
Представляется, что песни Кадышевой, несмотря на свою простоту и некую безыскусность, выступают в роли своеобразного кода, пароля, с помощью которого вскрываются в сознании некие глубинные пласты. И современным девчонкам хочется танцевать и плакать под песню «Виновата ли я», как это делали когда-то их бабушки. Выходит, что исполнительница — некий архетип «настоящей женщины», которая может и спеть про боль, и в пляс пойти.
Похоже, что молодые ребята и девушки ценят ее за естественность, за то, что она позволяет себе быть собой и тем самым помогает им сделать шаги в этом направлении. И если посмотреть на «феномен Кадышевой» с этой стороны, то можно прийти к заключению, что для молодежи её песни — это не ирония и не постирония, а, наоборот, попытка бегства от мира современной поп-культуры, где во всем есть двойное дно, где царит фальшь и где важен образ человека, а не его суть. Исполнительница простых песен дает возможность снять маску и ничего из себя не изображать. Когда грустно, можно всплакнуть, когда весело — посмеяться и поплясать. Своего рода психотерапия.
На концерте было два основных действующих лица, но первую скрипку, как нетрудно догадаться, играла сама Надежда Кадышева, которая, надо отдать ей должное, обладает довольно сильной харизмой, мощной энергетикой, и все это вкупе с пронзительным, не меняющимся с возрастом голосом создает необходимый эффект. Представленное шоу было, как можно предположить, многократно обкатано во многих городах. Гармонист всю дорогу выкрикивал: «Светлогорск!», стараясь сделать приятное местной публике. И у него это, похоже, получилось.
Концерт закончился поздно. Один из последних автобусов до Калининграда был полон женщин, многие из которых так и не сняли кокошники. Ехать было тесно, неудобно. «Но надо быть веселее, оптимистичнее, — советовала усталая кондукторша, протискиваясь между пассажирами. — Кадышева же сегодня выступала!»
Текст: Кирилл Синьковский, фото: Юлия Власова и автора / «Новый Калининград»
© 2003-2026