Светлана Колбанёва: «В хорошей жизни нет ничего сложного»

Создатель и продюсер программы «Дело вкуса» медиагруппы «Каскад» и пресс-атташе фестиваля «Дон Ченто Джаз» Светлана Колбанёва в интервью «Новому Калининграду.Ru» приоткрыла дверь на кухню своей передачи, рассказала о любимой еде и винах, разрешила сомнения о «пути к сердцу мужчины», а также описала кенигсбергскую кухню и кулинарные особенности африканского континента.

- Когда задумывалась передача «Дело вкуса», не зря была затронута тема еды. Вы больше любите есть или готовить?

- Не все любят готовить, но все едят. Вообще, я классический журналист с образованием, с опытом работы в новостях, в политике, с освещением выборов. И однажды мне просто надоело. После третьих выборов становится понятно, что, в принципе, ничего не меняется. С экономикой у нас тоже как-то не очень. Но мне всегда нравилось телевидение как профессия. И хотелось соединить в нем то, что я очень люблю. А поскольку у нас очень хлебосольная семья, все мои друзья любят готовить и много знакомых поваров… Я не помню, кто точно подал эту идею, но Игорь Ростов, тогда директор «Каскада», воспринял ее с удовольствием, сказал: если хочешь, то попробуй. Мы начали с пятиминутной рубрики, раз в неделю в утреннем формате. И за год практически стало понятно, что маленькая рубрика выросла до самостоятельной программы — когда появились спонсоры.

- В каком году состоялся первый выпуск?

- В 1999 году вышла рубрика, и в 2000 году осенью вышла программа. Опять же, я не могу сказать, что я ушла из журналистики. Я до сих пор делаю репортажи, интервью, другой вопрос, что мне неинтересно, объективно неинтересно разговаривать с нашими политиками.

- Это обусловлено тем, что люди такие, город такой? Мы все «маленькие» и одинаково думаем»?

- Хорошие политики не дадут точного и откровенного ответа, особенно журналисту, потому что для них это может означать конец карьеры. Поэтому политики могут быть очень хорошими и честными людьми, но они просто не могут быть откровенными с журналистами. Они вынуждены быть дипломатами. Чисто по-журналистски мне это было не интересно. А «Дело вкуса» с 2007 года существует в формате «интервью-портрет» и, в отличие от интервью с очевидцами и информационного интервью, ставит своей задачей раскрыть человека. Поэтому мне это интересно.

- Но все равно, когда на программу приходили политики и дипломаты, вы касались политических тем.

- Да, но речь шла, прежде всего, о дипломатах–людях: почему они стали дипломатами, что ими двигало, почему Россию выбрали. О политике мы говорили очень мало.

- В маленьком городе круг интересных людей, которых можно пригласить на программу, постоянно сужается?

- Все время появляются новые герои, приезжают новые люди. Список потенциальных гостей расписан на год вперед. Сейчас не скажу точно, сколько человек уже прошли через программу, но если прикинуть с 2006 года, 52 недели в году, получается более 100 человек… Кто-то выходит на меня сам, так как интересен формат такой беседы. К кому-то обращаемся с предложением мы.

- Как принимается решение, кто будет следующим гостем? Это зависит полностью от вас?

- У нас коллегиальность в работе и я выслушиваю мнение своих коллег — режиссера, операторов, менеджеров, но конечное решение принимаю я - как продюсер, автор и ведущая программы.

Есть три критерия, как минимум два из них должны быть в наличии. Гость должен быть личностью, продвигающей что-либо для Калининграда, что-то позитивное, что-то хорошее, человеком, вызывающим общественный интерес. Должен быть симпатичен лично мне, быть «на контакте». Мы можем быть незнакомы, но всегда встречаемся до программы и находим личный контакт. И гость должен быть разговорчивым, общительным.

Например, театральный режиссер Евгений Марчелли. Мы с ним сделали два выпуска, потому что это просто фееричная личность! Резать материал не хотелось, а в одну программу он просто не влезал. Ну и выпустили две передачи.

- Получается, что приготовление еды на программе не первично.

- Совсем не первично. Просто сам процесс приготовления еды снимает у гостя страх камеры.

- Как выбираете блюдо?

- Тоже по четким критериям. Блюдо должно подходить гостю, будь то информационный повод или личные предпочтения. На примере двух консулов польских: Чубиньски готовил польскую кухню, потому что он продвигал свою страну. Нынешний генеральный консул, Марек Голковски, заявил, что не хочет готовить польскую еду и выбрал итальянскую, потому что он изучал итальянский, работал в Италии...

Далее: блюдо должно соответствовать теме, о которой мы разговариваем. Допустим, в марте вышла программа с ректором института «Европейская Бизнес-Школа Калининград». У них основные партнеры Франция и Германия, поэтому мы готовили французские и немецкие блюда.

В случае если гости не знают, что они хотят готовить, мы предлагаем свои варианты, исходя из общих критериев. Я люблю восточно-прусскую кухню и поэтому стараюсь ее продвигать.

Кроме того, в штате программы есть повар-технолог, которая проследит за тем, чтобы конечный результат получился хорошим, потому что все это мы потом съедаем - устраиваем «производственное совещание по итогам»...

- Путь к сердцу мужчины лежит через желудок?

- Путь к сердцу идиота, может, и лежит через желудок, но мне хочется надеяться, что мужчины функционируют несколько сложнее. Хотя правильная женщина, конечно, своего мужчину должна кормить и, желательно, хорошо, то есть с любовью.

- Все время с едой и вокруг еды, а как же фигура?

- Человек красив настолько, насколько он красив. Мне об этом легко говорить, потому что я сама человек очень теле- и фотогеничный. Опять же, в семье очень много красивых людей. Вокруг много красивых друзей, и все они разные — одни худые, другие плотные, но все прекрасные. Я не заморачиваюсь на эту тему. Мы едим вкусную полезную, если хотите, здоровую еду, нормально спим, нормально живем, занимаемся спортом.

- Сейчас возможно найти здоровую еду?

- Конечно. Купить у бабушек. Сейчас в палатке, где я покупаю фрукты-овощи и зелень, для меня отложили козелец и топинамбур. Вчера мы ели свежий козий сыр с плесенью, друзьям его привезли от одного калининградского фермера. По поводу отсутствия здоровой еды ноют люди, которые сидят и ничего не делают. Нужно искать, и ничего сложного в этом нет. В хорошей жизни нет ничего сложного!

- Ваше отношение к фастфуду?

- Ну что такое фастфуд… К «Макдональдсу» негативное отношение. В булочках для гамбургеров ненормально высокое содержание сахара, чтобы при прожаривании получался такой аппетитный коричневый тон — это карамелизация. И это неестественно, я такое не хочу. У меня нормальное отношение к суши, а это тоже, в принципе, фастфуд. Бывает, что ем бургеры, но настоящие, которые делаются в биобистро, например, в Германии, где вместо котлеты — кусок мяса, и уложен он между ломтями зернового хлеба.

Рестораны русской кухни, как правило, совсем не интересны за границей: салат Оливье, борщ и так далее. А ведь борщ по определению лучше всех готовит мама. Или папа.

- В детстве готовили с мамой?

- С бабушкой. Мне доверяли месить фарш для пельменей. Я росла в Полесске, в доме с садом-огородом, там все время готовили, что-то ели, что-то заготавливали. Собирали вишню, потом из нее варили варенье.

- Есть любимое блюдо?

- То, которое приготовлено в данный момент из хороших продуктов. Если оно при этом сделано конкретно для меня, то это — лучшее что может быть.

- Часто приготовление еды превращается в рутину...

- Мне в этом плане повезло, так как я не домохозяйка. Для меня приготовление еды это работа, причем работа любимая.

- Восточно-прусская кухня, что это?

- Все сразу думают о «Кёнигсбергских клопсах». Но это достаточно заезженное блюдо. Вообще восточно-прусская кухня сформировалась между балтийской и славянской, поэтому она очень нам близка. Там интересны рыбная тема, тема дичи, творожные десерты, ягодные и фруктовые блюда, поэтому она всегда найдет своих почитателей.

- В Калининграде где-нибудь предлагают эти блюда?

- Клопсы бывают в «Москва-Берлин» на бизнес-ланчах, в «Солнечном камне»...

В те времена, когда еще не было интернета, знания передавались от бабушек к внучкам. У нас такая региональная особенность, что бабушки и внучки говорили, как бы помягче выразиться, на разных языках. Потом бабушек депортировали: бабушки были немецкие, а внучки уже русские, поэтому передачи знаний не произошло естественным путем. Моей семье повезло: первое поколение застало коренных жителей, несколько лет жили бок о бок с немцами, и у нас семейные традиции несколько отличаются от русских. Допустим, у нас блины никогда не готовили толстыми — только тонкими, кружевными; картофель жарится со шкварками и луком. Такие же блюда я потом обнаружила в немецкой кухне. Облепиха дома всегда была. Это же местная ягода! Соки из облепихи, масло. Яблочное вино гнали. Потому что здесь сорта яблок, которые допускают хорошее производство вина и сидра.

Не знаю, кто у нас еще интересуется кенигсбергской кухней и интересуется ли вообще. Я этим занялась много лет назад, и сейчас я уже знаю поваров, которые работают в Германии, у меня много книг по восточно-прусской кухне, я дружу с Рамоной Аццарро, владелицей ресторана восточно-прусской кухни «Марьельхен» в Берлине. Мечтаю привезти ее сюда на кулинарный семинар, может быть.

- Будет ли корректным вопрос о любимых ресторанах города?

- Да, конечно. В разные заведения хожу по разным поводам. В «Табаско» и «Москва-Берлин» - позавтракать, пообедать, иногда поужинать. Сейчас стала ходить в «Репортер», потому что у них хорошая музыка, и они сильно улучшили кухню. Если праздник, то «Дольче Вита» и «Усадьба». «Токио» стал нравиться на проспекте Мира. Капучино с двумя кубиками тростникового сахара в формате «на ход ноги» - в «Круассане» - это мое типичное утро.

- Поговорим о напитках, так как некоторые за нашим столом сейчас пьют пиво… Вы сталкивались с мнением, что «Швитурис» в Литве вкуснее, чем тот же «Швитурис» у нас?

- Это просто другое восприятие. Ничто не перебьет вкус кофе, который вы пили на площади Сан-Марко в Венеции, хотя сорта кофе там могут быть гораздо хуже, чем те, что подают в наших ресторанах. В «Москва-Берлин», например, кофе «Musetti», это поставщик Папы Римского. Кофе очень хорошего качества. Но, прежде всего, я пью вина. Красные, белые сухие вина.

По сравнению с крупными винными странами, в России никогда не производилось хорошего своего вина в промышленных масштабах.

- А как же Абрау-Дюрсо, массандровские подвалы, кубанские вина…

- По количеству марок массандровские подвалы не сравнятся даже с регионом Франции.

На мой взгляд, существуют пояса напитков, в которых находятся страны: винный, пивной и спиртово-настоечный. Та же самая Швеция – очень плохое пиво, нет своего вина, но у них превосходные крепкие напитки, все эти настойки. Мне кажется, что Россия где-то посередине между пивным и водочным поясом. И не надо стремиться в другую сторону. Это как с отечественным автопромом… Я не считаю, что российские вина достойны упоминания. Опять же: зачем их изобретать, когда есть Франция, есть Италия, есть Испания, а сейчас еще и Новый свет подтянулся. Мне кажется, этого вполне достаточно.

Сейчас дегустирую сицилийские вина. И у них очень интересный привкус. Там вулканические почвы, и вино имеет железистый привкус, похоже на вкус крови, как если вы прикусите губу… К сожалению, они мало известны, потому что транспортировка дорогая, и в России вино получается не дешевым.

- Как выбрать вино?

- Выбирайте сорт винограда. Если вы не любили сухие вина, то берите Шираз, он еще Сира произносится, или Пино Нуар. Потому что это самые ароматные из сухих вин. У них богатый фруктово-ягодный букет. Они легко пьются. Начинать знакомство с сухими винами сразу с Мерло чревато последующим неприятием вина вообще.

- Вы недавно вернулись…

- Из Африки.

- И каковы кулинарные впечатления?

- Самое веселое, что коренные африканцы обижаются, когда их спрашивают про африканскую кухню. Потому что это типичный вопрос белого человека. Африка — огромный континент, поэтому кухонь там очень много. Мои друзья живут на берегу Индийского океана и едят рыбу и морепродукты. А основная тема Африки - специи. Танзания и Занзибар, где я была, мировой лидер по экспорту гвоздики и перца. Местные жители просто берут кусок свежей рыбы, посыпают специями, ставят на гриль - и блюдо готово.

Таким образом, хорошо то, что приготовлено в данном регионе, в данное время года и из хороших продуктов. И не надо ничего придумывать. Я как журналист нашла для себя тему. Еда ведь связана с культурой и историей, с этикетом, прежде всего, она связана с людьми, которые ее делают. Она позволяет найти себе собеседника в любой стране. Эта тема, которой я надеюсь заниматься всю жизнь и постоянно узнавать что-то новое.