Вернувшись с Каннского кинофестиваля, арт-директор кинотеатра «Заря» и «Артишок» рассказал «Афише Нового Калининграда.Ru» о программе фестиваля, разделил предположение о том, что скандал с Фон Триером был раздут намеренно, объяснил, почему Николя Саркози бойкотировал фестиваль, а также поделился впечатлениями о фильме-победителе.
- Несмотря на то, что тема нашего интервью - Каннский кинофестиваль и фильмы, там представленные, не могу удержаться от вопроса: как водичка в Каннах?
- Теплая. Но я не могу сказать, что купался. Потому что фильмов так много, так много встреч. Все время думается, что море подождет, впереди еще есть время. И только в последний день я понял, что он последний и надо хотя бы раз погрузиться в море.
Фестиваль идет одиннадцать дней и фильмов там бессчетное количество и много всяких программ. Я старался смотреть основную конкурсную программу. Хотя там есть и внеконкурсная и программа «Особый взгляд», много всяких параллельных программ. В среднем я смотрел три-четыре фильма в день. Получается, что я посмотрел где-то 35 фильмов. И все равно невозможно было увидеть все фильмы конкурсной программы. Пять-шесть картин я пропустил и очень жалею.
- Когда, например, нюхаешь духи, после третьего-четвертого варианта запахи приедаются, и ты перестаешь чувствовать полутона. С фильмами также?
- Фильмы, все-таки, сильно отличаются друг от друга. Они нам о разном говорят, они взывают не только к одному органу чувств, как запах. Это может быть сложно только для человека, который не привык смотреть по три фильма в день и не ездит на фестивали – я не знаю каково это. Но поскольку для меня это уже десятилетняя практика: посмотреть все, чтобы выбрать самые достойные работы и привести сюда. Фильмы не сливаются в единое целое, если они достойны. Если программа прошлого Каннского кинофестиваля была довольно слабой и считается, что даже Венецианский фестиваль в прошлом году обставил Канны, то в этом году она была очень сильной. Я не могу сказать, что в этом году в Каннах были однозначные какие-то фавориты. Но у каждого фильма уровень настолько высокий, что не было ни одной скучной картины, я не ушел ни с одного фильма.
- Теперь я в растерянности относительно вопроса что удалось посмотреть? Потому что, с одной стороны, хочется, чтобы ты отметил какие-то фильмы, с другой стороны, боюсь, мы с читателями утонем в потоке фамилий. Давай найдем баланс.
- Все, кто наблюдал за программой этого года, отмечали, что если Берлинский фестиваль политически направленный, то Каннский больше гуманистический. Даже когда там побеждают фильмы типа «Криминального чтива», все равно - поп-культура, с акцентом на слове «культура». И темы гуманизма, человеколюбия важны для Канн. Плюс кинооткрытия из странных стран, которые совершенно не ассоциируются с кино. Кения, например. И Канны это очень любят. В этом году тему, которая ярко выраженно присутствовала в конкурсной программе, была, как бы точнее сформулировать - «сексуальные перверсии». Почему-то очень много картин в конкурсе оказалось посвящено сексу в той или иной степени его проявления. Например, мы там увидели австралийский фильм режиссера Джулии Ли «Спящая красавица» - первый, наверное, в мире фильм, рассказывающий о такой особой форме нарколептической проституции, когда девушка приходит в шикарный особняк, ее там усыпляют и пожилые мужчины могут с ней в этот момент делать, что хотят.
Еще одна называется «Аполлонида - дом терпимости», режиссер Бертран Бонелло, Франция. Здесь по самому названию понятно, что речь идет о публичном доме. Роскошном, на рубеже 19-20 веков, куда ходят богатые люди и где есть одна девушка, пользующаяся странной популярностью, потому что ей разрезали рот ножом когда-то, и теперь ее называют «девушка, которая всегда смеется».
Почему-то эта тема была очень популярна. Хотя не один из фильмов, связанных с этой темой, в итоге не победил. Это тоже любопытно. Может быть, был переизбыток таких фильмов.
- Что скажешь о победителе, фильме «Древо жизни»?
- Картина Терренса Малика вызвала очень противоречивые отзывы во всей прессе и ее неоднозначно встретили: на балконе во время премьеры кричали «бууууу».
- Из-за чего?
- Им не понравился фильм. Они посчитали его претенциозным, напыщенным, «ни о чем», и так далее. Но при этом большинство критиков склонилось к тому, что это шедевр, это прорыв, это новый киноязык. Малик придумал как по-новому рассказывать историю общения человека с Господом Богом. Что очень сложно показать визуально, с помощью слов и музыки. Это мало кому удавалось. Один из тех, кому удалось, это наш соотечественник Андрей Тарковский, другой - это Эрнст Бергман. Но таких людей – единицы.
И вот Малик сумел придумать какой-то новый способ общения, по крайней мере, так показалось многим. Я даже не свое мнение озвучиваю в данном случае, а взгляд мировой прессы. И понятно, что он американский режиссер, а Роберт Де Ниро, который возглавлял жюри в этом году – американский актер, и это налагает абсолютно колоссальный отпечаток на выбор победителя в результате.
С другой стороны «Древо жизни» - это действительно тот фильм, который поднял все гуманистические вопросы, встающие перед человеком: семья, воспитание ребенка, общение с космосом, общение с природой. Все эти вечные темы Малик сумел реализовать, что-то более успешно, что–то - менее, но все фантастически красиво: каждый кадр можно остановить и повесить в рамку. Чего стоит момент, где Брэд Питт рассматривает пяточку новорожденного ребенка и понимает, ощущает, что это его сын. И от этого кадра прям сочится вся любовь, все его эмоции, написанные даже не на лице актера, а вообще в самом кадре. Как стоит камера, как падает свет и в результате зритель видит простую стопроцентную эмоцию. Это удивительно.
Малик, он, конечно, Бог визуального ряда. Он всегда снимает в очень сложных условиях. Обычно кино снимается днем, когда хороший свет. Поэтому Голливуд и стал Голливудом, потому что там всегда хорошая погода – всегда можно снимать. Малик же предпочитает работать в сумерках на закате. Это сложно. Вообще он - перфекционист. У него за плечами сорок лет карьеры, он начал в семидесятых, сейчас 2011-й, и он снял 4 фильма. То есть, получается - один фильм за 10 лет. Фильм «Древо жизни» должны были привезти в Канны два года назад. Он его отснял три года назад, и три года он его монтировал, перемонтировал, колдовал и создавал то, что мы увидели в Каннах. Это такой режиссер, который должен прожить десятилетия, чтобы понять свое ощущение от того, что такое жизнь, меняющееся с возрастом и пришедшее более глубокое осознание от того, что такое человек и где его место.
- А что ты думаешь о фильме Ларса Фон Триера и о самой персоне?
- Высказывания Ларса Фон Триера на пресс-конференции о том, что он нацист, победило сам фильм. Оно было более неожиданным, провокационным и скандальным, чем сама картина, которая на все эти звания так же претендовала. Он снял такую «скай фай» драму о конце света под названием «Меланхолия». Она довольно актуальна, потому что сейчас часто говорят об этом. Он предположил, что конец света наступит из-за того, что мы столкнемся с некой планетой, которая больше земли и которая ее сожжет своей массой. Понятно, что название этой планеты - «Мелонхолия» - это некая метафора. И в триеровском мире это, возможно, выход из тех депрессий, в которых он был, когда снимал «Антихриста».
- В чем разница граней терпимости между высказыванием Ларса Фон Триера, которое было, скорее, в нужный момент остановлено и после раздуто, и фильмов о сексе, о которых ты рассказал, например, - о педофилии. Они ведь тоже на грани скандала – стоит только поднести зажигалку. Почему тогда критики или общественность не возмущал факт существования этих фильмов?
- Ну, во-первых, Канны очень открытый фестиваль и там можно показывать все. По крайней мере, так кажется. Так, например, один из фильмов, который был там показан, «Завоевание». Это французская картина о действующем президенте. Прецедента еще не было. Причем сняли так, что Карла Бруни - жена Николя Саркози, да и сам он, бойкотировали фильм и в результате фестиваль. Канны - единственное место в мире, еще может быть Берлин, где кино способно влиять на политику, на жизнь людей, менять их мировоззрение. Поэтому фестиваль открыт ко всякого рода скандалам.
Из слов Триера, и это было видно, скандал скорее сделали. Сложно сказать, что он нацист на самом деле, скорее провокатор. И своими фильмами он тоже провоцирует, создает информационные поводы для разговора. Но для французов тема нацизма одна и самых болезненных, и он зашел слишком далеко и не в той стране. Может быть, у себя в Дании он может высказываться более свободно, но во Франции такое сказать нельзя. Тем более, что мы имеем недавний скандал с Джоном Гальяно (антисемитские высказывания в одном из парижских кафе в феврале 2011 года - прим. «Нового Калининграда.Ru»).
К тому же, французы, которые присутствовали при этом, сказали, что имело место быть некое специальное искажение того, что он хотел сказать. За него сразу стали извиняться его коллеги и Кирстен Данст…
- Он же говорил не по-французски, и перевести можно, играя на тонкостях языка как угодно…
- В том-то и дело. К тому же, он явно хотел продолжать свою реплику, но его как-то остановили и – раз – скандал. Поэтому темы эти еще довольно свежи в памяти и с ними нельзя шутить – еще не время. Я не знаю чем это закончится для Триера, но для его карьеры этот факт не очень хорош.
- Традиционный вопрос: что из программы Каннского фестиваля попробуешь привезти в Калининград?
- Теоретически, показать можно все. Так что фильмов много и несмотря на то, что мне многие картины понравились, я понимаю, что калининградцы их, скорее всего, не увидят. Здесь дело даже не в том, готовы – не готовы, а в том, сколько человек готово.
Скажем, был прекрасный фильм «День, когда он придет» корейского режиссера Хон Сан Су - это история друзей, шатающихся по городу, и на протяжении фильма мы видим шесть-восемь корейских лиц, выпивающих, общающихся, переходящих из заведения в заведение и больше никакого действия нет. В придачу ко всему оно черно-белое.
- Как ты думаешь, в чем эффект таких фильмов - «что вижу, то пою»? Точно также кто-то может поставить камеру в эту комнату, снять нас, «два человека беседуют». А кинокритики будут выискивать в этом разговоре смысл, полутона, мимику.
- Тут не так все просто. Это некоторая иллюзия простоты. Так в 1984 году снял свой фильм такой прорывной режиссер как Джим Джармуш (фильм «Более странно, чем в раю» - прим. «Нового Калининграда.Ru»), и тогда как раз появилось это ощущение, когда люди выходили из кинотеатров и говорили «я тоже так могу». Но с тех пор прошло много лет и до сих пор еще никто так не смог. Никто не смог передать эту красоту, эту простоту кадра, которую он построил за бюджет, который человек получит за одну-две зарплаты. Профессионал сразу видит детали. Кино тоже довольно точная наука. Поэтому кинокритиков не обманешь. Хотя и они делают ошибки. Например, история с тем же Маликом и картиной «Дни жатвы», которая была снята в 1978 году. Там Ричард Гир совсем молодой – потрясающий фильм, где режиссер говорит о взаимодействии человека с природой. Фильм о войне, где показана не война между людьми, а воздействие войны на природу. То есть, как воспринимают деревья, кусты, трава, муравьи то, что на Земле стреляют из пушек и пулеметов. Основная мысль у фильма именно такая, хотя эту мысль можно не разглядеть за всеми действиями и диалогами. И вот критики после выхода картины обозвали ее неудачной. Но за 30 лет, которые прошли, репутация фильма так выросла, так сильно изменилась, что эта картина вошла в сотню лучших фильмов всех времен и стала одним из эталонов, по которому в кинематографических университетах изучают киноискусство - о том как показать так мало, сказать так много и заставить задуматься о вселенной.
- Давай вернемся к Калининграду. Что из программы Каннского фестиваля хочешь показать?
- Давай я возьму программу фестиваля (берет увесистый каталог) и пойдем по порядку. Вот, например, фильм, которым открывался фестиваль - «Полночь в Париже» Вуди Аллена – обязательно покажем. «Спящая красавица» о нарколептической проституции – тоже попробуем показать. Я не знаю, будет ли у фильма русский дистрибьютор, поэтому еще не знаю, с какой компанией придется работать по этому вопросу.
Фильм, который мне не удалось посмотреть «У нас есть папа» итальянского режиссера Нанни Моретти о ватиканском кризисе, когда избран новый папа римский, но он не готов выйти к людям и взять на себя ответственность, и тогда приглашают психоаналитика…
«Майкл» - историю педофила. Может быть, на «Фестивале Европейского кино» в «Заре», если от Австрии больше ничего любопытного снято не будет. Я не считаю, что это выдающийся фильм. Он интересный и может привлечь, но хочется посмотреть, что еще австрийцы сделали в этом году.
Картина «Мальчик на велосипеде» братьев Дарденн, это бельгийский фильм. Кстати говоря, они и Эмир Кустурица – это единственные в мире режиссеры, которые дважды получили золотую пальмовую ветвь. Больше два раза этот приз никто не получал. Этот фильм, возможно, тоже возьмем на «Фестиваль Европейского кино».
«Древо жизни», по этому фильму мы уже знаем дату – 9 июня этот фильм выходит на экраны России. Будет в «Заре» или нет, решается буквально сейчас. В любом случае, уверен, что в Калининграде он будет точно.
«Аполлонида - дом терпимости» - хороший фильм, и я думаю, стоит его показать, хотя в рамки европейского кино он не очень вписывается, потому что французского кино там гигантский выбор, очень много фильмов. Подумаю.
«Меланхолия» Триера – думаю, да. Собственно, мы все фильмы Триера показываем. У него есть зрительская аудитория, его имя часто сопровождает скандал и всегда интересно своими глазами увидеть, чем он нас удивит.
Педро Альмодовар, «Кожа, в которой я живу» - тоже, кстати, одна из тех тем сексуальных перверсий Каннского фестиваля. Это история отца, который мстит за изнасилование своей дочери, в результате которого она умерла: ловит насильника, запирает его в отдельной комнате и, поскольку он хирург, пришивает ему вместо члена вагину и потом с ним спит. И роль этого хирурга играет Антонио Бандерас. Думаю, покажем, причем может быть не в «Артишоке» , а на большом экране.
- Остальные предполагают формат «Артишока»?
- «Меланхолия» тоже, наверное, на большом. А другие фильмы для «Артишока». Я предполагаю, что не больше 20-30 зрителей на сеанс. Поэтому самое основное и яркое, пожалуй, увидим.
Текст - Виктория Борисова, фото - film.ru, evropa.org
© 2003-2026