Кто и как проектирует наше будущее?

Не секрет, что конкурсы по госзакупкам сегодня выигрываются за счет занижения цены, а не за счет гарантии качества. Такая ситуация характерна для всех регионов России. Но строители озвучивают еще одну проблему: в России нет проектных институтов, способных справиться с большим объемом современной градостроительной документации, которая необходима для реализации крупных строительных проектов, хотя по сравнению с советскими временами число проектных организаций, занимающихся проектированием жилых домов, как ни парадоксально, увеличилось в десятки раз. Как остро стоят эти проблемы в нашей области? Мы попросили высказаться руководителей двух проектных институтов: ОАО «Калининградпромпроект» Олега Пасеку и НП «КалининградПроект» Владимира Комарова.

Олег Пасека:

– Ну, давайте начнем с кадров. С кадрами в сфере проектирования все понятно. Когда началась перестройка, объемы заказов на жилищное строительство резко сократились. Выпускники вузов строительного профиля, будучи невостребованными, подались в другие более хлебные отрасли – в торговлю, например. Да и сами проектные организации перестали принимать молодежь. То есть не было притока свежих сил. Был потерян целый возрастной слой специалистов, которые сегодня должны бы были быть ведущими. И сегодня основную нагрузку по проектированию, которая очень возросла, тянут на себе старые кадры. Они отвечают за качество, прочностные характеристики зданий. Нарисовать-то ведь просто. Нужно все рассчитать. А молодежь еще только-только подрастает. Но у нас проблема и с квалификацией заказчиков. На аукционы ведь выставляются в основном государственные объекты. Недавно выставлялся на торги один объект в Немане. Мы решили поучаствовать в конкурсе на проектирование. Просчитываю для себя стоимость контракта – вижу ошибку. У меня получается в полтора раза больше. Только потом понял, что чиновник, выставляющий этот объект на аукцион, не знает арифметики 3-го класса. Ему что в скобках, что за скобками цифры – он все складывает по порядку. И с такими парадоксами приходится сталкиваться довольно часто. В ОКСах и УКСах еще работают специалисты, которые понимают, как проектируются и строятся объекты. Хуже всего, когда функции заказчика отдаются непрофильным ведомствам: министерствам образования, культуры, спорта, здравоохранения. Им надо объяснять, что такое проект. Они не могут сформулировать техзадание, грамотно подготовить конкурсную документацию. В одном абзаце залоговая цена стоит 100 тысяч рублей, в другом – 150. Даже в номерах счетов допускают ошибки. О технических условиях и говорить не хочется, никакой предпроектной подготовки объектов никто не проводит. В результате неподготовленный объект выставляется на торги – и начинается: то одних данных не хватает, то других, сроки срываются. И кто виноват?

Владимир Комаров:

– Я тоже могу поделиться своими соображениями по тревожной ситуации, которая сложилась в строительной отрасли нашей области. Пока шел строительный бум, мы, проектировщики и строители, мало внимания обращали на ситуацию с правилами федерального, областного и муниципального финансирования, да и сторонние подрядчики (из других регионов) практически не лезли на региональный рынок. Ситуация изменилась после начала кризиса. Коммерческих заказов стало мало, и нам пришлось обратить внимание на федеральные и муниципальные заказы, тем более что Правительство РФ специально стало интенсифицировать бюджетное финансирование строительных работ. Если смотреть в общем на объемы работ по проектированию и строительству с учетом коммерческого строительства, то этих объемов вполне хватило бы на выживание наших региональных строителей. Но почему-то конкурсы на крупные объекты в основном выигрывают иногородние подрядчики, которые тут же начинают нанимать наших уже нищих строителей и проектировщиков за 10-15 % от номинала. Система конкурсов и тендеров, которая организована нашими конкурсными комиссиями, является крайне порочной и коррупционно привлекательной.
Условия одних конкурсов формируются таким образом, что их может выиграть только одна заранее определенная организация. В других случаях, где есть какая-то конкуренция, срок выполнения работы падает до такой величины, что произвести ее можно так же, как и родить ребенка за полтора месяца. Примеры такие у всех строителей и проектировщиков на слуху – разработка проектной документации на строительство межрайонного медико-диагностического центра в городе Советске Калининградской области, разработка проектной документации по строительству детского сада на 240 мест в том же Советске. Выполнение этих необходимых социальных объектов предполагается сделать за 50 календарных дней, в том числе 30 дней отводится на прохождение государственной экспертизы проекта. К сожалению, таких примеров можно привести множество. На сайте госзакупки.ру можно найти даже такое условие – срок проектирования 1 день. Более того, использование Закона ФЗ-94 чиновники довели до такого совершенства, что любой провал по строительству (закупкам) прикрывается теми или иными статьями этого закона. Потеряна ответственность распорядителей (заказчиков) по крупным или мелким объектам, и в результате потери сотни миллионов рублей. Вообще, у нас вопросы бюджетного финансирования взяли в свои руки чиновники и выдают нам готовый продукт уже в виде готового решения: «так вышло» и «так надо». Даже вялое предложение проектировщиков о присутствии представителя Союза строителей на подведении итогов конкурса (тендера) встретило категорический отказ со стороны наших чиновников.

Олег Пасека:

– Продолжу мысль своего коллеги. Ведь есть нормы продолжительности проектирования. Чиновник о них порой даже не знает. Нельзя считать работу проектных организаций безоблачной, позволяющей просиживать штаны в уютной обстановке офисов, непрерывно изучать нормативную документацию и что-то такое рисовать на бумаге. К сожалению, неспешность в проектировании, крайне необходимая для продумывания технических решений и достижения необходимого качества, сменилась нервозностью и постоянной спешкой. Правильные решения обрастают изменениями, вынужденно вводимыми под давлением многочисленных согласующих, контролирующих и экспертных государственных организаций и заказчика. Нередко эти изменения не улучшают технико-экономические показатели объекта проектирования, однако всю ответственность за безопасность объекта проектировщик несет сам и ни с кем по действующему законодательству не разделяет. Мы, например, постоянно сталкиваемся с проблемой неурегулированных земельных отношений. Проект готов, несем его в госэкспертизу, а нам говорят, что часть земельного участка под проектом принадлежит другому собственнику или что границы земельных участков нанесены неверно. Но ведь мы получили техническое задание из рук власти. Переоформление земли занимает 2-3 месяца. И этим делом тоже занимаемся мы, проектировщики. А то, что по этой причине проект не сдается в срок, заказчика не волнует. У него нет никаких обязанностей, во всем виноват проектировщик. В результате в ряде случаев согласовываются сырые, а то и вообще, на мой взгляд, ошибочные проекты, и долго не согласовываются по каким-то причинам вполне профессиональные, нормальные работы. То есть в нашем городе нет прямой зависимости между качеством проектирования и тем, что в результате будет строиться. Возможно, в обозримом будущем произойдут какие-то подвижки в лучшую сторону

Что думает власть о проектировщиках?

Более года назад, в апреле 2010-го, на заседании комиссии по бюджету и финансам совета депутатов Калининграда председатель комитета экономики и финансов Светлана Мухомор сообщила о том, что готовятся конкурсы на проведение проектных работ по реконструкции аварийных мостов в южной части города. В частности, проектирование капитального ремонта путепровода по Аллее Смелых обойдется бюджету города в 12,5 млн руб., аналогичного сооружения по ул. Суворова – 14,8 млн руб. Членов депутатской комиссии заинтересовала высокая стоимость проектных работ, они решили уточнить, какие именно организации участвуют в подобных тендерах. Оказалось, что серьезные московские и питерские структуры, как правило, готовы снизить начальную цену не более чем на 10 %, а калининградские организации и того меньше. «Почти полмиллиона евро за проектирование – это, конечно, очень много, наши проектные организации борзеют. Необходимо изучить наличие интереса у зарубежных проектировщиков», – отметил председатель депутатской комиссии Александр Мусевич. По итогам обсуждения вопроса депутаты приняли решение дать поручение управлению международных связей провести информирование среди немецких, польских и литовских фирм о проводимых конкурсах по разработке проектной документации.
Судя по тому, что проекты зарубежных проектировщиков на наш рынок не хлынули, их тоже не совсем устраивают условия проектирования.

Виноват ФЗ № 94

За время своего действия ФЗ № 94 существенных перемен не претерпел,
но его обсуждение специалистами и практиками ведется уже почти два года.
И претензий к этому законодательному акту становится все больше. О том, что закон нужно менять, во весь голос кричат не только строители и проектировщики. О необходимости его корректировки заявляли и президент Медведев, и премьер Путин. Основные претензии к закону таковы: в действующей редакции закона не проводится различий между понижением цены и демпингом. Участники торгов считают, что нельзя снижать стоимость контракта ниже расчетно-плановой прибыли организации. Закон не содержит механизма, позволяющего отделить квалифицированного застройщика или проектировщика от неквалифицированного, в результате чего любое юридическое и физическое лицо может участвовать в аукционе – были бы телефон и банковский счет. На практике неквалифицированный победитель, предложивший демпинговую цену, либо привлекает затем квалифицированную компанию на невыгодных условиях, либо получает аванс и не приступает к работам. Поэтому к участникам аукциона должны предъявляться дополнительные требования, не отраженные в ныне действующем законе.

Когда верстался номер, стало известно

Минэкономразвития внесло в правительство проект закона о федеральной контрактной системе, который призван заменить действующий 94-й федеральный закон о госзакупках.

По словам главы Минэкономразвития Эльвиры Набиуллиной, ожидается, что документ вступит в силу с 1 июля 2012 года. «Сегодня перед нами стоит задача сделать российскую экономику более диверсифицированной, чтобы развивались не только сырьевые отрасли. Поэтому нужно включить все источники внутреннего спроса», – отметила Набиуллина. Минэкономразвития надеется, что реформа законодательства отрегулирует весь цикл госзакупок: от планирования до оценки эффективности потраченных средств.

Однако в вопросе реформы системы госзакупок у Минэкономразвития возникли разногласия с Федеральной антимонопольной службой. ФАС имеет принципиальную позицию о том, что 94-й ФЗ необходимо сохранить и доработать. Ранее ФАС заявляла, что готовит свой законопроект с поправками к действующему 94-му закону. По мнению антимонопольного органа, документ Минэкономразвития создает новые возможности для коррупции, поскольку дает участникам процесса закупок больше свободы. Замечания к законопроекту Минэконоразвития возникли и у других ведомств.

Текст: Наталья Будоян

На правах рекламы

951
Бизнес
Источник: Журнал "Стройнтерьер"