Захар Виноградов: Как нам испортили Первомай

Первомайская демонстрация еще каких-то 20-25 лет назад была реальным, а не официозным праздником. По площадям страны шли люди с транспарантами, а дома их ждали накрытые столы. Весна, кумач, опьяняющий воздух и солнце…

Как ни странно, все это и стало для моих друзей и однокурсников прелюдией к развалу Союза. 1 мая 1986 года мы, корреспонденты «Калининградской правды», работали, как у нас тогда говорили, «в поле». Мы должны были освещать в местной прессе то, что происходит на улицах города. По площади Победы шли колонны трудящихся. С трибуны их приветствовали руководители областной партийной и советской власти. Задорно выкрикивали лозунги. Кажется, играл оркестр Дважды Краснознаменного Балтийского флота.

По сложившейся традиции трудящиеся, пройдя перед высокой трибуной с памятником Ленина на ней, заворачивали в сквер, где быстренько сдавали портреты вождей и направлялись к недалеко расположенным столам и палаткам с напитками. С этого момента в городе начинались народные гуляния. Вельможно и по-доброму снисходительно на все это взирали с трибун и позже из окон обкомских «Волг» наши местные вожди. А народ гулял, веселился, постепенно перемещаясь в парки, скверы и квартиры – поближе к накрытым столам. За столами пели революционные песни, песни про Родину, «тесную печурку» и про то, что «нам не страшен вал девятый»…

Журналисты тоже пели и пили. Но чуть позже, после того, как отпишутся. И вот во время этого, уже нерабочего, полуподпольного застолья в редакции мой друг и коллега Димка Минин в самый разгар «Вихрей враждебных» принес страшную весть. Только что он услышал по «вражескому голосу», что над всей западной частью России, в том числе и Калининградской областью, движется на Запад (уже надвинулось) жуткое радиоактивное облако. Так мы узнали про Чернобыль.

Потом были слухи, что руководители области якобы не присутствовали на той памятной демонстрации, но это – не правда. Присутствовали. Другое дело, что, может быть, они и сами не знали о той опасности, которая незримо сыпалась и им на голову тоже. Были и такие слухи, что им выдали специальные таблетки, которые защищали их от радиации, в то время как тысячи «мирных тружеников», приветствуя партию и правительство, стройными рядами шли мимо символов страны – памятника Ленину и Знамени Калининградской области… Наверное, это тоже – ложь.

Да и не в этом дело. В тот памятный Первомай (по иронии судьбы, что ли, но - именно в Первомай) что-то надломилось в нас. Наверное, надломилась вера в общенародное государство, которое заботится о своих гражданах, трудовом, так сказать, народе. Потому что в этот момент заботилось о нас не наше государство, а «вражеские голоса», не рекомендовавшие в эти дни выходить на улицу под небо с радиоактивными осадками…

Может быть, все это и не так. Но потом, в более поздние годы, стало известно, что в постаменте, на котором стоял памятник Ленину на площади Победы в Калининграде, был обнаружен бункер с буфетом для областных вождей, куда они спускались пропустить стопку-другую, пока мимо шли колонны демонстрантов с красными транспарантами.

Может быть, и это не так… Но в прошлом году разразился новый скандал. Во время переноса этого самого постамента выяснилось, что сам он был сложен из надгробных плит, которые взяли с ближайшего немецкого кладбища… С могил добропорядочных бюргеров и кенигсбергцев, умерших задолго до рождения Гитлера.

Может быть, вообще все это не так? Может быть.

Но в тот Первомай в 1986-м мы как-то непривычно рано и тихо разошлись по домам после редакционной вечеринки. Потом умер Володя Полежаев, Олег Котов, Юра Кочкуров, многие другие наши лучшие калининградские перья.

А жизнь продолжается. Только без Первомая. Тот - беззаботно счастливый - был последним.
Источник: Агентство национальных новостей

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.