Найти рядового Карцова

«Комсомолка» в Калининграде» уже писала о пропавшем без вести 12 мая из воинской части в Гусеве рядовом Максиме Карцове. Напомним: перед самым отбоем его кто-то вызвал из кубрика на улицу. Обратно солдат уже не вернулся – он официально числится в розыске до сих пор. Поиски, предпринятые командованием части и органами внутренних дел, ничего не дали. Телевизионное обращение матери, приехавшей из Ярославской области, откуда был призван парень, осталось без ответа.

Последнее письмо

Среди оставшихся личных вещей Максима нашли его письмо к тете, живущей в Калининграде. Он писал его буквально в день своего исчезновения:

«Здравствуйте, Нина Николаевна! С нового места пишу Вам уже второе письмо – первое отправил еще 23 марта, не знаю, получили Вы его или нет. Может, не дошло, затерялось где-нибудь.

У меня все нормально, служба идет потихоньку. Приехать мне к Вам никакой возможности не будет, в увольнение здесь не отпускают. Может, только если Вы ко мне. Но если трудно добраться, тогда уже не обязательно. Пишите письма. Может быть, в августе приедет мама, и, если меня отпустят, мы к Вам заедем.

Особо часто писать не могу, потому что приходится это делать многим людям – родственникам, друзьям. Да и времени нет, нужно много работать, постоянно чем-то занимаемся. Письма сочинять не умею, да особо и не о чем писать. Желаю Вам всего наилучшего, здоровья, счастья. Пишите!

Карцов Максим».

Как видно из текста письма, никаких видимых причин к побегу у рядового Карцова не было. Да и его мать, Ирина Владимировна, побеседовав с командирами и сослуживцами сына, услышала от них, что «в части, можно сказать, пионерский лагерь «Артек». Военная прокуратура Гусевского гарнизона отрабатывает версии гибели, самоубийства, похищения, убийства солдата, а также возможность самовольного оставления им части «вследствие стечения тяжелых обстоятельств». Вместе тем, как сообщает военный прокурор Марчук, нарушений в действиях воинских должностных лиц его ведомство не усмотрело.

- Там на словах все прекрасно. Максим всеми видами довольствия был обеспечен в полном объеме, неуставные отношения к нему не применялись. А так ли было на самом деле? – задается вопросом Ирина Карцова. – Почему я всему этому должна верить? В поисках сына мы обошли и объехали все окрестности в радиусе 70 километров. Никто его не видел. Отношения со мной, бабушкой, дядей у Максима были самые теплые. Он имел при себе СИМ-карту для мобильного телефона, если бы ушел в самоволку – обязательно кому-то из нас позвонил. Правду об исчезновении сына скрывают, это ясно даже при минимальном анализе ситуации. Должного расследования не проводится, все занимаются отписками и выдвигают выгодные им самим версии.



Солдатские матери обещают защиту

Отчаявшаяся женщина обратилась за содействием в Комитет солдатских матерей Калининградской области. Его председатель Мария Бонцлер согласилась высказать свое мнение:

- В данной ситуации возможны три варианта. Первый - когда якобы самовольным оставлением части скрывается преступление. Недавно был такой случай в Псковской области. На командира завели уголовное дело по факту незаконного использования личного состава на «левых» хозяйственных работах. Даже фотографию солдата с тачкой на приусадебном участке начальника удалось сделать. И когда следователь попытался вызвать этого мальчика для дачи свидетельских показаний, вдруг выяснилось, что тот «самовольно оставил часть, и местонахождение его неизвестно». Чуть позже тело «самовольщика» нашли недалеко от территории подразделения – солдат умер от переохлаждения, как гласило медицинское заключение.

В воинской части вообще убийство гораздо легче скрыть, чем на гражданке. Свидетелей обычно куда меньше, да и тех при необходимости легко запугать и заставить молчать. Как правило, имеется транспорт, на котором удобно вывезти и спрятать тело.

Второй вариант – мальчик мог попасть в рабство. У нас в области достаточно подпольных или полуподпольных производств, где используется подобная рабочая сила. Ведь люди без документов находятся фактически вне закона, они абсолютно беззащитны!

И третье. К нам в комитет не так давно пришел парень, который бегал 4 года. При этом не покидая этот регион! Сам он из Челябинской области, родителям все это время ничего не сообщал. Работал на стройках, придумал себе новую биографию. Умудрился даже жениться. И только когда сам стал отцом, понял, каково его собственным родителям, и решил легализоваться. Скоро должен состояться суд, который определит судьбу беглеца.

От имени Комитета солдатских матерей калининградской области я хочу обратиться к Максиму. Пусть приходит к нам, гарантируем, что обеспечим ему серьезную правовую защиту. Найдем ему хорошую воинскую часть, где он продолжит службу. Нужно понять, что весь ужас проступка заключается в том, что он не имеет срока давности. И 50 лет спустя Максима будут искать как дезертира. Поймают и посадят. Каждый прошедший месяц лишь усугубляет ситуацию.

Ну а если наше обращение все-таки не возымеет действия, боюсь, что останется только первый, самый худший вариант. К сожалению, подобных случаев немало. Из строительного батальона три года назад точно так же пропал солдат. До сих пор о нем ни слуху, ни духу.



СУХОЙ ОСТАТОК

В настоящий момент по всему Балтийскому военно-морскому флоту (включая Ленинградскую базу) в бегах числится 26 военнослужащих срочной службы. В 2006 году зафиксировано 5 случаев самовольного оставления части на срок более 3 суток.
Источник: КП - Калининград

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.