Главврач областного тубдиспансера: противники прививок на самом деле врут

Все новости по теме: Медицина

_NEV1701.jpg

Туберкулез — одна из старейших болезней человечества. Несмотря на значительные успехи современной медицины в области разработки диагностических средств и лечения сложных инфекций, победить это заболевание пока не удалось. О том, где можно заразиться туберкулезом, какие факторы оказывают влияние на развитие инфекции, и о ситуации с заболеваемостью в Калининградской области, в интервью «Новому Калининграду.Ru» рассказал главный фтизиатр Калининградской области, руководитель Областного противотуберкулезного диспансера Евгений Туркин.

— Евгений Николаевич, расскажите, как распространяется туберкулез и кто из людей находится в так называемой группе риска?

— Наиболее встречаемый путь передачи — воздушно-капельный. Он реализуется через передачу микобактерии от больного к здоровому человеку. Этот способ передачи является наиболее значимым в эпидемическом отношении, потому что он представляет наибольшую угрозу. Существуют, конечно, и другие пути передачи, но они не представляют угрозы для большого количества людей.
Подвержены этому заболеванию наркоманы, алкоголики. Это та часть людей, у которых в организме хроническая интоксикация вредными веществами. Это приводит к тому, что защитные силы организма в борьбе с какой-либо инфекцией ослабевают. Есть медицинские группы риска: больные сахарным диабетом, лица, имеющие хронические воспалительные заболевания желудочно-кишечного тракта, хронические процессы мочевыводящих путей, ВИЧ-инфицированные, лица с обструктивными заболеваниями легких.

— Насколько вероятна опасность заражения, если, допустим, рядом с тобой в транспорте едет человек, больной туберкулезом? И в каком виде транспорта такая вероятность выше?

— Конечно, в транспорте заразиться можно. Люди сейчас летают на самолетах очень много. А самолет — это наиболее опасный вид транспорта с точки зрения реализации эпидпроцесса. Потому что если в поезде, автобусе и любом другом виде транспорта существует естественная вентиляция, то в самолете ее нет — замкнутое пространство. Люди как в консервной банке закрыты и летят. И если хоть один больной попадается в самолете, угроза заражения есть у всех. К нам же летят граждане других стран на заработки. Это и государства Средней Азии, Украина. А там заболеваемость гораздо выше, чем в России.

— А что насчет карантинных мероприятий на границе? Их реально организовать?

— К сожалению, в рамках международных правил установка карантинных застав, которые бы позволяли отсеивать больных от здоровых на стадии покупки билета или посадки в самолет, не предусматривается. При других опасных инфекциях там, конечно, карантинные мероприятия предусмотрены.

— Летая на самолетах, я, честно говоря, никогда не задумывалась о том, что он представляет опасность в плане заражения инфекцией…

— Я не с целью страшилки это рассказываю, а потому что современный образованный человек должен знать, что эта угроза, к сожалению, есть. Угроза есть, даже если человек будет жить нормальной жизнью, не злоупотреблять спиртным, не применять наркотики, не быть ВИЧ-инфицированным. Это мировая проблема. Человечество борется, но туберкулез, как заболевание, как инфекционный процесс, тоже имеет свои «победы». Туберкулез человек пока не смог победить.

— А можно ли отличить по внешним признакам больного туберкулезом человека от просто простуженного?

— Нет. Я уже говорил, что в группе риска находятся, в том числе, наркоманы и алкоголики. Конечно, если мы видим алкоголика, который сильно кашляет, мы можем предположить, что у него есть туберкулез. Но это только предположение, не более. Если же говорить о всех остальных людях, а это гораздо больше, кашель у них является лишь одним из подозрительным симптомов. Поэтому и выделяют группы симптомов, подозрительных на туберкулез.

— А что это за симптомы? На что нужно обратить внимание?

— Если мы говорим о легочном туберкулезе — это кашель, похудание, снижение работоспособности, потливость (особенно ночью), повышение температуры. Все это в комплексе может свидетельствовать о наличии туберкулеза. Но не стоит забывать, что туберкулез, как инфекционное заболевание, может поражать все органы и ткани. Есть туберкулез глаз, кожи, матки, яичников и проч. Просто когда мы говорим о туберкулезе, мы чаще думаем о легочном процессе, потому что он наиболее встречаемый.

_NEV1697.jpg

— Если человек обнаружил такие симптомы, что ему делать и куда обращаться?

— Нужно идти к врачу-терапевту. Доктор должен назначить стандартное флюорографическое исследование органов грудной клетки. Если есть кашель, тогда необходимо сдать мокроту в лабораторию. В наших лечебных учреждениях на данный момент все владеют этой методикой, оснащены, оборудованы, имеют обученный персонал к проведению исследования мокроты на кислотоустойчивые бактерии. При выявлении кислотоустойчивых бактерий в мокроте этот больной подлежит сразу к направлению в туберкулезную организацию для проведения специальных обследований. Там уже будет работа со специалистами-фтизиатрами. Если же нет кислотоустойчивых бактерий в мокроте, то в таком случае продолжается наблюдение и обследование. Чаще всего устанавливается диагноз пневмония. Поэтому порой на рентгенограмме непонятно, туберкулезное это поражение легких или нет. К слову, есть туберкулез с выделением микобактерий, а есть без. То есть в случае, если микобактерии не выявлены, тоже может быть туберкулез. Но такой туберкулез труден для диагностики.

— Допустим, что туберкулез все-таки выявлен. Как дальше проходит процесс лечения пациента?

— Современный туберкулез — это туберкулез с лекарственной устойчивостью. Человечество пытается бороться, изобретает антибактериальные препараты. К сожалению, параллельно процессу изобретения антибиотиков в мире формируются способы борьбы с этими антибиотиками, механизмы устойчивости. Рано или поздно формируется эта устойчивость, что требует выведения из использования того или иного препарата, потому что они просто перестают действовать. У нас есть специальный аппарат, который позволяет выявить устойчивость к самому основному антибактериальному препарату для лечения туберкулеза.

— А как лечат пациента, в случае если выявлена устойчивость к самому эффективному препарату?

— К сожалению, когда мы обнаруживаем устойчивость у человека, такой больной становится самым трудным для лечения. Потому что если мы не можем лечить его самым эффективным препаратом, то это означает, что мы должны применять менее эффективные препараты. Это более долгое и трудное лечение. Кроме того, это еще и очень дорогое лечение, большая нагрузка на бюджет.

— В какую сумму обходится государству лечение одного пациента с туберкулезом?

— Это сотни тысяч рублей. У нас есть больные, которых мы лечим и теми препаратами, которые появились 10 и 20 лет назад, и теми препаратами, которые появились недавно. Эффективность старых препаратов не потеряна. Она, конечно, снизилась за счет того, что у нас появились лекарственно устойчивые.

Поймите, подход «чем новее, тем лучше» — он неправильный. Больного нужно лечить тем, что эффективно. И если эффективным является препарат, который давно применяется, то это не значит, что мы должны назначить новый. У нас нет такой задачи. В среднем обычный случай туберкулеза обходится государству до 600–700 тысяч рублей. Если мы лечим человека с лекарственной устойчивостью, то это 1,5–2 млн рублей. Это очень дорогие вещи. Да о чем говорить? Есть, например, препарат «Бедаквилин». Одна его упаковка стоит 120 тысяч рублей. А нам-то нужно 6 препаратов одновременно для лечения применять, а не один.

_NEV1689.jpg

— Евгений Николаевич, сколько времени требуется на то, чтобы вылечить это заболевание?

— Самый простой и легкий случай туберкулеза лечится полгода. Это два месяца ежедневного приема четырех препаратов, а потом четыре месяца ежедневно нужно принимать 2–3 препарата. Это очень тяжело. Работать человек не может. Представьте, вот у него вроде и руки есть, и самочувствие более-менее, а работать нельзя. Есть группа специальностей, в которых после туберкулеза нельзя работать. Люди теряют профессии. Например, те, кто имел дело с детьми. Сам факт заражения туберкулезом, при замечательных эффектах лечения, препятствует их трудоустройству в дальнейшем.

— А туберкулез лечится, его возможно вылечить полностью и навсегда про него забыть?

— Нужно понимать, что в жизни, так как мы имеем дело с живым организмом, абсолютного ничего не бывает. К сожалению, даже у полностью излеченных больных бывают рецидивы. Сам туберкулез, как заболевание, возникает далеко не у всех людей. Есть такое понятие — «инфицированность туберкулезом». Инфицированы у нас почти все в стране, но из них заболевает туберкулезом очень мало. Они и есть те больные, которые попадают к нам. Подавляющее большинство людей, живущих на планете, устойчиво к микобактериям. А небольшая часть человечества при столкновении с туберкулезом в силу особенностей своего организма заболевают. Я веду к тому, что если человек один раз заболел, это означает, что у него какая-то предрасположенность есть. И у этих людей достаточно часто возникает рецидив. На данный момент методов, гарантирующих абсолютное, стопроцентное излечение, нет.

— А как обстоят дела с туберкулезом в Калининградской области?

— В Калининградской области сейчас заболеваемость улучшилась существенно. Темпы снижения заболеваемости в нашей области очень высокие. За семь месяцев 2017 года заболеваемость туберкулезом составила 23 на 100 тысяч населения, а это на 16,4% меньше заболеваемости в прошлом году. Тогда показатель был зафиксирован на уровне 27,5 на 100 тысяч населения. Если говорить о случаях заболеваемости, то их на данный момент 227. В прошлом году их было 266. Количество случаев постоянно контролируется не только нами, но и Роспотребнадзором.

— А сколько всего в регионе сейчас зарегистрированных активных больных?

— По состоянию на 1 января 2017 года у нас активных больных было 839 человек, а это на 116 человек меньше, чем годом ранее. Тогда их было 955. В 2014 году их вообще было 1 045 человек. То есть вы динамику сами видите.

— Статистикой по смертности тоже можно похвастаться?

— Да, со смертностью у нас тоже все гораздо лучше, чем раньше, даже если сравнивать с прошлым годом. За 7 месяцев 2016 года от этого заболевания у нас в области скончались 27 человек, в этом — 16. Если смотреть на эти цифры в перерасчете на 100 тысяч населения, то в прошлом году показатель был 5,6, сейчас — 3,3. На самом деле есть чему радоваться. Я помню те времена, 2005–2006 год, когда у нас количество умирающих от туберкулеза было несколько сотен человек в год, когда мы были одной из самых худших территорий в стране по туберкулезу — в самом конце списка по эпидситуации. Сейчас мы в числе лидеров, у нас один из самых низких показателей смертности. Я не знаю, какое мы место займем по этому году, но точно оно не будет хуже, чем в прошлом. По туберкулезу у нас ситуация на правильном пути.

_NEV1699.jpg

— По вашим словам, ситуация в области в целом с туберкулезом достаточно хорошая. Но есть же районы, где не все так радужно?

— Ситуация у нас похуже на востоке области. Похуже, потому что там тяжелее социально-экономическая ситуация. Но даже там ситуация уже далеко не та, что была раньше. В целом по области ситуация существенно улучшилась, и говорить о том, что у нас тяжелая ситуация, конечно, уже не приходится несколько лет.

— Благодаря чему удалось добиться таких показателей? Ведь 10 лет назад ситуация с туберкулезом в области была критичной…

— Мы в своей работе следуем принципу как можно более раннего выявления заразных случаев. Туберкулез является инфекционным заболеванием. Есть люди-выделители, а есть невыделители. Все наши усилия направлены на более раннее выявление опасных случаев. Ориентация на выявление заразных больных и позволяет прервать главное звено эпидпроцесса. Использование такой тактики в течение многих лет и дает свои результаты. Про малоопасные случаи мы, конечно, тоже не забываем. И прилагаем максимум усилий, чтобы убедить человека начать лечение, даже если он не хочет этого делать.

— А что, есть действительно те, кого приходится уговаривать лечиться?

— Конечно, такие случаи есть и в России, и в Калининградской области. Есть часть населения, которую очень трудно привлечь к лечению. Одни просто негативно настроены ко всему, вторые во всем сомневаются, третьи просто внимания не обращают на требования. Это так называемые «трудные» категории населения. Смысл в том, что противотуберкулезная помощь у нас в государстве, в соответствии с законом, не может быть насильной. Помощь оказывается только в добровольном порядке. Мы не имеем права насильственно использовать лекарственные методы по отношению к человеку с туберкулезом, не можем привязать его к койке. Мы можем только проводить работу с ним, убеждать.

— А если больной не идет на контакт? Он может ходить по улицам и заражать окружающих?

— Бывает такое, что больной не желает нас понимать и он опасен для населения. В таком случае мы, как медицинская организация, имеем право подать исковое заявление в суд на привлечение к лечению в недобровольном порядке. В случае удовлетворения судом иска по отношению к больному вступает в силу решение суда. Тогда ему мы предъявляем уже не просьбу, а требование. Опять же, это не называется недобровольным лечением, это недобровольная госпитализация. А вот если человек не исполняет решение суда и не подчиняется нашему требованию, мы обращаемся в полицию. А уже полиция в соответствии с законодательством имеет право применить свой арсенал средств.

— Вы, как руководитель областного противотуберкулезного диспансера, часто встречаетесь с такими случаями?

— У нас в учреждении сейчас три папки — это все решения суда о недобровольной госпитализации. Одна папка собирается примерно за 1,5 года. Но хочется сказать, что подавляющая часть людей нами госпитализируется все-таки в добровольном порядке.

— А на профилактические осмотры тоже людей не затащить? Или сейчас в этом плане все более-менее нормально?

— К сожалению, у нас людей на профобследование чуть ли не арканом нужно тянуть, заманивать. Ранняя диагностика заболеваний заключается в том, чтобы своевременно проходить обследование и не запускать. Если уж возникло заболевание, многие и вовсе стараются не обращать на него внимания. А бывают случаи, когда болезнь протекает бессимптомно. В таких случаях и необходимо профобследование. Флюорообследование относится к таковым. Обследовался — легочные поля чистые, нет никаких очагов, живешь следующие два года. И так нужно жить от обследования к обследованию, чтобы не ждать, пока маленький очаг будет разрастаться и увеличиваться в объеме.

— То есть в Калининградской области мало обследуется людей?

— Нет, у нас за последний год идёт только нарастание количества обследованных людей на предмет наличия/отсутствия туберкулеза. Увеличение обследованных людей свидетельствует о том, что возможности здравоохранения по выявлению по меньшей мере сохранены. Мы можем точно сказать, что ситуация в области на верном пути в плане улучшения ситуации по туберкулезу. Просто порадоваться нужно всему региону.

_NEV1696.jpg

— Хорошо, а какие профилактические мероприятия проводятся?

— У нас существует государственная система борьбы с туберкулезом. Одним из компонентов этой системы являются профилактические мероприятия, направленные на своевременное выявление туберкулеза. Детям с года до 7 лет проводят туберкулинодиагностику (реакция Манту), с 8 до 15 лет проводится исследование Диаскинтестом, с 15 до 17 лет диагностика может осуществляться с помощью флюорографического исследования или с помощью Диаскинтеста. У взрослых — флюорографическое обследование.

— Евгений Николаевич, а чему еще людям нужно уделять внимание?

— Уделять особенное внимание необходимо профилактике ВИЧ-инфекции. Ведь ВИЧ и туберкулез — как брат и сестра, к сожалению. При ВИЧ-инфекции у человека снижаются защитные иммунные силы, и при столкновении с микобактерией туберкулеза он заболевает. Мы не можем сделать территорию стерильной от туберкулеза. Мы стремимся к этому, конечно. Но все равно человек, заболевший ВИЧ, может встретиться с туберкулезом. Поэтому и необходим профилактический осмотр. Даже если человека ничего не беспокоит, нужно как минимум раз в два года, а лучше чаще пройти флюорографическое обследование.

— Вы сказали о том, что детям проводят такое обследование, как реакция Манту. Но сейчас, насколько мне известно, многие родители опасаются проводить эту процедуру. Что вы об этом думаете?

— У нас в стране, к сожалению, очень активно развивается антипрививочное движение. Я лично, как врач, считаю, что это антигосударственная деятельность, потому что борьба с инфекционными заболеваниями, осуществляемая с помощью средств диагностики, — это безопасность государства. И те люди, которые вкладывают средства в антипрививочные движения, это те, кто по какой-то причине хочет, чтобы прослойка невакцинированных людей в нашем обществе была больше. А чем больше эта прослойка, тем опаснее жить населению. Действительно, у нас очень много людей, агитирующих против пробы Манту. Эта проба позволяет своевременно выявить инфицирование у ребенка или возникновение заболевания. Это диагностическое средство, там нет живых культур. Фактически это аллергопроба. Антивакцинальщики все время агитируют, что большое количество осложнений есть. На самом деле они врут. Никто не говорит, что медицинское вмешательство, в частности, проба Манту, не имеет осложнений. Да, имеет. Но доля осложнений в общем числе проведенных исследований очень мала. Плох каждый случай осложнений, но, к сожалению, абсолютно любая таблетка может вызвать осложнения. Такая же ситуация и с туберкулином. Но это не должно быть препятствием к тому, чтобы не проводить это исследование. В интернете сейчас очень много пишут — и про лечение туберкулеза народными средствами тоже. Но должен же быть здравый смысл?

— А что с лечением? Неужели люди рискуют лечить такое серьезное заболевание подорожником?

— Конечно. Чем только люди не лечатся, какие только способы не используют! Для Калининградской области это очень актуально. Ну, например, человек по каким-то причинам решает использовать в качестве лечения личинок восковой моли. Также продаются толченые медведки, их люди тоже пьют. А еще много людей убеждено, что собачий жир способствует выздоровлению. Меня просто поражает иногда, как люди верят в это. Это какое-то Средневековье! Я хочу обратиться к калининградцам: лечиться медведками — это глупость и необразованность. Есть люди-мошенники, которые зарабатывают на этом. А есть люди доверчивые, неграмотные, которые это покупают, да еще за бешеные деньги. Ничего, кроме вреда, люди своему здоровью не принесут.

Текст — Анастасия Лукина, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград.Ru»

Текст: Анастасия Лукина

Комментарии к новости

С надеждой на непонимание

Главный редактор Алексей Милованов о том, как ободряющий предвыборный визит Путина к Антону Алиханову превратился в печальную иллюстрацию состояния государственного управления.