«Шаакен: почему инвесторы не вкладывают в замки Кенигсберга»: интервью «Новому Калининграду.Ru»

Елена Бережная.
Все новости по теме: Туризм
В марте 2012 года в замке Шаакен, построенном в XIII веке, произошел крупный пожар. Через несколько недель на место выехали волонтеры, которые разобрали завалы. К слову, Шаакен — единственный в регионе замок, который арендует частная туристическая фирма даже после передачи здания РПЦ. Корреспондент «Нового Калининграда.Ru» поговорил с арендатором замка Еленой Бережной и узнал, почему инвесторы не спешат вкладывать деньги в памятники региона, почему прошлый арендатор предпочел купить замок в Чехии, а не вкладывать в местную старину, и когда туристы в Шаакене переберутся из хозяйственной постройки рыцарей в сам замок.

— Елена, давайте с самого начала: когда и почему вы начали заниматься этим замком, и почему именно им?

— Начнем с того, что я практически 12 лет занимаюсь туризмом в области. У меня свое турагентство. Как и все бизнесмены этой отрасли, я занималась поиском новых интересных маршрутов. 

Про замок узнала случайно. Пять лет назад, 30 апреля, мы первый раз здесь появились. Где-то в интернете я увидела рекламу фестиваля бардовской песни. Как раз приехали мои друзья, и я предложила: «Поехали, посмотрим — не столько фестиваль, сколько сам замок, потому что я о нем много слышала, но ни разу не видела».

Приехали. Кругом — разруха. Еще даже двора тут по большому счету не было. Походили вокруг — и все! Я поняла, что «попала». Я видела, как это делается в Польше, в Испании, в Словакии и Чехии. Я не спала ночь, честно скажу. Я приехала на следующий день к Петру Петровичу (Мироненко, прежний арендатор замка — «Нового Калининграда.Ru»), спросила, что организуют для туристов. Он сказал, что будет вскоре ночь Ивана Купалы. Мы привезли целый автобус туристов. Мероприятие, скажем так, не очень хорошо удалось — был сильный дождь: крыши над зданием тогда еще не было, спрятать людей от воды было негде.

Мы посидели-подумали. Решили: я буду привозить туристов, но программы буду делать сама. Так я взяла замок, скажем так, в аренду.

Начиналось все потихонечку. Я боялась привозить сюда большие группы: был маленький зальчик, негде было спрятать большое количество людей от дождя. Потом Петрович продолжил: сделал каминный зал, приезжать стало намного проще. Мы поняли, что это нужно делать. Проводили рекламные заезды — приезжали турфирмы. Мы не скрываем, что за основу взяли все то, что делается в Европе: посмотрели на Польшу, привезли легенды из Словакии, сдобрили это тем, что может быть интересно русскому клиенту. Ведь не секрет, что большинство приезжающих — Москва, Санкт-Петербург, словом, из большой России. Им это, конечно, очень интересно. Жаль, что сгорела наша книга отзывов: там такие слова люди от души писали. Видимо, чувствовали, что и в наших делах душа была.

Программа замковых развлечений родилась 5 лет назад, и в этом году она должна была работать очень хорошо: польское консульство в этом году не визирует клиентов из большой России. Понятно, что они были бы все здесь. Не знаю, успеем ли мы все до начала сезона. Восстановительные работы начнутся однозначно, крыша будет накрываться.

Будет и развлекательная программа, но пока все это очень сложно: сгорела аппаратура, костюмы, все, с чем мы работали. Раньше мы здесь ведь выбирали доблестного рыцаря с прекрасной дамой, оформляли это в средневековых традициях, пробовали стрелять. Привозили нам двух манекенов из Чехии, да они простояли всего два дня — сгорели.

Сейчас мы уже заказали всю амуницию. Заказаны в Литве шлема, кольчуги, пояса верности. Ребята-реконструкторы — молодцы, помогают нам. Их-то вооружение осталось целым, так как хранилось в другом месте. Думаю, что будем жить. Для туристов сезон начнем как положено — в конце мая, начале июня. По-другому нам нельзя. Экспозицию сделаем на улице, придумаем, где людей от дождя закрывать.

— Каков ущерб от пожара?

— Мы оценили в 350 тыс рублей, но я думаю, что больше. По большому счету, помещение было готово к сезону. Нам оставалось всего ничего. Сейчас должны были заниматься устанавливать мини-зоопарк. Мы нашли себе спонсоров, которые могли это сделать, но теперь уже не получится, наверное. Тир себе завезли профессиональный — все сгорело. Сейчас тир есть только для детей.

— Уже известна причина пожара?

— Официальная версия — поджог. Я думаю, оттуда что-то вытащили, а потом подожгли. Посмотрите, какой контингент вокруг. Сейчас сидят два дедушки-охранника. Но постоянно идет ротация, у всех ведь одна беда: алкоголь. И в день пожара все странно произошло. Сторож утром вышел на работу и слова не мог сказать, я его настолько нетрезвым никогда не видела. Утром, около 9, и подожгли. То ли его напоили, то ли еще что-то. Что теперь гадать?

1.jpg— Я правильно понимаю, что в самом замке сейчас живут люди, а музейный комплекс находится в пристройках?

— Да, рыцарский и каминный зал были в подсобных пристройках к рыцарскому замку. Есть здание более поздней постройки — 1901 год. Там были конюшни, в совхозные времена —  мастерские и холодильники. И работало в здании лишь одно крыло, хотели поставить крышу над ним, да все сгорело.

В самом замке живут люди. Если все будет хорошо, то, возможно, в основном здании будет гостиница. Он будет реконструирован под старый замок. Ведь, по большому счету, если не предпринять ничего, то ему осталось очень недолго жить. Сырость наша тоже сделала свое дело. Да и в этом году, сами помните, какая зима была. Сейчас ведем переговоры с инвесторами, если все будет хорошо — будет гостиница.

— Как получилось, что часть замка заняли люди?

— История такова: когда здесь был совхоз, все три этажа замка были отданы под жилье. В 1979 году, когда рухнула одна из стен, они стали потихоньку съезжать. Те, кто сегодня здесь живет, приехали в 1991 году. Как говорят документы, они имеют прописку в замке. Но есть диск, где женщина, которая сделала им прописку, признается, что сама эту прописку придумала. Я думаю, что им здесь, на самом деле, недолго осталось. Я знаю, что будет их выселение, ведь это называется самозахват. Да и здание аварийное — жить в нем нельзя.

Постояльцы здесь живут мало, появляются на выходные дни. Плюс, конечно, самая головная боль — вот это вот (указывает на строительный мусор посреди Шаакенского двора). Убрать это мы не можем — их собственность. А приезжают туристы и первое, что они видят — захламленный двор.

— Если этих жителей будут выселять, то куда?

— Понятие не имею. Во-первых, это дело администрации. А во-вторых, почему они должны что-то получать, если есть документы о том, что жилье занято незаконно.

— Более года назад замок был передан РПЦ. Как складываются отношения с новыми собственниками?

— Да, как я понимаю, в рамках целевой программы замок перешел РПЦ. Вышел соответствующий закон. Я очень хочу верить, что это была вынужденная мера. Но на сегодняшний день они повели себя достойно. Когда мы обратились к ним после пожара, в церкви пообещали помочь. Часть финансирования дадим мы, часть — они. Они не бросают это дело, готовы разговаривать, готовы помочь с территорией вокруг замка. Со мной заговорили об инвесторах — может, сможем сюда привлечь инвесторов стоящих.

— Была ли перспектива привлечь инвесторов до того, как сюда пришла РПЦ, и на каких условиях собираетесь договариваться сейчас?

— Смотрите: понятно, что ни один бизнесмен не будет вкладывать деньги «в воздух» — нужна отдача, бизнес-план. Тот договор аренды, который мы имеем сейчас, бессрочный. Он не заверен в юстиции. Понятно, что завтра могут сказать: «До свидания, ребята»  —  и на этом все закончится. Поэтому мы миллионных вложений сюда и не делали. Поддерживали его в таком состоянии, чтобы он хотя бы выглядел более-менее достойно: соблюдали чистоту, если что-то отваливалось — приделывали. Тем более, мы понимаем, что здесь памятник архитектуры: серьезно переделывать или перестраивать что-то нельзя. Были предложения, обращения от инвесторов, но они смотрели на наш договор и понимали, что разговаривать не о чем.

2.jpg
— А сейчас ситуация изменилась?

— Я разговаривала в епархии. Они сказали, что готовы посмотреть наши предложения. Я надеюсь, что-то сдвинется с мертвой точки, потому что вот это уникальнейшее место просто может исчезнуть, если относиться к нему так, как относились все эти годы.

— Вы делали расчеты, сколько требуется денег на то, чтобы восстановить этот замок или законсервировать руины?

— Нет, не делали. Мы его арендуем напрямую всего лишь с октября месяца.

— А до этого?

— До этого им занимался Петр Петрович Мироненко, и мы приезжали лишь с шоу-программой.

— А почему он отказался от этого замка?

— Я же вам говорю, условия аренды таковы, что все может закончиться в любой момент. Он сейчас купил замок в Чехии и благополучно вкладывает деньги в экономику Чехии. Но там это уже его собственность.

Мне непонятно вообще отношение к подобным памятникам у нас. Такое богатство в области осталось — просто дикое. И туристы на это охотно идут. Посмотрите на Польшу. Чем богаче страна? Да ничем! Посмотрите, как любовно все восстановлено. Эти замки у них сейчас работают и приносят прибыль. Ведь это нормальный бизнес: вложены деньги, они приносят отдачу, с этого платятся налоги и появляются рабочие места.

Я была на семинаре в прошлом году. Так поляки нас просто не понимали. Они советовали пойти в муниципалитет, взять беспроцентный кредит, как это делается там. Я говорила, что у нас такой возможности нет, а они удивлялись — ведь это выгодно муниципалитетам.

— А вы говорили с местной администрацией?

— Я даже не знаю, как разговаривать с администрацией, ведь есть же собственник этих зданий, который должен всем этим заниматься. Богатство церкви, скажем так, досталось не самое завидное: что-то же в хорошем состоянии, а что-то… Мы ведь еще не самые плохие в этом смысле. И все это хозяйство требует денег. Но они (РПЦ — прим. «Нового Калининграда.Ru») не так давно получили все документы — понятно, что одним годом это все не исправить. Мне показалось, что они заинтересованы.

— Сейчас же активно в области обсуждаются идеи развития туризма. Вы участвуете в этом? Видите поддержку со стороны властей?

— Лишь один раз участвовала в дискуссии. Меня приглашало интернет-сообщество, и я туда попала случайно. Я понимаю, что в этом нужно участвовать, но мы не так давно этим занимаемся. У нас есть готовая, востребованная программа, на которую охотно идут туристы. Но только нашими средствами и нашими руками довести это все до ума невозможно.

Сейчас еду на семинар в Польшу — там будет обсуждаться возможность финансирования наших замков на деньги Евросоюза. Может быть, там что-то найду. Очень хотелось бы привлечь сюда нормальные инвестиции.

— С местными бизнесменами переговоры вели?

— Петр Петрович хотел этим заниматься. Здесь же что было? Поросший бурьяном пустырь и тропинка через него. А он сделал двор, что-то успел обустроить, но поддержки нигде не получил: ни от государства, ни от бизнеса.

berezhnaya_2.jpg— А местное население затею поддерживает? Уже есть понимание того, что этот замок — достопримечательность?

— Да нет, наверное. Живы в памяти еще колхозные дворы. Детвора прибегает: качели им поставили. На новогодней программе кто-то из близлежащих поселков был. Мы бы со временем приучили сюда ходить, но нужно навести порядок. И нужна помощь — одними нашими ресурсами не обойтись. Это дело глобальное, и очень обидно, что на него никто не обращает внимания, кроме «черных копателей», которые все стены попротыкали.

— Почему, по вашему мнению, бизнес не обращает внимания на такие замки?

— Это объекты, которые требуют больших вложений и окупаются небыстро. У нас же хотят сразу вложить и сразу получить. Может быть, если бы дали замок в собственность — было бы по-другому. Может быть, не все умеют это делать.

Вспомните замок Рын в Польше. Он был похож на замок, который находится в Полесске. Там тоже находилась библиотека, электрики какие-то сидели. Одно крыло восстановил любитель. Потом его оттуда попросили, отдали замок в частные руки — и кому от этого хуже? Там сейчас от этого хуже? Тот же любитель туда приезжает, проводит свои шоу-программы. Этот же человек берет в аренду замок в Лидзбарке. Посмотрите, как заиграл замок: шикарный отель, фонтаны бьют отовсюду.

Я не понимаю, почему у нас все так. Неужели не понимают? Если нет сил, то пусть замки отойдут в частные руки. Пусть на них будут наложены обременения. Условий для бизнеса просто нет.

Комментарии к новости

Самая стыдная история

Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников, о наиболее ярком «обмане» инвестора в истории области.