Полковника никто не слышит

«В иске отказать» – такой вердикт на прошлой неделе вынесла коллегия областного суда по гражданскому делу, по которому в качестве ответчика проходил главный страж дорожного правопорядка нашего региона Юрий Казаков. Иск к полковнику милиции подала проживающая в Гусеве Надежда Снеговая. Интересы истца в суде представлял ее супруг – тоже милицейский полковник, правда, в отставке, Николай Снеговой. Впрочем, это отнюдь не главная пикантность данной весьма скандальной истории…

А началась она в феврале текущего года. В этот день Надежду Степановну Снеговую до глубины души несправедливо обидели люди в милицейской форме. И не просто обидели. По сути, они лишили ее работы, следовательно, и средств к существованию. Дело было так.

Утром 22 февраля Надежду Степановну на ее рабочем месте – в офисе расположенного в Гусеве магазина № 6, принадлежащего региональной ячейке Всероссийского общества автомобилистов, – навестил инспектор ГАИ. Он пришел для того, чтобы «в добровольном порядке» сопроводить заведующего и по совместительству единственного продавца этого крошечного магазина в кабинет начальника Гусевского отделения ГАИ. Там Снеговую поджидали два представителя областного управления ГАИ (один – в чине подполковника). С места в карьер они подвергли пожилую, не отличающуюся железным здоровьем женщину процедуре, напоминающей то, что в детективах называют допросом с пристрастием.

Служивые пытались заставить свою визави назвать «имена, пароли, явки». Нет, не угонщиков авто или каких-других мазуриков, а людей, ставших ее «подельниками» по… адресованной президенту России коллективной жалобе на действия сотрудников ГАИ, текст которой был опубликован в нашей газете. Речь в ней шла о закрытии в Гусеве муниципального пункта регистрации автомобилей и открытии его коммерческого «клона» по имени «ЧП Поникоровский».

«Сдать» инициаторов составления жалобы Снеговая категорически отказалась. Тогда ей, видимо, в качестве альтернативы предложили отдать весь нереализованный товар магазина № 6 – справки-счета (документы, с помощью которых в ГАИ заставляют подтверждать факт легального приобретения машин).

«Я спросила милиционеров, на каком основании без всякого протокола изымается собственность нашей организации, – вспоминает Надежда Степановна. – Те разъяснили, что во всем виноват мой протест против коммерческой регистрации, и добавили, что действуют по поручению Казакова».

С чего это вдруг высокопоставленный областной чин столь сильно ополчился на рядовую, в общем-то, провинциалку? На сей счет можно лишь гадать. Впрочем, одна версия у нас все же есть. Вскоре после того, как в «Калининградке» появилось письмо от более чем двух сотен жителей Гусева и других городов с упреками в адрес ГАИ, ее областной шеф дал нашей же газете обстоятельное интервью. В нем Юрий Дмитриевич ответственно заявил, что крик души его оппонентов, клеймящих коммерциализацию регистрационных пунктов, в действительности – дело рук нескольких воротил «черного» перегоночного бизнеса. Ничего общего не имевшая с подпольной торговлей бэушными иномарками Надежда Снеговая в эту «правду» никак не вписывалась.

Возмущенный произволом бывших коллег, Николай Снеговой «по горячим следам» позвонил Юрию Казакову. Но разговор получился коротким. «Сказав, что моя жена пошла против него и тем самым поступила не по-милицейски, он бросил трубку», – утверждает Николай Иванович.

Если бы этот конфликт произошел лет так двести назад, полковник Снеговой наверняка бы вызвал обидчика жены (стресс надолго уложил ее на больничную койку) на дуэль. Теперь же он был вынужден прибегнуть к единственному цивилизованному способу выяснения отношений – судебному.

В Ленинградский районный суд Снеговой пришел не только с подписанным супругой исковым требованием ста тысяч «компенсационных» рублей, но и с письмом из Гусевской прокуратуры. В нем значилось, что законных оснований для изъятия справок-счетов у порученцев господина Казакова не было.

С тем, что действия начальника областного управления ГАИ Казакова были «необоснованными», судья Сергей Токарский согласился. А вот в иске – отказал. Дескать, бланки-то уже вернули (незадолго до судебного заседания), прямой связи между болезнью истицы и претензиями к ней «не усматривается», а главное – когда все случилось, Снеговая пребывала в статусе не физического лица, а должностного.

Казалось, суд второй инстанции должен был понять, что пресловутое «должностное лицо» способно страдать столь же сильно, как и обычное. Но не тут-то было…

Получив очередной судебный «отлуп», Снеговые духом не пали. Они намерены продолжить борьбу за пределами области. В том числе – и в Европейском суде по правам человека в Страсбурге.

«Я нисколько не удивлен тем, что наши аргументы здесь не захотели услышать,– говорит Николай Иванович. – Уверен, иначе и быть не могло. Ведь коммерческая регистрация (по поводу которой, собственно, и разгорелся сыр-бор) продолжает процветать. И это несмотря на федеральные законы, протест областной прокуратуры, критические выступления общественности и депутатов Госдумы. Понятно, что у коммерсантов в нашем регионе – очень высокие покровители. И что им любое судебное решение – по плечу...»

P. S. До сих пор супруга Николая Снегового фактически лишена права на работу. Причина – отсутствие номерных бланков справок-счетов, оптовой продажей которых в нашем регионе занимается областное управление ГАИ. Монополисты в погонах игнорируют впавшую в немилость Надежду Степановну.
Источник: Калининградская Правда

Слив гнева

Оксана Майтакова о том, как забалтывают проблемы медицины.