Переломная пересменка

Впервые в Калининградской области родители ребенка, получившего травму в школе, через суд взыскали возмещение ущерба.
В школе № 41 Калининграда второклассницу толкнул с лестницы третьеклассник. В результате падения девочка получила перелом позвоночника и очень долго лечилась. Последствия травмы будут «аукаться» ей еще много лет. Мать пострадавшей обратилась в суд и взыскала со школы компенсацию затрат на лечение и морального вреда – всего более 41 тысячи рублей.

«Ваша дочь разбилась!»

20 декабря 2004 года Ольга Синицкая (имя и фамилия изменены) около 13 часов отправила 8-летнюю дочь Машу в школу. Девочка с рождения не отличалась отменным здоровьем. Поэтому родители, несмотря на то, что школа №41 находится рядом с домом, все время провожали ребенка, носили портфель.
В тот день никто из родных довести Машу до класса, как это было обычно, не смог. Ольга сидела в декрете с 2-месячной малышкой, муж работал, а у ее матери, все время помогавшей с детьми, были срочные дела.
А в 13.40 в квартире Синицких раздался телефонный звонок. «Ваша дочь упала с лестницы. «Скорую» вызывать?» – женщина, представившаяся фельдшером школы, не стала тратить время «на подготовку».
– Конечно, вызывайте! – закричала Ольга.
Она попыталась хоть что-то выяснить о состоянии дочери, но фельдшер ничего толком не сказала, отрезав: «Приезжайте!».
Ольга дозвонилась до матери, сообщила о случившемся. Та пообещала срочно приехать. Будучи не в состоянии бездействовать, воспользовавшись тем, что младшая дочь спала, женщина побежала в школу.

«Сейчас ты полетишь!»

Уроки начинались с 14 часов, но учительница сказала девочке прийти пораньше, чтобы она получила талоны на питание и поела.
– После столовой я стала подниматься по лестнице на второй этаж, где находятся кабинеты младших классов, – рассказывает Маша. – На встречу мне бежал мальчишка-третьеклассник. Он крикнул: «Сейчас полетишь!» и сильно меня толкнул. Я не удержалась, упала на спину, на рюкзак и скатилась по лестнице.

«Не реви! Вставай!»

– Мне было очень больно, я очень испугалась и плакала, – продолжает Маша. – Прибежали учителя. Я боялась вставать. Появилась женщина в белом халате – школьный фельдшер – и закричала на меня: «Что ты ревешь! Вставай! Сейчас приедет твоя мать и меня убьет!» Меня подняли, повели в медпункт и уложили на кушетку. Потом прибежала мама, увидев меня, она заплакала.
«Скорая» увезла пострадавшую в больницу. У ребенка был диагностирован компрессионный перелом двух позвонков. И вставать, а также идти ей было категорически нельзя…

Травма на всю жизнь

27 дней девочка лежала «на вытяжке», после чего еще более месяца находилась стационаре, а затем еще несколько месяцев лечилась дома. Малышке пришлось несколько месяцев носить корсет, что очень неприятно, особенно в летнюю жару, а также соблюдать множество ограничений. Понятно, что в школу ребенок не ходил, не имел возможностей общаться со сверстниками.
Лечение потребовало немалых материальных затрат. Требовалось принимать препараты, укрепляющие структуру костей, делать массаж, прочие процедуры на дому. Необходимо было приобрести жесткую кровать и специальный матрац, корсет и т. д.
После случившегося у Ольги пропало молоко, младшая дочь стала «искусственницей».
Когда Маша начала ходить, выяснилось, что она приобрела стойкий страх перед лестницами (ступить могла, только держась за руку взрослого). Начала бояться мальчишек, буквально шарахалась от них, особенно если те катались на роликах или велосипеде.
Надо ли говорить, что родители перевели Машу в другую школу.

Встретились в суде

По словам Ольги Синицкой, перед ней даже не посчитали нужным извиться. Это и стало последней каплей, которая и привела к обращению в суд.
– Кто, если не я, защитит моего ребенка? Спросила я себя и решила обратиться в суд, – говорит Ольга.
В исковом заявлении содержалась просьба взыскать со школы и с родителей мальчика компенсацию затрат на лечение – 11 тыс. 513 руб. (это только то, что удалось подтвердить чеками – покупку специальной кровати, матраца, корсета и лекарств). А также компенсацию морального вреда, которую истица оценила в 100 тыс. руб.
Первоначально это дело рассмотрел суд Ленинградского района Калининграда. В соответствии со ст. 1073 Гражданского кодекса РФ, если малолетнему ребенку (до 14 лет) причинен вред во время нахождения под надзором образовательного, воспитательного, лечебного или иного учреждения, оно и отвечает за это, если не докажет, что вред причинен не по его вине.
Представитель школы пытался в суде доказать, что девочка пришла за полчаса до начала уроков, а потому школа за нее якобы ответственности не несет. Это довод судье показался несостоятельным. В результате суд принял решение взыскать со школы в полном объеме затраты на лечение (по представленным чекам) и услуг адвоката. А компенсацию морального вреда «с учетом степени вины ответчика, характера и степени нравственных страданий истицы, требований разумности и справедливости» оценил в 30 тыс. рублей.
Это решение обжаловала мать мальчика (она тоже была ответчицей, т. к. в исковом заявлении содержалось требование взыскать компенсацию вреда со школы и с нее). Однако коллегия по гражданским делам областного суда оставила это решение без изменений.

«Это просто несчастный случай»
Евгения Сидорова, директор школы № 41:
– Администрация, учителя, все очень переживали случившееся. Девочку очень жалко, у нее и так проблемы со здоровьем, а тут такое. Мы создали комиссию, которая разбирала причины происшествия. На наш взгляд, это несчастный случай, от которого никто не застрахован, – говорит Евгения Гавриловна. – С мальчишкой много беседовали, в том числе социальный педагог и психолог. Этот ребенок, кстати, не такой уж и хулиганистый, он хорошо учится. Для него этот случай тоже станет уроком на всю жизнь. Он признался в том, что толкнул девочку, но говорит, что сделал это не нарочно... Он сам испугался. Это все детская резвость...
– Насколько мне приходилось сталкиваться со школами, в большинстве из них на первом этаже находятся младшие классы. У вас же там – кабинеты администрации, а малыши – на втором этаже… Не разумнее было бы их перевести вниз?
– Наша школа располагается не в типовом здании. На первом этаже помещения маленькие, и классы в них разместить невозможно.
– Во времена моего детства за порядком в школе следили дежурные учителя и старшеклассники. Они ходили по школе с повязками на рукаве, стояли на лестницах и могли приструнить хулигана…
– Мы разработали программу по обеспечению безопасности в школе. Учащихся и родителей знакомим с распорядком и уставом школы, правилами поведения. Ежедневно назначаются дежурные учителя. Они с двумя дежурными старшеклассниками следят за порядком. В последние два года случаи травматизма в школе не допущены.
Хочу подчеркнуть, что этот несчастный случай произошел не на уроке, не на перемене, а во время пересменки.
– А если ребенок хочет после занятий прийти в библиотеку, компьютерный класс или, к примеру, позаниматься в секции, что школа за него уже и не отвечает?
– Отвечает, конечно. Но, к сожалению, от несчастного случая никто не застрахован. Даже когда ребенок постоянно под присмотром родителей, они его за ручку водят, и то иногда что-то случается.
Мы все очень переживали и переживаем за девочку. Когда с ней случилось несчастье, мы ее не бросили, учителя ходили к ней домой заниматься, навещали ее,

«Размер компенсации явно недостаточен»
Евгений ГАЛАКТИОНОВ, председатель Калининградской областной адвокатской палаты:
– Я считаю, что в данном случае ущерб должны возмещать как школа, так и родители мальчика. Ребенок не достиг возраста, с которого можно привлекать к уголовной ответственности (в данном случае шла бы речь хулиганстве и нанесении тяжкого вреда здоровью), поэтому за его поступки должны отвечать родители.
А администрация школы должна была все так организовать, чтобы подобные случаи были в принципе невозможны. Учителя, социальные педагоги на переменах, в пересменках должны не чаи распивать, а следить за порядком…
Что касается размера компенсации морального вреда, то я считаю его крайне низким. В Америке в таком случае речь шла бы о компенсации в несколько миллионов долларов. Что такое сегодня 30 тысяч рублей?! Разве это можно считать достаточной компенсацией физических и моральных страданий, причиненных девочке и ее родным? Конечно же, нет. Нашим судьям, у которых, к счастью, не было таких ситуаций, трудно поставить себя на место этих людей.
Впрочем, что тут можно говорить, если наши суды при гибели человека в результате несчастного случая на производстве могут присудить компенсацию морального вреда (родственникам погибшего) в 15 тысяч рублей!
Если, не дай Бог, у кого-то возникнет похожая ситуация, надо вызывать «Скорую» или ехать в травмпункт, а не домой. Так как в таком случае будет трудно доказать, что травма была причинена именно в учреждении, а, к примеру, не по дороге домой.
Источник: «МК в Калининграде»

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.