«Грех жаловаться»: фоторепортаж из Центральной городской больницы Калининграда

Все новости по теме: Модернизация здравоохранения
В среду свеженазначенный вице-премьер по социальной политике областного правительства Алексей Силанов посмотрел, как идет модернизация здравоохранения на примере конкретного учреждения — Центральной горбольницы Калининграда. Почему сегодня некоторые отделения ЦГБ напоминают солдатские казармы, а главврач считает, что «убить строителя — это актуально», выяснял корреспондент «Нового Калининграда.Ru».

Уплотненные условия
Нового вице-премьера правительства области в Центральной горбольнице встречали как родного: до того как здравоохранение было передано в областное ведение, именно Силанов курировал этот сектор в городской администрации. В коридорах санитарки спешно домывали полы. Татьяна Серых, избежавшая увольнения с поста главврача после путинско-предвыборно визита в область доктора Леонида Рошаля, ждала патрона в накрахмаленном белом халате.

Первым делом, делегация направилась в отделении гематологии, которое на время ремонта совместили с ревматологией. В небольшом холле вплотную стояло несколько коек, отделенных от коридора ширмами. Создавалось ощущение, что мы находимся не в больнице, а в казарме или пионерлагере. «Одно из основных условий программы модернизации — сохранение объемов оказания медицинской помощи, поэтому, к сожалению, наши пациенты вынуждены испытывать неудобства. Но уже вот-вот отделение ревматологии переедет на прежнее место, и работа наладится», — заверяла Татьяна Серых.

К делегации подошла завотделением гематологии Светлана Степанова. «Мы работаем вдвоем, есть еще один доктор, но она серьезно болеет. У нас отделение на 30 коек, и еще два раза в неделю мы принимаем по 60 больных. Нагрузка на пределе. Кадровая проблема очень большая, — говорила Степанова. — Что касается обеспечения препаратами больных, то они могут получать их по рецептам. Но сопроводительная терапия также очень дорогая, однако тарифа, выделенного нам, не хватает — предусмотрено всего 112 рублей в день на больного». Врач рассказала, что двух больных пришлось отправлять в федеральные медицинские центры по квотам только из-за того, что их не смогли обеспечить препаратами в области.

В отделении около стенки сидел молодой мужчина с изящной палочкой и рассматривал что-то на экране айпада. «Артрит прихватил, надо бы полежать, но с плановой госпитализацией сейчас туго — коек не хватает, народ в коридорах лежит. Всего 10 коек на весь город! — посетовал пациент. — Предложили поездить на дневной стационар. Езжу вот каждый день», — рассказал мужчина и отправился, хромая по коридору, в сторону сестринского поста.

После отделения гематологии вице-премьера повели в приемное отделение, около кабинетов стояло около 20 человек. Как утверждают медики, пациенты проводят в очередях «не более 1–1,5 часов». «У окулиста время ожидания больше, ведь там не просто в рот заглянуть, а осмотреть надо, — отметила начмед Наталья Башкина. — Конечно, тут оборудования не хватает. Нужно оснастить лор-кабинет, оборудование для окулистов. Но, увы, оно не попало в программу модернизации». «Вам-то грех жаловаться, — не согласился с ней министр здравоохранения Владимир Вольф. — У вас по программе модернизации все в порядке».

Начмед, вздохнув, посмотрела на Силанова и стала рассказывать про то, как ликвидировать сутолоку в коридоре отделения — предполагается поставить электронный терминал, чтобы пациенты получали талончик и ждали своей очереди не около кабинета, а в коридоре. «Пенсионеры особенно боятся от дверей отойти, чтобы очередь не пропустить. А будет с терминалами, как в сберкассе», — добавила она.

Делегация направилась дальше — в ожоговое отделение, где также завершился ремонт. Завотделением Виктор Лежепеков с гордостью демонстрировал новые специальные кровати для тяжелобольных. «Кровать с эффектом воздушной подушки, она покрыта специальной простыней, а воздух обеспечивает температуру, комфортную для больного с тяжелейшими повреждениями. У нас таких кроватей теперь целых 4! Не так давно я был в Москве, выяснил у коллег, что у нас лучшее оснащение», — рассказывал врач. Правда, выяснилось, что остальные кровати в больнице — старые, их по программе модернизации не меняют, а стоят они недешево — от 80 до 120 тысяч рублей.

Зарплаты и оклады
Следующим по очереди было хирургическое отделение. Точнее, та его часть, которая открылась после ремонта. Здесь также больные лежали в коридорах, отгороженные ширмами. «Знаете, доходит до того, что нам из Балтийска, где хирургия на ремонте, привозят больных с банальным аппендицитом. Поэтому нагрузка очень серьезная. Сейчас у нас 60 коек, оказываем только экстренную помощь», — делились с вице-премьером медики. Татьяна Серых стала рассказывать о том, что в операционной ремонта не было и только на строительные работы нужно 111 млн рублей. «Как у вас с операционной?» — спросил Силанов. «Никак», — ответили врачи. И разговор затух.

Такая же картина ждала делегацию и во второй гинекологии, поскольку первое отделение все еще на ремонте. «Мы выделили тут для первого отделения часть помещений, — указала зав второй гинекологией Лиана Плиева на все тот же отделенный ширмами коридор. — Но сейчас у нас очень хорошо, не сравнить с тем, что было до ремонта!».

Правда, не все оказалось так радужно. Силанов зашел в ординаторскую и поинтересовался, сколько зарабатывают врачи. «С гинекологией сложнее, ведь по стандартам в рамках модернизации они доплат не получают. Вот у нас молодой врач Катя, приехала из Москвы после ординатуры. У нее 10 дежурств в месяц, она получает 18 тысяч рублей», — сообщила Серых. Сама молодая доктор, не говоря ни слова, просто улыбалась. Силанов спросил о средней зарплате по больнице, выяснилось, что она составляет 40 тысяч. «Вам нужно платить надбавки по модернизации к голым окладам, а остальные деньги распределять среди других медиков», — министр Вольф, по всей видимости, пытался вернуть Татьяну Серых к какому-то давнему спору. «Мы платим надбавки, но все равно у молодых врачей не будет таких больших денег», — отбивалась главврач.

После экскурсии по отремонтированным помещениям высокие гости отправились туда, где сейчас не ступает нога пациента. На пятом этаже было пусто. Татьяна Серых с радостью в голосе рассказывала про то, что тут скоро откроется отделение для сосудистых больных. После того как делегация спустилась этажом ниже, радужное настроение главврача улетучилось: по коридорам гулял ветер, в углу стояла кровать за 80 тысяч рублей, заваленная кирпичами. По словам Серых, тендеры на ремонт больницы выиграли три строительные фирмы, и у всех подход к работе оказался разным. «Убить строителя — это актуально», — сказала Серых. «Достижение: сегодня прошелся по этажу, насчитал аж двух человек», — поддержал Серых ее заместитель по хирургической части Наиль Гилажитдинов.

«На проведение ремонтных работ направлено более 100 млн рублей, еще на 20 млн рублей закуплено оборудование. К сожалению, мы видим, что есть некие неудобства в части обслуживания населения, связано это с ремонтными работами и определенной уплотненностью пациентов, потому что нельзя было полностью закрыть учреждение, — резюмировал Силанов. — Но вот подрядчики обещают все доделать до декабря».

Вице-премьер отправился на закрытое совещание с главврачом обсуждать, что делать с кадровой проблемой и за счет чего ремонтировать операционную, а мне вспомнился визит в ЦГБ экс-губернатора Георгия Бооса два с половиной года назад. Тогда медики жаловались не только на отвратительное состояние больницы, но и на серьезный кадровый голод, поскольку привлечь молодых врачей на те зарплаты, что предлагает больница, почти нереально, да и жилье им не дают. С тех пор действительно изменилось многое в самой больнице, кроме зарплат молодых врачей и все того же кадрового голода, вызванного отсутствием у системы здравоохранения служебного жилья. «Если так пойдет и дальше, больницы мы отремонтируем, только лечить вот в них людей будет некому», — заметил один из тележурналистов, складывая штатив для телекамеры.

Текст — Оксана МАЙТАКОВА, фото — Алексей МИЛОВАНОВ

Комментарии к новости

Государство спонтанных покупок

Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, почему нельзя обсуждать наследие ЧМ без Дома Советов.