Тайное кладбище
Раскопки на территории будущей Рыбной деревне, что ни день, преподносят неожиданности. На этой неделе археологи наткнулись на груду человеческих останков. Но ни на одном из планов Кенигсберга кладбище в этом месте не обозначено!
Однако не стоит спешить с предположениями о не похороненных должным образом жертвах войны, нацистов или адептов жестокого тайного культа. Многие кости имеют отчетливые следы применения медицинских инструментов. К тому же они разрозненны, в захоронении нет даже фрагментов одежды. А если добавить к этому аккуратно просверленные в суставах отверстия с торчащей из них проволокой и попадающиеся среди человеческого праха собачьи и кошачьи скелеты, то все походит на лабораторию какой-нибудь анатомической клиники. Как известно, медицинский факультет «Альбертины» выпускал отлично подготовленных докторов. И не исключено, что когда-то на этом месте стояла «анатомичка», в которой студенты практиковались в трепанации черепа или в различных операциях на внутренних органах.
Дальнейшую судьбу праха неизвестных людей определят в ближайшее время. Если же говорить о других находках, сделанных Западной археологической экспедицией, то таковых наберется уже не на одну музейную экспозицию.
Довольно любопытные результаты ожидали исследователей в кенигсбергской штаб-квартире Союза гребцов Германии, основанного в 1896 году. Тогда же, по сей видимости, возвели и само это здание, вернее, целый спорткомплекс из трех больших строений. В августе 1944 года он серьезно пострадал от налета английской авиации, едва ли не целиком стершей с лица земли исторический центр города. Судя по обуглившимся доскам пола, сохранившим следы высокой температуры балкам и оплавившемуся бутылочному стеклу, кроме «обычных», фугасных, сюда угодило и несколько фосфорных бомб. Кроме того, наверняка было несколько прямых попаданий – фундаменты разбиты до основания. Апрельский штурм 45-го окончательно добил и без того сильно разрушенный район. После войны руины предпочли не восстанавливать, а разобрать на дефицитные кирпичи.
От алебарды до автомата
Мечи замысловатой формы, необычного вида трезубцы, алебарды тоже стали достоянием археологов. Среди оружия есть и экзотические экземпляры, вроде тех, которые мелькают в фильмах о мастерах восточных боевых искусств. Подобные образцы использовалось в Китае XVI-XVII веков. Как они здесь оказались? Полет фантазии, впрочем, можно прервать тем, что это «новодел», датируемый гораздо позже и изготовленный в самом Кенигсберге.
Все вооружение хранилось во вместительном ящике – от него осталась только часть металлической обивки. Все смертоносные предметы были парными. Нетрудно догадаться, что предназначались они для украшения стен. Хотя на лезвии одного из громадных тесаков имеются зазубрины – им пробовали что-то рубить.
Другая часть, несомненно, использовалась в спортивном фехтовании. Передо мной явно учебные рапиры с непомерно широкой оплеткой рукояти. Рядом сабли-эспадроны. Тут же защитные маски: крупная решетка дополнялась мелкой сеткой, что позволяло одинаково надежно предохранять лицо и от рубящих, и от колющих ударов. Есть среди артефактов и другой предмет спортинвентаря – штанга, причем, как сейчас говорят, «цирковая», с металлическими шарами вместо «блинов».
Вместе с декоративным и спортивным оружием в «Союзе гребцов» нашлось и кое-что из действительно боевого арсенала, причем достаточно раритетного. Например, эспатон – офицерская алебарда XVIII века, кавказский кинжал-кама - такие были на вооружении как у казаков, воевавших на стороне Германии, так и у советских конников Плиева или Доватора. Ну, и не обошлось без автомата – советского ППШ, - и немецкого карабина «Майзер».
Королевское блюдо
В той же груде оказалась и половина массивной тарелки из сплава железа с цинком, с креплениями на обратной стороне – наверняка тоже висела на стене. Декоративная посудина украшена барельефом довольно тонкой работы приблизительно XVI века: толпа людей и всадники в латах на фоне стен замка. Может быть, это горожане встречают возвращающихся из какого-то похода рыцарей? Тогда, если судить по картине всеобщего ликования, предприятие окончилось крупным успехом. Изделие, между прочим, вполне может быть французского происхождения. Ведь на нем выгравированы геральдические лилии, а также латинские буквы «Н. Н.». Неужели эпоха какого-то из королей Генрихов (они же Анри)?
Другому экспонату лет на 400 больше. На том же здании Союза гребцов когда-то красовалась весьма помпезная металлическая табличка. На ней видны фигуры пролетария, бауэра-крестьянина и интеллигента, свастика, а понизу - изречение Адольфа Гитлера: «Еhret die Arbeit und achtet den Arbeiter» - «Почитайте труд и уважайте труженика».
Что носили кенигсбержцы
Земля острова Ломзе, как выяснилось, набита самыми различными предметами одежды и быта кенигсбержцев. В частности, попадается очень много обуви: мужской, женской, детской. Особая редкость – треуголка, по своему значению эта находка ничуть не уступает (а то и превосходит) кивер, извлеченный из братской могилы наполеоновских солдат на стройплощадке торгового комплекса «Европа-центр». От разнообразнейшей керамики ломятся полки хранилища. Там же собраны винные бутылки, расчески, ножницы, наперстки, фарфоровые трубки, рукояти ножей, застежки, детали кукол – всего не перечислить.
- Все находки датируются XVII-XVIII веками, - рассказывает начальник Западной археологической экспедиции Евгений Калашников. – Кстати, белорусские археологи, которых мы приглашали себе в помощь, рассказывали, что у них предметов этого периода практически не сохранилось. В слишком высоких слоях почвы они находятся, и поэтому быстро разрушаются. А болотистый грунт Ломзе отлично все законсервировал. На редкость широкий ассортимент объясняется тем, что сюда свозили весь городской мусор, чтобы подсыпать берег. Более или менее интенсивная застройка этого района началась только в конце XIX - начале XX веков. До того здесь были выпасные луга.
Примечательно, что в местных (да и большинства российских) музеев эпоха 200-300-летней давности почти не представлена. Даже археологическими в полном смысле этого слова находки соответствующего времени не считаются. Ученые интересуются преимущественно историей Восточной Пруссии до тевтонского нашествия или периода господства Ордена. О XVII и XVIII веках, как полагает большинство авторитетов, достаточно известно и из многочисленных письменных свидетельств.
Лишь бы остров не поплыл
Понятным выглядит желание застройщиков Рыбной деревни иметь у себя постоянно действующую экспозицию, посвященную прошлому этой части города. К сожалению, это невозможно.
- Все должно быть сдано в учреждения Гохрана, каковыми являются, к примеру, областной архив, краеведческий музей, музей Мирового океана. А уж они могут распоряжаться артефактами по своему усмотрению, - поясняет Калашников.
Кстати и архитектура этого района Кенигсберга была особенной. У здешних домов не было подвалов, максимум – полуподвалы. Жители Ломзе воевали с водной стихией не меньше голландцев с их дамбами и польдерами. Остров был пронизан множеством отводных коллекторов – наводнения, вызванные нагонными ветрами, здесь были обычным явлением. Причем каналы шли под острым углом к реке, чтобы при нагоне в них в них попадало минимум воды, а при отступлении Прегеля она уходила быстрее. Процесс осушения велся кропотливо и непрерывно на протяжении веков. Зато, благодаря продуманной методике мелиорации, остров не «плыл», как это стало происходить после появления на нем в советское время многоэтажных зданий. Строители легкомысленно пренебрегли сохранением хитроумной системы водоотвода. И теперь за сутки грунтовые воды затопляют археологический раскоп на 2 метра. (ВРЕЗКА_ЛА)
Строителям Рыбной деревни отнюдь не лишним было бы изучить довоенную мелиорацию острова. Благо в архивах должны сохраниться ее планы. Учитывая общую стоимость работ, затраты на предварительную экспертизу выглядят смехотворными. Но в будущем такая предосторожность помогла бы сэкономить десятки миллионов рублей на ликвидацию последствия от подтоплений.
Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав
Ctrl+Enter
© 2003-2025