В аэропорту «Храброво» в пятницу учились спасать пассажиров и вытаскивать самолет из-за пределов взлетно-посадочной полосы. Все точь-в-точь, как в начале 2017 года, и даже хуже. Администрация воздушной гавани продемонстрировала купленную технику и умение делать выводы. Убедиться во всесторонней готовности «Храброво» к ЧМ-2018 прилетели представители аэропортов Северо-Запада (в том числе питерского «Пулково») и нескольких крупных авиакомпаний. Вместе с ними ее оценивали корреспонденты «Нового Калининграда».
В разгар зимних каникул, поздно вечером 3 января 2017 года в «Храброво» совершил аварийную посадку самолет Airbus A321 авиакомпании «Аэрофлот». Во время приземления он съехал за пределы заснеженной взлетно-посадочной полосы. От жесткой посадки передняя стойка шасси надломилась, из-за этого самолет в течение суток не могли убрать с ВПП. Работа аэропорта оказалась парализована почти на два дня, были задержаны десятки рейсов. Такова предыстория сегодняшних учений. Организаторы действа решили ситуацию максимально ухудшить: по его легенде, самолет загорелся, есть пострадавшие.
Где-то за новой взлетно-посадочной полосой расположился тренировочный «ТУ-134», участников и зрителей к нему подвозят автобусами. Видавший виды самолет со странной надписью «Спасол» одним крылом опирается на гигантские подушки — это пневмотканевый подъемник, которого так не хватало полтора года назад. Сейчас таких подъемников в «Храброво» несколько. У трапа кучкуются «статисты» — сотрудники аэропорта, которые будут изображать пассажиров. Неподалеку расположились палатки «штаба» и «медпункта», рядом с ними — стенды с различными документами. Согласно одному из документов, аварийно-спасательная часть учений должна завершиться за 4 минуты 45 секунд.
«Статисты, все в самолет быстро! Поджигаем!» — раздается команда. Рядом с самолетом для антуража загораются четыре емкости с горючим, валит черный дым. Воет сирена, тут же появляется пожарная машина с надписью «Храброво», за ней — другая, третья, четвертая. Огонь быстро тушат, уже через три минуты по трапу спускаются пассажиры, на носилках уносят манекены, изображающие пострадавших.
Аварийное приземление Airbus A321 3 января 2017 года. Фото очевидца
После этого начинается операция по вызволению самолета. Когда подобное случилось не в рамках учений, он глубоко увяз в размокшем грунте, и то же самое происходило с техникой, которая приезжала вытаскивать лайнер. Для того, чтобы подобное не повторилось, аэропорт приобрел специальные «мягкие настилы» английского производства общей длиной 120 метров, способные выдержать до 300 тонн. Настил укладывают рядом с тренировочным «ТУ-134», на него заезжает заправщик для откачки топлива. По бокам надуваются световые башни (когда темно, они превращают в день радиус в 200 метров, говорят сотрудники аэропорта). Потом к делу приступает подъемный кран, который должен «приподнять» фюзеляж. На учениях используется маломощный, но на случай настоящей аварии у аэропорта заключены договоры с «Балткраном» и Балтийским флотом: у них есть техника с нужным количеством лошадиных сил.
Как рассказывает собравшимся начальник службы аварийно-спасательного обеспечения полетов Вадим Субочев, в реальной ситуации у него с коллегами было бы несколько часов форы: после спасения пассажиров доступ к самолету прерывают сотрудники Следственного комитета, которые должны обследовать его «на предмет состава преступления». За это время служба успевает составить план действий и подтянуть необходимую технику. Он с гордостью показывает на пневмоподъемники-подушки: такие позволяют приподнять нужную часть самолета на высоту до полутора метров. В ситуации января 2017 года сказалось анклавное положение региона: «Только на вторые сутки „Аэрофлот“ привез подъемники в Варшаву, а потом еще и началась растаможка». В «Храброво» таких тогда не было, нет их и у большинства аэропортов Северо-Запада, расскажет позже журналистам директор «Храброво» Александр Корытный.
Коллегам-директорам он говорит о том, что все это время, пока идут аварийно-спасательные и эвакуационные работы, «действует» специально созданный пресс-центр, который предоставляет «нормальную, правильную информацию». Опыт настоящей аварии показал, что один пресс-секретарь аэропорта в течение нескольких суток со всем валом данных справиться не в состоянии.
Наконец, положение самолета «выравнивают», к стойкам шасси крепятся специальные тросы, и в борьбу за него вступают тягачи. Учения почти закончены — почти, потому что, опять же по легенде, на взлетно-посадочной полосе образовались сколы. Их быстро заделывают с помощью специальных материалов, которые, по словам специалистов аэродромной службы, позволяют пользоваться ВПП уже через 5 минут и держатся 5–7 лет.
Александр Корытный идет давать интервью и сообщает, что подобных масштабных учений здесь не проводили лет 40. Впрочем, в январе 2017-го к ним основательно подготовились.
Текст — Оксана Ошевская, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград»
Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав Ctrl+Enter
© 2003-2026