Кошка мехом внутрь: как и куда движется дело издателя Бориса Образцова

Борис Образцов

Процесс по делу редактора газеты «Тридевятый регион» Бориса Образцова, которого обвиняют в вымогательстве в особо крупном размере (более 1 млн рублей), близок к финалу. Обвинение требует для журналиста и издателя 8 лет колонии строгого режима, а, учитывая, что следствием занималась ФСБ, тучи над ним — густые и черные. В пятницу начались прения: выступала гособвинитель, и, узнав о том, какой срок для него просят, потрясенный Образцов продолжить процесс не смог. Но за выходные он собрался с силами — в понедельник его выступление в общей сложности продлилось 6 часов. Корреспонденты «Нового Калининграда» рассказывают о том, как прошли прения по громкому судебному делу.

«Признаки угрозы». Речь гособвинителя

Первую половину дня пятницы, 18 мая, Борис Образцов пытался убедить судью, что дело против него необходимо расследовать заново (журналиста обвиняют в том, что он вымогал деньги у компаний «Стриктум» и «К-Поташ Сервис», которые занимаются разработкой калийного рудника в Багратионовском районе; меченые купюры были переданы Образцову и изъяты у него). К разочарованию главреда «Тридевятого региона», успехом эта затея не увенчалась. После перерыва Наталья Беглик объявила, что с обвинительным заключением все в порядке и ходатайство стороны защиты оставлено без удовлетворения.

Однако к прениям стороны перешли не сразу. Прежде чем Беглик объявила, что судебное следствие окончено, Борис Образцов сказал одну важную вещь, которая в дальнейшем может повлиять на квалификацию статьи (и как следствие, на тяжесть наказания), по которой судят журналиста. «Я их обманул в надежде, что они профинансируют Фонд развития Багратионовского района, хотя бы часть (журналист возглавляет этот фонд — прим. «Нового Калининграда»)», — заявил Образцов, фактически признавшись в мошенничестве. Речь тут шла о представителях ООО «Стриктум», которые выступают потерпевшими по делу. Именно у них, по версии следствия, Образцов требовал более миллиона рублей в обмен на обещание не публиковать на страницах газеты «Тридевятый регион» критических заметок о последствиях строительства в Нивенском горно-обогатительного комбината.

— Какую сумму вы рассчитывали получить вследствие вашего обмана? — судью Наталью Беглик признание журналиста заинтересовало.

— Меньше миллиона. Именно на эту сумму я и подготовил расписку, — ответил Образцов.

По его версии, сложилась такая ситуация, при которой представители «Стриктума» якобы были уверены, что в газете непременно появятся негативные публикации. Однако, уверял Образцов, он этого делать не планировал, но решил воспользоваться ситуацией, чтобы пополнить бюджет своего фонда. «Они заблуждались, а я им помог обмануться. Они сами решили, что будут дальнейшие публикации», — заметил журналист и в очередной раз напомнил, что представители компании выходили на него сами.

Слово в прениях взяла гособвинитель Ольга Рудненко. Рассказывая о хронологии событий, она заявила, что все же именно Борис Образцов был инициатором бесед с представителем «Стриктума» Олегом Шайтаном, который выступал переговорщиком между журналистом и генеральным директором компании Павлом Яковлевым. Именно от Шайтана Яковлев, по версии обвинения, узнал о желании Образцова получить 1 миллион 200 тысяч рублей взамен на гарантии, что негативных статей в «Тридевятом регионе» больше не будет. Гендиректора это требование возмутило, и он обратился с заявлением в ФСБ. В последующем все переговоры о деньгах под контролем сотрудников ФСБ вел пришедший на место Шайтана Кирилл Сюндюков.

92d27b16cfe235bc0816ab8c7a315e19.jpg

В итоге 14 августа Сюндюков встретился с Образцовым в клубе «Амстердам» и передал 1,1 млн рублей. После передачи денег Образцова задержали сотрудники ФСБ. Позже в отношении главреда «Тридевятого региона» возбудили уголовное дело по пункту б части 3 статьи 163 УК РФ (Вымогательство в целях получения имущества в особо крупном размере). Максимальное наказание — от 7 до 15 лет. «В ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства Образцов давал достаточно противоречивые показания», — заметила Рудненко.

Гособвинитель подчеркнула, что Борис Образцов признал себя виновным частично — в мошенничестве (159 статья УК РФ). Однако, по мнению прокурора, это не свидетельствует о раскаянии журналиста, а указывает лишь на способ защиты подсудимого, который вводит суд в заблуждение, желая уйти от ответственности. Иными словам, по мнению Ольги Рудненко, Образцов признался в мошенничестве, чтобы его не осудили за вымогательство, так как наказание в этом случае более тяжкое.

В ходе прений Рудненко огласила показания свидетелей. Например, один из ключевых свидетелей, экс-глава администрации Багратионовского района Олег Иванин, утверждал, что Борис Образцов якобы предлагал ему «оказать давление на ООО „Стриктум“, чтобы те начали финансировать деятельность Фонда Багратионовского района». В ответ на это предложение, отмечалось в показаниях, Иванин заявил, что компания уже сотрудничает с администрацией района в социальной сфере и финансировать фонд Бориса Образцова не намерена.

При этом тогдашнего гендиректора «Стриктума» Павла Яковлева беспокоил протест населения против рудника в Нивенском. В своих показаниях он отметил, что публикации в «Тридевятом регионе» создают негативное отношение к компаниям у местных жителей и в принципе не соответствуют действительности. Яковлев также утверждал, что способы урегулирования вопросов, связанных с протестным движением, обсуждались на специальной комиссии при губернаторе Калининградской области.

В итоге прокурор пришла к выводу, что показания свидетелей подтверждают намерения Бориса Образцова использовать ситуацию с негативным общественным фоном, чтобы получить от «К-Поташ Сервис» и «Стриктума» более миллиона рублей для финансирования Фонда развития Багратионовского района. О том, что тексты в газете Образцова формируют негативное отношениям к компаниям и дискредитируют их, подтверждалось лингвистической экспертизой, заметила Ольга Рудненко.

К лингвистической экспертизе уже расшифровок разговоров, сделанных ФСБ, гособвинение апеллировало и тогда, когда указывало, что Борис Образцов именно вымогал деньги у представителей «Стриктума». По мнению эксперта, речь Образцова содержала «признаки угрозы».

«Все доказательства свидетельствуют о виновности Образцова», — стала завершать речь Рудненко. В итоге она попросила суд приговорить журналиста к 8 годам в колонии строгого режим (при максимальном сроке в 15 лет — прим. «Нового Калининграда»). В качестве смягчающих обстоятельств при вынесении приговора Рудненко просила учесть, что Образцов не судим, активно занимается благотворительной деятельностью и тот факт, что у него на иждивении находится пожилая мать.

«После такого требования прокурора трудно себя держать в руках и говорить осмысленные вещи. То, что потребовал обвинитель, относится к насильниками, убийцам террористам», — произнес Борис Образцов, потрясенный речью и требованием гособвинителя. «Я бы попросил включить голову и проанализировать, что я скажу», — начал было подсудимый, но через пару минут попросил сделать перерыв в заседании «из-за стресса» от запрошенного срока и подскочившего давления.

— Вы сейчас нуждаетесь в медицинской помощи? — спросила гособвинитель, вероятно, рассчитывая, что прения закончатся в пятницу.

— Если я упаду, то буду нуждаться. Пока что я стою, но вы знаете, очень не хотелось бы… — ответил журналист.

«Дикий срок». Речь Бориса Образцова

О том, что его речь будет длинной, главред «Тридевятого региона» честно предупредил еще в пятницу. Но вряд ли кто-то подозревал, что Образцов, как легендарный Плевако (Федор Плевако — юрист, адвокат, судебный оратор — прим. «Нового Калининграда») сможет уверенно и почти без запинки солировать на протяжении всего рабочего дня с тремя перерывами.

«Сегодня очень важный день моей жизни. Рубеж. Для меня вопрос стоит фактически о жизни и смерти. Это не натяжка, не гипербола, не попытка выжать слезу у зрителя. Это факт», — начал 47-летний обвиняемый. Если ему дадут именно тот срок, о котором просит прокуратура, на свободу он выйдет в 55; начинать жизнь заново в таком возрасте будет почти невозможно.

«Сегодня я попытаюсь доказать, что невиновен», — заявил журналист. По мнению Бориса Образцова, один из главных вопросов — можно ли квалифицировать его действия именно как вымогательство, которое трактуется как требование передать чужое имущество или право на это имущество под угрозой применения насилия или порочащих жертву сведений, наносящих ей вред. Обвиняемый напомнил, что если в деянии отсутствует хотя бы один признак состава преступления, то отсутствует и состав преступления в целом. И обратился к семантике: «требование — настоятельная просьба, желание, выраженное в категорической форме». При этом оба вышеупомянутых собеседника — Шайтан и Сюндюков, по словам Образцова, заявили, что никаких требований он не выдвигал; эксперт, который по заказу ФСБ проводил исследование его переговоров с представителями «К-Поташ Сервиса» и «Стриктума», также указывает, что требований в тексте нет. Зато эксперт сообщает о «побуждениях»: «Но я действительно просил спасти меня и помочь мне (фонд развития Багратионовского района, которым руководит Образцов, оказался на грани банкротства — прим. „Нового Калининграда“). [...] Побуждение — такого слова в законе вообще нет, — заявил редактор „Тридевятого региона“. — Одно то, что в действиях отсутствуют требования, говорит о том, что мои действия не могут подпадать по 163-ю статью».

Не усмотрел лингвист и угроз, напомнил журналист, — а только их признаки. И процитировал это заключение: «Если деньги будут переданы, то публикации негативного характера прекратятся, следовательно, [можно сделать вывод о том, что] если деньги не будут переданы, то публикации негативного характера продолжатся». Назвав этот пассаж «хитрым и тонким», Образцов заявил, что эксперт, «кошку вывернул мехом внутрь», потому что в обещании прекратить публикации никакой угрозы нет, а все остальное тот додумал.

a1a18e03b56df5bea02ab99897df9f8c.jpg

Июль 2016 г.

Наконец, в материалах следствия нет даже намека на сведения, которые грозился бы распространить журналист с целью опорочить своих визави. Как свидетельствуют расшифровки, не говорилось об этом и во время встреч. «Вымогательство — это дайте денег, иначе вам всем будет плохо. [...] Например, я опубликую „вот эти фотографии“. Должна быть конкретика, должно быть что-то, что является фактом, что присутствует зримо», — сказал главный редактор «Тридевятого региона».

По его словам, в ситуации, когда нет конкретного предмета угрозы, тем более удивительно, что кто-то испугался газеты с тиражом в несколько тысяч экземпляров. Ведь о проблеме вероятного негативного воздействия калийного рудника в поселке Нивенское на окружающую среду в течение нескольких лет писали статьи и снимали сюжеты многие федеральные СМИ — «Аргументы и факты», «Российская газета», Общественное российское телевидение». Значительную часть своей речи журналист посвятил анализу сообщений и статей в СМИ по этому вопросу и сообщил, что критичная позиция «Тридевятого региона» тоже вполне естественна.

Но все это было бы «сухой теорией», если не объяснить, что такое фонд развития Багратионовского района и зачем он нужен. Борис Образцов долго и с надрывом рассказывал о помощи, которую он в течение 7 лет оказывает в Багратионовском районе старикам (им раздают пакетики с элитными семенами) и школьникам (за отличную учебу они получают айфоны, айпады, младшеклассники — смартфоны попроще), в какой-то момент расплакался. По его словам, для детей из небогатых семей такая возможность — отличный стимул. Раньше подобная программа действовала в Гурьевском районе, сейчас аналогичные фонды Образцов создал в Полесске и Славске. Это несколько миллионов рублей в год.

В какой-то момент к нему обратился на тот момент глава района Иванин, рассказал журналист, предложил деньги. План был такой: фонд, у которого в районе уже была устойчивая репутация, за счет этих денег увеличивает помощь — а определенные люди, которых Иванин продвигал в местный Совет депутатов, смогут говорить, что все произошло благодаря именно их усилиям. Образцов согласился и, по его словам, «раструбил» о том, что бабушкам вместе с семенами будут вручаться мотоблоки и косилки, студенты получат стипендии, отличники-школьники — айфоны получше, а детские футбольные команды — новую форму и инвентарь. Однако Иванин через полгода «слился», аффилированная с ним фирма обанкротилась, и глава фонда остался со всеми обещаниями один на один. Так в фонде возникла «дыра» размером в 1 млн 200 тысяч рублей, и именно она, по версии Образцова, побудила его вести переговоры со «Стриктумом» и «К-Поташ Сервисом».

Еще Борис Образцов долго зачитывал расшифровки своих бесед с представителями этих компаний. Первую записал на диктофон Олег Шайтан, запись двух последующих велась уже под контролем ФСБ. В расшифровках журналист действительно говорит о том, что ему нужен «лям» (миллион рублей), но «вымогатель» и «жертвы» (по версии следствия) беседуют о многих вещах, и довольно раскованно. Образцов много жалуется на Иванина, рассказывает, что в отместку печатал в «Тридевятом регионе» пиар-материалы «мирамистинового короля» Андрей Горохова (у Иванина с ним не сложилось). Одному из участников встреч, Кириллу Сюндюкову, предлагает десерт или «борщик» (напомним, дело происходило в принадлежащем Образцову баре «Амстердам»). Более того, из расшифровок видно, что именно противная сторона педалирует на теме прекращения негативных публикаций после передачи денег.

Наконец, главный редактор «Тридевятого региона» еще раз заявил, что не он, а Шайтанов и Сюндюков были инициаторами всех встреч; сообщил, что написал расписку о получении денег, но она оказалась не нужна. При этом ему передали не миллион рублей, о котором он просил, а миллион сто. Обвинению, мол, это позволило квалифицировать степень вымогательства как особо тяжкий, а не просто тяжкий, как было бы в случае с миллионом, размер.

Уже под занавес заседания Борис Образцов указал, что не так давно «К-Поташ Сервис» все-таки приняла решение отказаться от строительства горно-обогатительного комбината в поселке и возвести там лишь административные здания. Это можно было бы расценивать как закономерный финал истории, в которой он таким причудливым и трагичным образом оказался замешан. Но в какой-то момент, когда участники заседания расслабились и заулыбались, обвиняемый напомнил про «дикий срок», который ему грозит.

О том, что именно ждет Бориса Образцова, судя по всему, станет известно уже в ближайшие дни.

Текст — Олег Зурман, Оксана Ошевская, фото — Виталий Невар, «Новый Калининград»

Комментарии к новости

Чиновник эпохи разочарования

Вадим Хлебников о том, почему за два года Антон Алиханов не сумел оправдать надежд.