Маленький Шамиль борется за жизнь

Трагедия, произошедшая в поселке Северный Багратионовского района, всколыхнула всех местных жителей. Воспитывая в месячном сынишке джигита, папаша избил ребенка до такой степени, что пришлось вызывать врачей и милицию.
Надеясь, что запуганная постоянными побоями его гражданская жена не будет давать показания против своего благоверного, папаша утверждает, что сына любил и не мог причинить ему зла. Однако свидетели трагедии утверждают, что больше изувечить малыша было некому.

- Мы были на дне рождения, - рассказывает мама малыша Наталья Рымарчук. - Естественно, Арсен там выпил, но был только слегка пьян. Я вернулась домой первой, а ему надо было еще куда-то зайти. Оттуда он вернулся очень пьяным. К нам пришел его друг Леша. В это время сын Шамиль заплакал, я взяла его на руки, и ребенок сразу же успокоился. Это не понравилось мужу, и он меня упрекнул в том, что я приучила ребенка к рукам. А потом попросил Лешу выйти, чтобы поговорить со мной. Через минуту он уже об этом забыл. Шамиль снова заплакал, и тогда Арсен стал бить его руками по щекам. Затем на какое-то мгновение успокоился, лег с ним рядом и спокойно сказал: «Вот что делает водка». Я думала, что он уже успокоился. Но он снова стал бить Шамиля. У сына потекла кровь. Я понимала, что ребенку надо срочно помочь, но Арсен меня и к нему не подпускал, и комнату закрыл на ключ, чтобы я не смогла выйти. Я пошла на хитрость: сказала, что мне нужно принести воды, чтобы умыть ребенка, а сама быстренько выскочила на улицу. На втором этаже живет моя тетя Лена, к ней я и побежала за помощью. Но ее не было дома, и я выскочила на улицу.

- Около восьми часов вечера Наташа меня встретила на выходе из продуктовой палатки, - рассказывает тетя Лена. - Она была заплакана. А с другой стороны бежала встревоженная дочь. Я так и поняла, что что-то случилось. Мне говорили, что Арсен пришел выпивший. Значит, могли и поругаться и даже подраться. Наташа рассказала, что Арсен избил ребенка. Она попросила меня, чтобы я срочно вызвала врачей или милицию и зашла к ним забрать Шамиля. Я передала продукты соседке, оказавшейся рядом, а сама побежала к телефону. После этого заскочила к Наташе в комнату. Ребенок лежал в кроватке, а рядом сидел Арсен в обнимку с соседкой. У той есть мобильный телефон, она видела, в каком состоянии Шамиль, но даже попытки не сделала вызвать врачей.

- Звонок на «скорую» поступил около восьми вечера, - вспоминает фельдшер Галина Ивановна Еремеева. - Сказали, что пострадал младенец. Мы тут же выехали и уже через несколько минут были в поселке. Возле здания барачного типа нас встретила толпа женщин. Они кричали, что убили маленького ребенка. И, насколько я поняла, они боялись даже заходить в комнату, где все случилось. Я вошла. Меня встретил молодой человек, назвавшийся отцом. Я спросила, что с ребенком, а он встал передо мной и не дает пройти к кроватке. Говорит, не трогайте малыша, он спит. В комнате действительно было тихо, малыш лежал в кроватке с закрытыми глазами, и только большой синяк на щечке говорил о том, что не все в порядке. Кроме того, меня поразило дыхание малыша: оно было нетипичным для спящего ребенка, каким-то прерывистым. Об этом и сказала молодому человеку и предупредила, что все равно должна осмотреть мальчика. Меня поразило еще и то, что обычно дети плачут, когда их осматриваешь, а этот лежал тихо-тихо. Я заметила, что из ротика у него струйкой бежит кровь. Осмотрела небо и увидела там ранку. Я сказала, что ребенка должен осмотреть врач и что его надо срочно увезти. Но этот папаша был такой возбужденный, агрессивный... У меня даже возникла мысль, что он и на меня может напасть. Я спросила, отчего у ребенка кровь и синяк, парень ответил, что несколько раз, играя, подкинул малыша и бросил на кровать. Доехали мы до Калининграда быстро. Включили сирену, и через двадцать минут уже были в детской больнице. В травмпункте мальчика осмотрела травматолог и отправила в приемное отделение.

Шамиля Рымарчука срочно госпитализировали в реанимационное отделение ДОБ. 24 апреля ему исполнился только месяц. Здоровенький бутуз, как называет его родня, сейчас находится между жизнью и смертью. После полученных травм, несовместимых с жизнью, он так и не пришел в сознание. У него перелом костей черепа, за него дышит аппарат.

- Главврач сказал, что если ребенок выживет, он будет инвалидом, - продолжает Лена. - Левое полушарие мозга синее, там запеченная кровь.

Сначала врачи говорили об операции. Наташа предположила, что Шамилю стало лучше, и поехала давать согласие на операцию. Но…

- Я приехала в больницу для того, чтобы подписать документ – разрешение на операцию. Врач мне рассказал о последствиях, и я решила: сколько суждено Шамилю жить, пусть так и будет. Операцию сыну делать не будут.

- В отношении отца ребенка, которым он, кстати, в свидетельстве о рождении не значится, возбуждено уголовное дело по ст. 111 ч. 2, – говорит прокурор Багратионовского р-на Юрий Орлов. – Но если с ребенком произойдет непоправимое, мы ее переквалифицируем на 105-ю – «Убийство». Так как у молодого человека не было никаких документов, мы сделали запрос на его родину в Дагестан. Оттуда пришел ответ, что ему 28 лет, холост, четырежды судим за кражи. В последний раз в 2001 году. Так как судимости не погашены, это будет учтено при вынесении приговора.

У Арсена была любимая игра с сыном: класть ребенка на подушечку и подкидывать. Родные пытались его образумить: так поступать нельзя, Шамиль еще маленький, у него вместо костей хрящики. Но Арсен всегда возражал, что его сын обязательно вырастет джигитом и никогда не будет плакать. Плач маленького ребенка особенно раздражал папашу.

Наташа ездит к малышу каждый день и всякий раз, переступая порог реанимации, боится услышать от врачей самое страшное…
Источник: Янтарный караван

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.