Взрывные майоры: как полиция фабрикует дела о торговле порохом и гранатами

Фото — Виталий Невар, «Новый Калининград»
Все новости по теме: Полиция

В Калининградской области два майора полиции на протяжении года фабриковали уголовные дела против местных жителей. Их жертвами становились бездомные и граждане, ведущие асоциальный образ жизни. Кому-то полицейские подбрасывали гранаты и взрывчатые вещества, в каких-то случаях оперативники делали закладки с боеприпасами в городе — а потом с помощью сообщников подталкивали жертв к сбыту боеприпасов. От действий полиции пострадали одиннадцать человек, некоторые из этих людей получили реальные сроки. Корреспондент «Нового Калининграда» на примере уголовного дела майоров Сергея Макарова и Антона Ярошенко рассказывает, как в калининградской полиции функционировала система искусственного создания преступлений ради улучшения статистики.

13 сентября 2017 года в отделе полиции Светлого, небольшого городка на берегу Калининградского залива, появилась невысокая женщина с двумя большими спортивными сумками. В них лежало почти 10 килограммов смеси тротила и гексогена и 30 кило бездымного пороха. Позже эксперты из полиции придут к выводу, что при наличии детонатора все это можно было использовать для «производства взрыва».

Женщину звали Елена Распутина. Взрывчатые вещества она собиралась сдать полицейским в рамках госпрограммы «Безопасность», которая предусматривает выплату денежной компенсации. Распутина рассказала полицейским историю про своего сожителя по фамилии Дедушкин, который занимался раскопками в местах боевых сражений, где и находил большое количество боеприпасов. Дедушкин умер в 2016-м, но за год до смерти, по словам Распутиной, показал ей схрон с взрывчатыми веществами: они были спрятаны неподалеку от воинской части в лесополосе под Светлым. Узнав о существовании программы, по которой дают деньги за добровольную выдачу боеприпасов, Распутина, по ее словам, приехала в лес и под куском шифера обнаружила порох и гексоген.

В тот же день на место предполагаемого схрона выехали сапер, кинолог с собакой и оперуполномоченный из местного отдела полиции. Собака никаких следов взрывчатых веществ не учуяла. По воспоминаниями кинолога, на улице к тому времени уже стемнело и шел дождь, но это не должно было помешать псу обнаружить следы взрывоопасных веществ — если бы они реально находились в том месте, куда привела правоохранителей Распутина. Через некоторое время она снова приехала в отдел полиции Светлого — чтобы передать бумаги с реквизитами банковского счета для перевода причитающейся ей компенсации — чуть более 300 тысяч рублей.

Вскоре окажется, что история, изложенная Еленой Распутиной, на самом деле была выдумкой. Сумки с взрывчатыми веществами ей в действительности передал майор полиции Сергей Макаров — сотрудник регионального управления уголовного розыска, специализирующийся на преступлениях, связанных с незаконным оборотом оружия. Он же помог Распутиной донести взрывчатые вещества до отдела полиции в Светлом. Подвез их туда коллега Макарова, старший оперуполномоченный Антон Ярошенко. Дедушкин, видимо, реально существовал и, скорее всего, действительно был «черным копателем», но с Распутиной они вместе никогда не жили, и более того — даже не были знакомы.

Спустя два месяца Макарова и Ярошенко, сочинивших для Распутиной легенду про сожителя, искавшего снаряды в земле, задержат сотрудники ФСБ. Выяснится, что на протяжении 2017 года оба полицейских имитировали преступления и фабриковали уголовные дела против жителей Калининградской области. Своих жертв они находили среди бездомных и граждан, ведущих асоциальный образ жизни. Полицейские подбрасывали им патроны и взрывчатые вещества, делали закладки с гранатами и взрывными устройствами в Калининграде — а потом с помощью сообщников подталкивали жертв к сбыту боеприпасов. От действий оперативников уголовного розыска пострадали одиннадцать человек, некоторые из них получили реальные сроки. Объясняя свои мотивы, полицейские заявили, что пошли на преступления из-за начальства, которое требовало от них высоких показателей раскрываемости.

2019-07-17 16.55.28.jpg

Случай в садовом обществе

Однажды летним июньским вечером 2017 года к живущему в СНТ «Мичуринец» на улице Невского Саулюсу Неймантасу постучалась женщина. Незнакомка интересовалась покупкой недвижимости и земли в садовом сообществе. После непродолжительного разговора женщина ушла. А на следующий день к Неймантасу приехали полицейские.

Незадолго до этого мужчина вышел на свободу — и поселился в небольшом дачном домике после года отсидки за кражу велосипеда. Но теперь полицейские подозревали его в другом, речь шла о хранении боеприпасов времен Великой Отечественной войны. Как позже рассказывал следователю из СК Неймантас (у «Нового Калининграда» есть материалы дела, включая показания потерпевших и обвиняемых), это стало для него большой неожиданностью, поскольку ничего подобного он никогда не хранил. Тем не менее и в самом дачном домике, и на территории участка полицейские обнаружили три 37-миллиметровые осколочно-трассирующие гранаты, два бронебойно-трассирующих снаряда, один осколочно-трассирующий снаряд для авиационных пушек и одну советскую осколочно-наступательную гранату РГ-42 без взрывателя. Всем этим нельзя было немедленно воспользоваться, но боеприпасы легко могли взорваться при нагреве или подрыве с помощью детонатора.

Откуда все это появилось у него в доме, Неймантас не знал. Однако в отделе полиции, куда он был доставлен после задержания, его заставили признать вину. Допрашивал задержанного майор Антон Ярошенко — старший оперуполномоченный 3-го отделения 6-го отдела Управления уголовного розыска УМВД России по Калининградской области. Сам мужчина рассказывал следователю, что в то время злоупотреблял спиртным и почти без сопротивления подписал все документы, составленные Ярошенко.

В 6-й отдел Антон Ярошенко перешел в июле 2016 года, ему тогда было 30 лет. Молодому майору, назначенному на должность старшего оперуполномоченного, поручили заниматься всем, что связано с незаконным оборотом оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ.

Саулюс Неймантас не лгал, когда говорил, что не понимает, как на его участке оказались гранаты времен Великой Отечественной войны. На самом деле их туда подбросил Антон Ярошенко. Майор хорошо знал Неймантаса еще со времен работы в оперативно-сыскном отделении, когда привлекал его к уголовной ответственности за имущественные преступления. Вместе с Макаровым они вычислили, где тот живет, а потом Ярошенко привез туда боеприпасы, впоследствии обнаруженные полицией.

Пока Ярошенко закладывал гранаты на даче, его напарник Сергей Макаров следил за тем, чтобы никто случайно не стал свидетелем преступления. Полицейские не подозревали, что к тому времени за ними уже несколько месяцев вели слежку сотрудники регионального управления ФСБ, а телефоны подельников прослушивались.

Неожиданный визит к Неймантасу женщины, заинтересовавшейся недвижимостью в «Мичуринце», тоже был частью плана Ярошенко и Макарова. Этой женщиной была Елена Распутина, уже несколько месяцев помогавшая полицейским возбуждать уголовные дела против бездомных. Как рассказывал в своих показаниях Ярошенко, Распутина должна была прийти к Неймантасу, а потом позвонить в дежурную часть и сказать, что заметила на дачном участке ржавые предметы, похожие на боеприпасы. Так она и поступила. Слова, которые Распутина должна была сообщить полицейским по телефону, Ярошенко записал ей в блокнот.

_NV_5855.jpg

Выбери того, кто больше поведется

«Когда встречаешь полицейского — надо бежать от него подальше», — говорила в суде Распутина, помогавшая  Антону Ярошенко склонять бездомных к сбыту патронов, пороха и гранат. Она считает, что полицейский ее использовал.

По рассказу Распутиной, с полицейским она познакомилась в феврале 2017 года. Распутина тогда в одиночку воспитывала сына от первого брака. В Антоне Ярошенко женщина, по ее словам, видела «мужественного мужчину, на которого можно положиться», они стали любовниками. Ярошенко сначала почему-то представился ей адвокатом, но потом признался, что он полицейский, а вскоре попросил у нее помощи в одном деле. К тому времени отношения между ним Распутиной стали настолько близкими, что Ярошенко даже стал забирать ее ребенка из школы, а внука — из детского сада.

Дело, посодействовать в котором Елену Распутину просил полицейский, по его словам, касалось «черного копателя», которого он якобы давно выследил и которого теперь осталось только задержать. Это было в конце апреля 2017 года. Отказать Ярошенко женщина не смогла. Он убедил Распутину, что без ее помощи преступника поймать не получится.

Елене Распутиной предлагалось выступить закупщиком боеприпасов в рамках оперативных мероприятий, которые проводили Ярошенко и Макаров. Накануне женщина растянула ногу, ей наложили гипс, но Ярошенко сказал, что Распутиной ходить особенно не придется. Распутину, которая была на костылях, полицейский высадил у автобусного кольца на ул. Катина. Следуя инструкции Ярошенко, женщина подошла к уже дожидавшемуся ее человеку. Он достал из рюкзака гранату и несколько патронов, сказав, что хочет за все 1500 рублей. Распутина объяснила, что сейчас снимет деньги с карты и вернется, а сама подошла к стоящему наряду ДПС и рассказала, что ей только что предлагали купить гранату.

Присутствие неподалеку сотрудников ГИБДД было заранее спланировано Ярошенко и Макаровым, хотя гаишники об этом и не догадывались. Эта была стандартная схема: Ярошенко с Макаровым делали так, чтобы задержание спровоцированных ими «преступников» проводили не они, но на основе их оперативной информации. Так полицейские рассчитывали отвести от себя возможные подозрения о фальсификации преступлений.

Помимо Распутиной у «оперов» был еще один помощник. Старый знакомый Сергея Макарова по прозвищу Капсуль. Полицейские описывали его как человека с бельмом на глазу. Реальное имя Капсуля — Алексей Голев, он действительно время от времени занимался раскопками в местах сражений Великой Отечественной войны и был хорошо известен полицейским. Когда коллеги Макарова и Ярошенко давали показания следователю, они рассказывали, что часто видели человека с бельмом на глазу в районе здания управления уголовного розыска на ул. Невского.

Именно Голев в конце апреля привел на автобусное кольцо одну из жертв, жителя Калининграда Артураса Петраускаса, и указал на Елену Распутину как на женщину, которая готова купить у него боеприпасы. Гранату Голеву накануне передали Макаров и Ярошенко. С марта 2017 года по их заданию он подыскивал для полицейских сильно пьющих, как правило, безработных и бездомных людей, которых можно было бы подставить. За это он получал небольшие деньги — от 500 до 1000 рублей. В случае с Петраускасом события развивались так: мужчины устроили небольшое застолье в квартире будущей жертвы провокации, а когда спиртное закончилось, Голев сказал, что у него есть граната, которую можно продать. Хозяин квартиры согласился — и на следующий день был задержан.

Когда Капсуль не смог найти очередную жертву для Ярошенко и Макарова, то стал жертвой сам. Голева задержали за хранение гранаты, которую он получил от своих приятелей-оперуполномоченных.

В скором времени подобную роль в схемах Ярошенко и Макарова стала играть и Елена Распутина. Во время ее допроса в суде она вспоминала, как Ярошенко объяснял ей, что «поймать преступников» будет проще, поскольку женщинам те доверяют большем, чем мужчинам. Полицейский, по ее словам, утверждал, что ничего противозаконного в ее «помощи» нет.

Иногда Антон Ярошенко ставил на свой автомобиль шашки такси и ездил с Распутиной по городу в поисках бездомных людей. Как вспоминала Распутина, как-то он остановился возле торгового центра и сказал ей: «Выбери того, кто больше на тебя поведется». Женщина заводила разговоры с бездомными, предлагала им выпить, а потом уходила с одним из них в место, на которое указывал Ярошенко. Там они продолжали пить и как бы случайно находили гранаты, патроны для АК-47 и порох, которые заранее закладывали полицейские. Боеприпасы, например, могли лежать в пакете с пивом у дерева, в покрышке или возле мусорного контейнера. Распутина убеждала своего собеседника в том, что найденными предметами можно «глушить рыбу» и сводила с подставным закупщиком.

5X6A6752.jpg

По палке в неделю

Майор Сергей Макаров давно увлекался коллекционированием. В свободное от работы время он иногда приезжал в окрестности замка Бальга в Багратионовском районе, где искал какую-нибудь интересную амуницию, оставшуюся там после ожесточенных боев времен Великой Отечественной войны. Бальга всегда привлекала «черных копателей». В декабре 2018 года один из них погиб у замка при взрыве снаряда.

Часть боеприпасов, которые Макаров находил у замка, потом попадала в искусственно создаваемый полицейскими незаконный оборот и фигурировала в сфабрикованных уголовных делах. Схему с имитацией преступлений и их последующим раскрытием Макаров и Ярошенко решили протестировать весной 2017 года. «Вся нормальная [оперативная] информация к марту 2017 года иссякла», — говорит Сергей Макаров, давший интервью «Новому Калининграду» незадолго до оглашения приговора по своему делу.

В 3-е отделение 6-го отдела уголовного розыска Сергей Макаров попал в апреле 2014 года. До этого он служил оперуполномоченным в Багратионовском районе — занимался расследованием краж и убийств. За 23 года службы в системе МВД Макаров заработал репутацию хорошего полицейского, не замешанного в чем-то противозаконном. В нулевых он участвовал в контртеррористических операциях на Северном Кавказе — и вернулся оттуда ветераном боевых действий. Затем последовала работа в Калининграде. Как утверждает адвокат и бывший сослуживец Макарова Ростислав Куликов, его подзащитный приложил руку к «зачистке от криминала» Балтрайона (сейчас Московский).

Следователи из СК, когда-то пересекавшиеся с Макаровым по работе еще в Багратионовском районе, рассказывали «Новому Калининграду», что он действительно проявлял себя как классный полицейский. Все поменялось после его очередного перевода в Калининград — теперь уже в Управление уголовного розыска регионального УМВД.

«Руководство стало требовать выдачу палок. Одну в неделю минимум, — рассказывал Макаров. — Начальник говорил: нужен результат, что хотите то и делайте».

6-й отдел тогда возглавлял Андрей Адамян. Давая показания по делу (в распоряжении «Нового Калининграда» имеется копия обвинительного заключения), Адамян рассказывал, что на самом деле для отделения, в котором работали Макаров и Ярошенко, необходимо было раскрывать не меньше четырех преступлений в месяц. При этом Адамян утверждал, что это требование было условным и конкретных задач перед отделением якобы не ставилось. По его словам, конкретная цифра по минимальному раскрытию преступлений могла быть озвучена, но носила «рекомендательный характер». Он также говорил, что руководство уголовного розыска не требовало раскрывать преступления, связанные с незаконным оборотом оружия любой ценой. И Ярошенко, и Макаров, по его словам, не были образцовыми сотрудниками. Сомнений и подозрений по поводу регулярных задержаний бездомных людей с гранатами у Адамяна не было. Глубоко в оперативную работу Сергея Макарова и Антона Ярошенко начальник 6-го отдела, по его словам, не вникал.

И Ростислав Куликов, и его подзащитный Сергей Макаров считают, что Адамян лукавит насчет безразличия к показателям раскрываемости. По словам адвоката, в соответствии с ведомственными приказами, в МВД с повышенным вниманием относятся к 222 статье УК РФ (Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов) и требуют постоянного улучшения статистики. «Я руководству говорил, что патроны — не грибы, их на рынке купить невозможно. А для качественной оперативной разработки нужны месяцы», — сказал 43-летний полицейский. Столько времени никто Макарову не давал, а отсутствие раскрытых преступлений влекло за собой «моральное давление» со стороны руководства. По словам майора, его стали нагружать бесконечными дежурствами и придираться к заполнению бумаг.

Макаров рассказывает, что его и Антона Ярошенко в уголовном розыске считали «нищебродами» — из-за того, что они всегда ходили в потертых джинсах и ездили на самых дешевых автомобилях. Майор объясняет, что уйти из МВД и прекратить занимается имитацией преступлений он не мог из-за тяжелого финансового положения. На нем висели кредиты, а приставы регулярно блокировали зарплатную карту из-за долгов. В базе судебных приставов действительно есть данные о нескольких исполнительных производствах, возбужденных в отношении Макарова из-за невыплаты кредита. «Денег катастрофически не хватало», — пожаловался майор, живший вместе с женой и пятью детьми в служебной квартире в поселке Луговое.

На вопрос, почему полицейские не остановились и не прекратили подставлять людей, Макаров ответил: «Когда я увидел, что человек с подачи наших людей таскает взрывчатку, было жалко [потерпевшего]. Подумал, что, наверное, выпить захотел. Потом второй, третий. Мне стало искренне интересно, сколько в нашей области людей готово взрывчатку за деньги носить. За какие-то 500 рублей. Они же на детскую площадку гранаты таскали, на остановки. Да, мы воспользовались бедственным, тяжелым положением людей, но никто угрозами не заставлял их продавать боеприпасы». Майор считает, что как минимум в хранении потерпевшие все же виноваты. Впрочем и сам он не оправдывается: «Я это совершал, я за это должен ответить».

Сергея Макарова задержали утром 9 ноября 2017 года в его квартире. Во время обыска сотрудники ФСБ у изъяли часть карабина «Маузер» и несколько редких охотничьих патронов. Первые дни после задержания Макаров вспоминает так: «Сначала растерянность, а после — ощущение того, что возмездие неизбежно».

2019-07-17 16.54.06.jpg

Реальные сроки

Сурен Акопов несколько дней в конце августа 2017 года ночевал под новым эстакадным мостом на Московском проспекте. Однажды утром 1 сентября он напился и уснул. Когда проснулся, то увидел возле себя опрятно одетую женщину. Акопов позже рассказывал следователю, что женщина спросила, где тут можно сходить в туалет. Акопов указал на одну из опор и пообещал посмотреть, чтобы за ней никто не наблюдал. Как вспоминал мужчина, когда женщина зашла за опору, было слышно, что она с кем-то говорит по телефону. Вернувшись, она предложила Акопову выпить — и достала из рюкзака бутылку вина. Сама незнакомка к алкоголю не притронулась, а Акопов, опустошив бутылку, отключился.

Следователю Антон Ярошенко позже рассказывал, что давно заметил бездомного под мостом. Когда тот спал, майор сделал рядом с ним закладку с трубчатым порохом, чтобы потом возбудить против бездомного уголовное дело. Женщиной, предложившей Акопову вина, оказалась Елена Распутина. Вскоре Ярошенко под видом таксиста приехал за обоими и повез их в поселок Малое Васильково, где на мини-рынке должны были ждать подставные закупщики. Это были жители СНТ «Мичуринец», куда Ярошенко как-то уже подбрасывал боеприпасы. По словам одной из свидетельниц, допрошенных следователем из СК, в какой-то момент чуть ли не половина жителей этого садового общества стали регулярно ездить с полицейским на задержания и участвовать в розыскных мероприятиях. Иногда в качестве понятых, а иногда — как закупщики.

В Малом Васильково Распутина сопроводила Акопова до подставных закупщиков и тут же позвонила полицейским, сказав, что она стала свидетельницей сбыта боеприпасов. Как и планировали Ярошенко с Макаровым, который в это время находился поблизости и, как обычно, следил за тем, чтобы инсценировка не сорвалась.

Всего этого Сурен Акопов не помнил. Он пришел в себя уже в отделе полиции Гурьевска, где ему заявили, что его задержали за хранение и сбыт боеприпасов. Помимо трубчатого пороха у Акопова изъяли гранату РГ-42 без взрывателя и снаряд для зенитной пушки. Суд в итоге приговорил Акопова к 10 месяцам лишения свободы и штрафу в 6 тыс. рублей.

Еще одним человеком, получившим реальный срок, стал бездомный Владимир Марченко. Это случилось после его знакомства с Капсулем. Мужчины пили водку на Пелавском озере. Голев уже по отработанной схеме нашел закладку с патронами, которую оставили полицейские, и предложил их продать. Когда Марченко отказался, Голев сказал, что решит вопрос сам. На такси, за рулем которого сидел Антон Ярошенко, они отправились в Нивенское. Пока Голев якобы расплачивался с таксистом, Марченко пошел с патронами к незнакомцу. Через некоторые время его задержали полицейские. Марченко предъявили обвинение в сбыте боеприпасов, а суд приговорил его 4 месяцам и 5 дням лишения свободы.

Дознаватель Ирина Пескова, которая разбиралась в уголовных делах пяти человек, к задержанию которых оказались причастны Макаров и Ярошенко, говорила следователю на допросе, что некоторые случаи вызывали у нее подозрения. Однако, по ее словам, все задержанные признавали вину и не отказывались от своих показаний.

Когда Елена Распутина начала понимать, во что ее втянул Антон Ярошенко, и решила отказаться от дальнейшего участия в провокациях, полицейский стал ей угрожать. По ее словам, Ярошенко якобы анонимно звонил в школу, где учится ее ребенок, и заявлял, что она — «наркоманка». Во всяком случае, так женщина говорила во время допроса в суде. Ярошенко, по ее словам, часто напоминал ей о судимости (в июле 2016 года Распутину приговорили к к условному сроку за продажу марихуаны) и пообещал, что условный срок «может превратиться в реальный». На вопрос судьи, почему она не пожаловалась в правоохранительные органы после угроз полицейского, Распутина ответила: «Я его боялась».

_NVV6270.jpg

Так в России делают повсюду

Антона Ярошенко и Сергея Макарова арестовали в День полиции, 10 ноября. Защите Макарова удалось добиться для него домашнего ареста, Ярошенко, несмотря на досудебное соглашение, весь срок предварительного расследования в провел в СИЗО.

Доказательств у ФСБ было достаточно. Еще в марте 2017 года за Ярошенко и Макаровым начали слежку: все их действия снимали, телефоны прослушивали. Данные биллингов указывали на то, что Антон Ярошенко и Макаров практически всегда находились в местах, куда закладывали или подбрасывали гранаты и взрывчатку. Как сотрудники ФСБ узнали о том, что Ярошенко и Макаров подставляют бездомных, доподлинно неизвестно. В материалах дела говорилось, что это была оперативная информация одного из них. По данным источника «Нового Калининграда», о делах, которые проворачивает Ярошенко, сотруднику ФСБ стало известно из разговоров постояльцев ночлежки, где проживали бездомные. Один из них жаловался своему приятелю на Ярошенко, который якобы подставил его с патронами, возбудив уголовное дело.

По мнению адвоката Ростислава Куликова, защищавшего Макарова, действия ФСБ были несколько странными: полицейских можно было бы задержать гораздо раньше, не дожидаясь, когда некоторых бездомных посадят в колонию по сфабрикованным уголовными делам. В финальной редакции обвинения следователи из СК указывали, что все те люди, к задержанию которых были причастны Макаров и Ярошенко, не совершали никаких преступлений, и преследовать их оперуполномоченные не имели права. Расследование дела против полицейских длилось почти год.

Сергея Макарова обвинили в восьми эпизодах превышения должностных полномочий (часть 3 статьи 286 УК РФ) и в таком же количестве эпизодов незаконного хранения боеприпасов (часть 1 статьи 222.1 УК РФ). Его напарнику Антону Ярошенко вменяли 14 эпизодов превышения должностных полномочий (часть 3 статьи 286 УК РФ) и 12 эпизодов незаконного хранения боеприпасов (часть 1 статьи 222.1 УК РФ).

«Так вообще-то в России повсюду делают», — говорил «Новому Калининграду» Сергей Макаров незадолго до вынесения приговора. На прениях гособвинитель запросила для него 5 лет лишения свободы.

Елену Распутину и Алексея Голева по кличке Капсуль обвинили в пособничестве. Все четверо подсудимых признали свою вину. Дело Антона Ярошенко слушалось отдельно. Еще весной 2019 года его приговорили к 5,5 годам лишения свободы, но в апелляции суд снизил срок до 4 лет.

Суд над остальными длился пять месяцев с ноября 2018 года. Елену Распутину приговорили к 3 годам и 4 месяцам лишения свободы, но дали отсрочку исполнения наказания до 2024 года, когда ее сыну исполнится 14 лет. Распутина во время прений просила не лишать ее свободы, потому что она ждет еще одного ребенка. Сергей Макаров, смирившийся с тем, что ему все же придется сеть в колонию, просил только об одном — не лишать его звания майора. Обращаясь к судье, он говорил, что в противном случае останется без пенсии — а это может быть критично для его семьи, в которой воспитывается пятеро детей. Суд в итоге прислушался к защите и приговорил Макаров к 3,5 годам колонии, не став лишать звания майора. Еще одному фигуранту — Алексею Голеву — тоже назначили реальный срок, но с учетом времени, проведенного под стражей, освободили в зале суда.

Бездомные люди, ставшие жертвами сфабрикованных Антоном Ярошенко и Сергеем Макаровым дел, никогда не пытались обжаловать уголовное преследование. Один из них — Сергей Петряшин — умер за полгода до того, как полицейским вынесли приговор.


Текст — Олег Зурман, Фото — Виталий Невар, Алексей Милованов, «Новый Калининград»



Комментарии к новости

prealoader
prealoader

Кремль и большой предмет

Замглавного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, что происходит, когда власти пытаются бить гражданское общество.