«Легче всего все закрыть»: настоятель храма в Янтарном о православном слете

Фото — Алексей Милованов, «Новый Калининград»
Все новости по теме: РПЦ

В поселке Янтарном на территории православного храма Казанской Иконы Божьей матери на протяжении нескольких лет проводят слеты для детей. В конце прошлой недели туда пришли с проверкой. В межведомственную комиссию вошла представитель Общественной палаты Калининградской области Наталья Макаренко, которая раскритиковала условия организации отдыха. В правительстве заявили, что от Калининградской епархии РПЦ потребовали устранить нарушения. «Новый Калининград» поговорил с настоятелем храма протоиереем Виктором Куркиным о сложившейся ситуации.

— Как вы в целом относитесь к озвученным претензиями?

— Вы знаете, я скажу так: претензии — это нормальное явление, и их надо воспринимать. И если есть какие-то недостатки (а со стороны они, конечно, лучше видны), то будем их устранять.

— А эти недостатки действительно есть?

— Я вот сейчас с вами разговариваю, смотрю на территорию, ну лежит камушек какой-то. Каких-то гор мусора я не вижу.

— То есть заявления Натальи Макаренко из Общественной палаты об антисанитарии и беспорядке преувеличены?

— В момент проверки я был в Москве, а это же епархиальное мероприятие. Может быть, вовремя какую-то одноразовую посуду не унесли на утилизацию.

— При проверке выяснилось, что на слете существовали какие-то вопросы к питанию и меню. Что с ним не так?

— Меню согласовываем мы сами. Вот сейчас вы пойдете с ребенком в кафе, например. С кем вы будете меню согласовывать, с правительством? Детей собирают [на слет] родители, и они же решают с организаторами, как будут питаться их дети. Это наш внутренний распорядок. Я понимаю, если бы организовывали какие-то массовые мероприятия, тогда — другое дело. А это слет. Я вот на море бутерброды, например, беру, когда со своими детьми туда еду.

— Опять же Наталья Макаренко утверждает, что якобы в комнатах площадью 25-30 квадратных метров живут по 16-18 человек. Это так?

— Я сейчас специально зайду в один корпус. Тут 10 коек на помещение в 60 квадратных метров. Всего у нас два больших корпуса, в которые можно спокойно разместить 50 человек. Я сам когда-то в детстве был в пионерлагерях. Вот там условия намного хуже. Здесь места предостаточно.

— А в комнатах свет есть?

— Нет. Но территория слета хорошо освещена.

— Как так вышло, что на территорию слета может попасть любой человек? Это сочли нарушением требований безопасности.

— Смотрите, у нас территория храма огорожена. К тому же у нас есть охрана. Они спрашивают, куда идет человек. Если в храм — то его пропускают, если человеку нужно на территорию детского лагеря, то, конечно, у него спрашивают, что ему там нужно. Сама территория слета огорожена сигнальной лентой. Это же не концлагерь, чтобы мы детей загнали сюда и не выпускали. У нас же дети к морю прогуливаются, экскурсии проводятся для них. Это не должно быть тюрьмой.

— А кто обычно приезжает на эти слеты?

— Дети из разных храмов (имеется в виду из воскресных школ при церкви - прим. ред.). В епархию подают заявки из разных храмов. Сами родители просят, чтобы мы проводили такие мероприятия, чтобы дети не были брошены. У меня самого многодетная семья, и я бы не хотел, чтобы мой сын бесцельно болтался на улице, пока я на работе. Для детей здесь проводят экскурсии, они готовят спектакли, концерты. А у нас есть различные тематические мероприятия, игры и познавательные беседы. Это просят сами прихожане, чтобы мы проводили что-то для детей.

— Как много детей в этом году посетили лагерь?

— Человек сто. Некоторые родители привозили детей на машинах сюда на день, а потом вечером забирали. Даже мои прихожане с Янтарного говорят: батюшка, можно мы внука или внучку приведем, а вечером заберем.

Нам помощь нужна. Эти общественные организации должны, наверное, помогать нам как-то. Или это [общественная палата] просто орган, который выискивает недостатки? Общественная организация — это все-таки тот орган, который должен содействовать во всем. Пришли бы и предложили свою помощь. Хотя, может, я и не прав. Ведь легче всего все закрыть.

— Насколько я понимаю, так радикально никто не предлагал решить проблему с нарушениями и о закрытии слета разговоров нет

— У некоторых людей есть. Вы знаете, у нас в стране разные мнения: одни хотят строить, а другие хотят только ломать. Всегда есть люди всем недовольные.

— В связи с этой проверкой какие меры собирается принимать епархия?

— Раз есть нормы и мы их не можем нарушать, значить будем ограничивать число отдыхающих детей. Например, вместо ста будем принимать за лето десять человек. Остальное обеспечит Наталья [Макаренко]. Я шучу, конечно. Я ее лично не видел, но с удовольствием с ней бы поговорил.


Текст — Олег Зурман, «Новый Калининград»



Комментарии к новости

prealoader
prealoader

Кремль и большой предмет

Замглавного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, что происходит, когда власти пытаются бить гражданское общество.