Апелляция и тест на COVID-19: что нового в истории осужденной в США Богданы Осиповой

Все новости по теме: Семья

Уроженка Калининградской области 39-летняя Богдана Осипова три года находится в американской тюрьме. Многодетную мать осудили на семь лет лишения свободы за похищение собственных детей и вымогательство. В США уже начались судебные слушания по рассмотрению апелляционной жалобы на приговор. Адвокат экс-супруга россиянки Брайана Мобли считает, что у нее все еще есть шанс сейчас выйти на свободу при условии заключения мирового соглашения. Защита Осиповой не уверена, что данный «пакт» как-либо повлияет на развитие событий. «Новый Калининград» узнал, что нового в истории этого международно-семейного конфликта.

Богдана Осипова в настоящее время содержится в тюрьме города Данбери (штат Коннектикут), где также отбывает наказание российский летчик Константин Ярошенко. В середине апреля 2020 года сотрудники генконсульства РФ в Нью-Йорке запросили у руководства тюрьмы информацию о распространении в данном учреждении коронавируса, поскольку у Ярошенко «появились симптомы» COVID-19.

Спустя пару недель посольство России в США направило в Госдепартамент ноту с требованием провести тест на COVID-19 и не допустить заражения коронавирусом Осиповой, которую на тот момент в числе других заключенных отправили на карантин.

Как рассказала «Новому Калининграду» родственница осужденной россиянки Елена Полякова, в настоящее время Осипова чувствует себя нормально, но так как она часто болела бронхитами, то находится в группе риска. «В тюрьме коронавирус гуляет. А у них камеры по 160 человек — условия содержания ужасные. Как-то Богдану в числе других 30-ти человек на кухню переселили [на карантин] — бросили на голые раскладушки без постельного белья, без полотенец и мыла. Они через полторы недели ушли оттуда обратно к себе в корпус», — говорит Полякова.

Еще в марте родственники Осиповой обращались к американским властям с просьбой о ее переводе под домашний арест в связи с пандемией коронавируса. Положительного решения не последовало, однако, по словам Поляковой, близкие продолжают надеяться: «Там уже начали выпускать других заключенных, у которых гораздо большие сроки. Но вот ее и Константина Ярошенко, то есть двоих русских, — нет. Муж моей сестры сейчас в Нью-Йорке ждет Богдану. Мы очень надеемся, что ее под домашний арест выпустят. Ведь основной срок, три года за киднеппинг, она уже отсидела. А еще год ей за хорошее поведение срезали, как она говорила», — отмечает Полякова.

В апреле 2020 года истек срок наказания, вынесенный Осиповой по обвинению в киднеппинге. В мае в США началось судебное заседание по апелляционной жалобе на приговор суда по пунктам обвинения, связанным с вымогательством. По словам Поляковой, первое слушание состоялось 5 мая, а остальные перенесли из-за пандемии на июнь. На вопрос «Нового Калининграда», как защита оценивает шансы, что суд апелляционной инстанции примет решение в пользу Осиповой, калининградский адвокат семьи Иван Кузнецов ответил: «Сложный вопрос. Мы просто очень сильно надеемся на эту апелляцию».

При этом адвокат, представляющий интересы американского экс-супруга россиянки, Алексей Волосюк, озвучил очень пессимистичный прогноз: «Уверен, это просто выкинутые деньги. Думаю, что они и сами понимают, что на 99% все это останется без результата».

Адвокат Брайана Мобли полагает, что у Осиповой все же есть шанс выйти на свободу в ближайшее время. Американец вновь предлагает экс-супруге заключить мировое соглашение, согласно которому опека над детьми полностью переходит матери, но у отца тоже будет право участвовать в их воспитании. Если Осипова «пойдет на контакт», уверяет адвокат, то Мобли напишет прошение о помиловании: «У них в праве это называется „pardon“. Брайан должен ходатайствовать, чтобы Богдану отпустили, и вполне реально, что она сможет выйти на свободу уже в этом году», — поясняет Волосюк.

Во время суда над россиянкой и после вынесения приговора американская сторона конфликта уже заявляла о подобном соглашении, но тогда предлагались более жесткие условия договора, которые подразумевали обязательное возвращение детей в США. «Брайан уже сам устал от этой ситуации — Богдана в тюрьме, но детей он так и не видит. В проигрышном положении оказались все, и особенно дети, которые несколько лет без родителей живут, — говорит Волосюк. — Брайан согласен, чтобы дети жили в России, но он должен иметь возможность видеть детей, и чтобы они хотя бы могли, если захотят, приезжать к нему в гости».

Представители Осиповой говорят, что они «открыты для переговоров», но пока никаких конкретных письменных предложений на почту адвокатов россиянки не поступало. «Встретились, поговорили и разошлись. На словах и мы, и они согласны. Но на словах это не работает. Богдана говорит: „Вы мне документ дайте — я хочу видеть, что там написано и на каких условиях“. Предоставить нам проект мирового соглашения они почему-то не хотят. Поэтому тут какая-то ситуация, с моей точки зрения, нелепая. Здесь очень сложный с точки зрения юридической техники и права документ должен быть. Надо понять, как он должен выглядеть и каким правом он будет регулироваться, а этого нет», — объясняет адвокат Кузнецов.

Также защита россиянки не верит, что предлагаемый Мобли вариант с ходатайством о помиловании вообще как-то поможет Осиповой выйти на свободу. «Сейчас идет уголовный процесс. Брайан, как потерпевшая сторона, может написать ходатайство: изъявить свою позицию о том, что он к Богдане претензий не имеет, просит ее не наказывать строго и так далее. Приговор выносится с учетом мнения потерпевших. Но Брайан этого не делает. Со слов адвоката, он просто хочет написать прошение президенту США о том, чтобы ее помиловали. Предлагают написать прошение какое-то аморфное господину Трампу, до которого оно даже, скорее всего, не дойдет», — заявляет Кузнецов. 


Две дочери Богданы Осиповой и Брайана Мобли, которые носят фамилию отца, живут в России — выезд за границу для них по прежнему закрыт. О девочках заботятся бабушка Юлиана Филипюк и ее родная сестра, официальный опекун детей, Елена Полякова. Софии уже исполнилось 7 лет, а ее младшей сестре Изабелле — 5.

«С Богданой девочки общаются по видеосвязи — один-два раза в месяц в тюрьме дают такую возможность. А еще по телефону разрешают звонить. Вот 1 июня был у нас сеанс связи», — рассказывает Полякова.

Ни София, ни Изабелла не знают английского языка, признается опекун. «У детей сейчас уже от американского мало что осталось. Вторая девочка рождена в России и жила здесь, а старшая очень мало там была. Для детей родина уже здесь — здесь их место жительства, их привычная среда, люди, которые о них заботятся», — также отмечает уполномоченный представитель по правам ребенка в регионе Ирина Ткаченко.

С Брайаном Мобли девочки за все три года лично ни разу не виделись, но было несколько сеансов связи по интернету. Волосюк настаивает, что родственники Осиповой намеренно мешают отцу общаться с дочерьми. «На протяжении года опекуна просили, чтобы отец с детьми хотя бы созванивался. Отвечали, что „у нас нет телефона“, „у нас нет интернета“... Почему все это время отцу не дают общаться с детьми — вопрос к опекуну. Техническую возможность я предоставлял», — говорит адвокат.

Опекун детей в ответ заявляет, что семья не чинит препятствий для общения Софии и Изабеллы с отцом намеренно, но бывают обстоятельства, когда кто-то из детей болен или просто не в настроении. По словам Поляковой, за последние несколько лет семья трижды напрямую общалась с Брайаном — в сентябре 2017 года, в декабре 2018 года и в октябре 2019. «Последнее общение было при психологе — всего 10 минут поговорили, потому что девчонки не хотят. Психолог тогда настоятельно рекомендовал прекратить общение, потому что это очень некомфортно и стрессово для девочек. Старшая так вообще закрыла глаза и все время их не открывала. Адвокат Брайана заявляет, что это мы девочек настраиваем против отца. Ничего подобного! — утверждает Полякова. — Никто из них не понимает друг друга. Он по-русски выучил только: „София, я тебя люблю. Белла, ты красивая“».

Детский омбудсмен Ирина Ткаченко говорит, что отец вправе обратиться в российский суд, если считает, что ему намеренно препятствуют в общении с детьми. «Если Брайан хочет общаться с детьми и не против, чтобы они жили в России, так у нас есть судебная система: отец, не лишенный родительских прав, обращается, и ему устанавливает суд порядок общения.

Правда, адвокат Волосюк полагает, что подавать в российский суд бессмысленно: «Даже если будет решение суда об обязании Поляковой давать возможность видеться, то всегда будут какие-то препятствия, как и были раньше: нет интернета, дети не хотят общаться и так далее. На практике это без доброй воли второй стороны нереализуемо».

«Как Брайан предполагает, что это будет по-другому? Вот если они заключат мировое соглашение, то как это будет? Точно такие же будут договоренности — только рассчитывать на добропорядочность сторон — иных вариантов нет. Пусть они договариваются на юридическом языке. Папа также имеет право с детьми общаться», — парирует Ткаченко.

С 2015 года Брайан Мобли не платит алименты на детей. «В настоящее время Брайан не высылает деньги на содержание детей. Он обязан платить алименты по решению суда Осиповой, но она находится в тюрьме в США, а он не должен постороннему человеку отдавать деньги на содержание своих детей. С точки зрения российского менталитета, это тяжело понять, но, с другой стороны, Брайан прекрасно знает, что они собирают деньги на помощь Богдане. Пойдут ли эти деньги действительно детям по назначению — он в этом сильно сомневается», — рассуждает Волосюк.

Год назад в СМИ действительно появлялась информация о том, что родственники Богданы Осиповой испытывают большие трудности с оплатой услуг американских адвокатов. Однако Елена Полякова отмечает, что Мобли не платит алименты и другой своей экс-супруге: «Насколько я знаю, его следующая супруга Мелисса тоже от него ушла. Она через адвоката передавала Богдане, что просит прощения за то, что в свое время выступала против нее в суде. Она вроде как тоже не может с него алименты взыскать на двоих их общих дочерей и даже предлагала Богдане объединить усилия».

Защита Брайана настаивает, что тот предлагал материальную помощь детям, но не в денежной форме: «Я спросил у тети, как он может не деньгами, а подарками детям помочь, то есть что конкретно надо купить? Он один раз поздравлял детей с днем рождения — дарил какие-то подарки (игрушки и что-то еще). Она ответила, что подумает и нам скажет, но так и не сообщила», — говорит Волосюк.

В свою очередь опекун утверждает, что от отцовских подарков семья не отказывается: «Один раз накануне 2018 года (у них же там католическое Рождество), Брайан передал девочкам подарки — куклы, еще что-то — это мы взяли. А насчет денег я сказала, что только по установленным государством правилам и в том объеме, который там начислен», — вспоминает Полякова.

Адвокат уверяет, что если Брайан Мобли сейчас попробует вернуться в Россию, то у него «будут проблемы», поскольку в прошлый визит ему пытались закрыть границу. «В 2017 году он приехал — пытался у меня опеку отобрать через суд, но через два дня мгновенно уехал, потому что мы подали на алименты», — подтвердила Полякова.

Защита Брайана говорит, что сейчас отец не предпринимает попыток оспорить опекунство Поляковой, хотя и считает, что оно оформлено незаконно. «При оформлении опеки не было получено разрешение отца, но Брайан не пытается ее оспорить, поскольку понимает, что в детском доме детям будет хуже, чем с родственниками. Тут должны быть шаги навстречу друг другу. Но этого нет, а есть „антиамериканская“ кампания: посадил в тюрьму, отправил в психушку, пытался забрать детей. Я уверен, что даже в том случае, если Брайан напишет прошение о помиловании и Богдана выйдет из тюрьмы, то это будет преподнесено в СМИ как победа российской дипломатии», — заключил Волосюк.

Текст — Екатерина Медведева, фото — Виталий Невар / Новый Калининград

Подписывайтесь на нас в Telegram, ВКонтакте, Facebook и Instagram.

[x]


Искусство фотографии

Главный редактор «Нового Калининграда» о наследии, сохранять которое нам часто кажется слишком сложным делом.