Продолжаем изучать подшивки «Калининградской правды», «Проспекта Мира» и «Маяка» за 1991 год, чтобы узнать, чем жила область 35 лет назад. На очереди — третья неделя апреля.
Важным событием тех дней стало появление на прилавках магазинов молока в прямоугольной упаковке, которое постепенно стало вытеснять молоко в привычных треугольных пакетах. Об этом — небольшой репортаж Ю. Тамбовского в «Калининградской правде» под названием «„Элопак“ разливает молоко».
«Горисполком, а также ряд предприятий областного центра помогли нам приобрести современную линию розлива молока в литровую упаковку, — приводит автор слова главного инженера Калининградского молококомбината Д. В. Бабичева. — Автомат изготовлен финской фирмой „Элопак“. Можно считать, нам повезло. Оборудование этой фирмы славится своей надежностью и производительностью. Наш „Элопак“ выдает „на-гора“ три тысячи упаковок в час. Позаботились мы и о запасе специальной бумаги для работы автомата. Кстати, в этом нам оказали помощь рыбацкие организации города — обслуживает „Элопак“ всего один оператор. Формирование пакетов, розлив молока и укладка в ящики — все производится автоматически».
Фото из газеты «Калининградская правда». Автор — В. Маначин.
Новая линия, как представляется, произвела на корреспондента впечатление. «Оператор Нина Семеновна Хомякова нажимает кнопку пуска, и побежали по транспортеру бело-голубые пакеты, — живописал он. — Через несколько минут синие ящики с литровыми упаковками уже грузятся в машины. Молоко пошло к потребителям». Впрочем, закончил статью корреспондент на минорной ноте. «Новая линия не исчерпывает всех проблем комбината с розливом молока, — сообщил он. — Не хватает привычной посуды, и, конечно же, нужна не одна такая линия».
Также в те дни в прессе широко освещались проблемы культуры. При этом в центре внимания часто были вещи, не имеющие прямого отношения к творческому процессу. Например, деньги. Хотя, с другой стороны, есть подозрение, что формулу «художник должен быть голодным» придумали максимально далекие от творчества люди. Настоящие творцы знают, что «пустое брюхо к наукам глухо». И к прекрасному порой тоже.
Возможно, поэтому так резко отреагировали на долги по стипендии студенты областного училища культуры в Советске. «Обитателей „красного дома“ (так в Советске называли неофициально административный комплекс, где находятся горком КП РСФСР, горсовет и горисполком) это событие повергло в шок, — писал в статье „Тебя еще затаскают...“ корреспондент „Проспекта Мира“ И. Китаев. — Более ста очаровательных и жизнерадостных девчат в сопровождении таких же энергичных юношей, не нарушая уличного движения, прошли в организованном порядке мимо памятника вождю мировой революции и стройными рядами выстроились у дома власти. В первом ряду решительного вида парень держал большой плакат, который взывал к справедливости: „Управление культуры! Где законная компенсация?“ Другие плакаты гласили: „Не хотим насильной диеты!“, „Выплатите полную дотацию!“, „Хочу есть!“... Пикетчиками поневоле стали студенты областного училища культуры: три месяца подряд им не выплачивалась положенная надбавка к стипендии».
В статье отмечается, что практически сразу после акции протеста со студентами полностью рассчитались. Хотя раньше директор училища утверждал, что денег в управлении культуры нет. Впрочем, в материале также отмечается, что победа студентов вполне может оказаться Пирровой. Директору вся эта «художественная самодеятельность» пришлась не по душе, и он якобы обещал одному из организаторов пикета проблемы. Отсюда и заголовок про «затаскают».
Ну, а Андрея Шуляка — руководителя телеканала «Премьер», вышедшего в эфир 1 марта 1991 года — «затаскали» по редакциям газет. Всем хотелось узнать, что такое «Премьер» и чем он еще удивит. Сразу два больших интервью Шуляка вышло в те дни. Одно в «Маяке», другое — в «Проспекте Мира».
«Первые же выходы „Премьера“ в эфир произвели у калининградцев сенсацию местного масштаба, — писала в подводке к первому интервью корреспондент Т. Андреева. — Следующих передач стали ждать с таким же нетерпением, как в далекие времена ждали очередных серий непотопляемых „знатоков“. Детишки, понятное дело, из-за мультиков, ведь даже самый правильный ребёнок предпочитает занудные нравоучения Хрюши и Степашки приключениям веселых хулиганистых мышат. И тем, кто любит поздравлять родных и близких через средства массовой информации, передача пришлась по душе, хотя и денежки за это удовольствие приходится платить. Зато звучит с экрана не казенный текст, а самим поздравляющим сочиненный, можно и в стихах. В особенности же довольны „Премьером“, наверное, мужчины — за остренький западный фильм в конце программы, развлечение без натяжки».
Впрочем, сам Шуляк к первым шагам своего детища отнесся критически. «Мне стыдно за то, что мы делаем в эфире, — неожиданно заявил он. — У передачи еще не выстроилось свое лицо, полно накладок. А фильмы! Мы же показываем в основном третьесортные фильмы, выбора пока никакого, и этот жуткий перевод... Песни пишем с телевизора, тоже набор примитивный. По сравнению с тем, что у меня было на Камчатке, это земля и небо.. Я хотел бы показывать хорошие русские ленты, такие как „Белое солнце пустыни“ (18+), но на них надо еще заработать, вообще классику мирового кино. Пока приходится давать что есть — в основном боевики, „ужасы“. Мечтаю, чтобы один день, к примеру, был для пожилых людей, ведь они часто одиноки, им нужен добрый, участливый, внимательный телесобеседник. И музыку для них подобрать соответствующую (Русланову, Шульженко, Кобзона), и мелодраму хорошего вкуса показать. Для молодых — музыкальная рок-страница — давать всё, что им нравится, пусть взрослые как угодно ворчат, но молодые должны иметь свое время в эфире».
Фото из газеты «Маяк». Автор — Е. Чепинога.
Интервьюер «Проспекта Мира» Елена Нагорных была настроена не так благодушно, как ее коллега из «Маяка». «Многие не торопятся выносить приговор каналу, хотя и видят бросающиеся в глаза оплошности и, чего греха таить, действительно, непрофессионализм», — отметила она в преамбуле к беседе с Шуляком.
Отвечая на вопрос о том, почему на «Премьере» работают далекие от журналистики люди, руководитель телеканала ответил, что ему было поставлено условие: не брать специалистов с телевидения, не растаскивать кадры. «Но сейчас вроде есть договоренность, и скоро к нам придут опытные журналисты, созвучные мне по духу. Проблема кадров для нас очень важна: сейчас зрители нам все прощают. Мы должны выходить на тот уровень, который задумывался», — рассказал он.
А вот читательница «Калининградской правды» А. Занина задумалась о другом — о последствиях деятельности незаконных искателей янтаря. Её полное отчаяния письмо было напечатано под заголовком «Спасите наш янтарный берег».
«Возмущение и боль за нашу природу заставили меня сесть за это письмо в редакцию, — призналась она. — В марте прошлого года впервые столкнулась с „искателями“ янтаря. Шла пешком из Пионерского в Зеленоградск. По всему побережью они копали песок, подрывали обрывистый берег. Выкопав огромную яму, оставляли ее и начинали новую. Свои „работы“ эти старатели вели вдали от города, куда не доходят отдыхающие, подальше от глаз людских. И когда прочитала в газетах, что кто-то погиб, добывая янтарь, почему-то представился именно этот участок берега».
Промышленная добыча янтаря. Работа тяжёлой техники. 1987 год. Автор — Махановский. ГАКО.
Спустя год она заметила нелегальных янтарщиков под Светлогорском. «Действуют они в открытую, никого не боятся, — продолжила А. Занина. — Третьего марта двое копали лопатами огромную траншею: подумалось, что прокладывают какой-то трубопровод. Это было как раз напротив пионерских лагерей — им. Белоусова и др. Через двадцать дней мы побывали снова на том же месте и изумились, встретив сплошные препятствия из окопов и траншей шириной по пляжу метров 300. Во всех этих окопах виднелись головы и мелькали лопаты. Пустые ямы были уже с водой. Когда мы возмутились, как же так можно уродовать берег, нам пригрозили: „Уходите подобру-поздорову, а то огреем лопатой, и окажетесь на дне морском“. Кто же все-таки охраняет наше побережье? Почему так нагло действуют искатели янтаря, варварски уродуя прекрасный берег, и почему никто из них не ответит за это?»
Журналист В. Павлов попытался взять комментарии в областном комитете по охране природы и в милиции, но ничего, кроме глубокой озабоченности, услышать не смог. «Пока в компетентных органах обсуждается данная проблема, любитель легкой наживы с лопатой в руках чувствует себя вольготно, — заключил автор статьи. — „Кроты“ продолжают рыть и губить».
Янтарный комбинат. Цех сборки бус. 1983 год. Автор — Л. Гаркавый. ГАКО.
Зато корреспондент «Проспекта Мира» Н. Герасимова смогла услышать много интересного от жителей Калининграда, к которым она в рамках традиционной рубрики «Барометр» обратилась с вопросом: «Кто такой интеллигент?» «Ну, интеллигент — это когда прилично одет, в костюме, с портфелем... — выдвинул версию 19-летний электрик ЖЭКа Алексей Ф. — Хотя, кто его знает, прилично может быть одет и мажор. Тоже ведь — не разберешь».
У художника М. Коваля оказалось другое мнение на этот счет: «Вместе со старым дворянством ушло понятие чести, — высказал уверенность он. — А честь — внешнее выражение совести — гласа божьего на земле. В свое время эта ниточка порвалась. Трудно сказать, можно ли будет когда-то снова связать её...»
Работник архива Г. С. Казакова придерживалась примерно такого же мнения. «Мы должны равняться на дореволюционных дворян по их воспитанию, поведению, образованию, знанию языков, — сказал она. — Должны гордиться, что всё это есть у нас в прошлом».
Главный режиссер Калининградского областного драматического театра Валерий Бухарин попытался вывести четкую формулу: «Интеллигентный человек — это человек с высшим образованием в третьем поколении».
Самый длинный и, пожалуй, самый печальный ответ дала не назвавшая своего имени студентка: «Деление на народ и интеллигенцию, распространенное до революции, очевидно сейчас. Я живу в рабочем поселке и вижу пьянство, драки, оплеванные улицы и подъезды. Видели бы вы, каким штурмом берется автобус! А я обычно захожу в него в числе последних — не из скромности — просто смешно смотреть на разинутые рты, на то, как люди друг друга толкают. А после того, как поступила в вуз, не о чем было говорить с бывшими одноклассницам, продавщицами, швеями и т. п. Подстраиваться не хочу, поэтому отмалчиваюсь. Так что же, интеллигентный — это тот, кто молчит и тихо вымирает».
Текст: Кирилл Синьковский, фото Государственный архив Калининградской области
Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав
Ctrl+Enter
© 2003-2026