Калининградский Ботанический сад пережил одну из самых суровых зим за свою послевоенную историю. Корреспонденты «Нового Калининграда» прогулялись вместе с его и.о. директора Светланой Яковлевой по утопающим в цветах тропинкам, узнали, как отразились на зеленой коллекции нехарактерные для наших широт холода, чем ковид помог некоторым растениям и почему Ботаническому саду стоит сделать шаг навстречу человеку.
Ранней весной наш Ботанический сад, медленно просыпаясь, становится похож на небольшой филиал рая на Земле, формально, по документам, оставаясь лишь структурным подразделением БФУ имени Канта. Здесь все цветет, благоухает и радует глаз. Однако поддерживать, сохранять всё это великолепие сотрудникам сада непросто.
«Зима была действительно очень жесткой, — рассказывает Светлана Яковлева. — И потери у нас, к сожалению, есть: побурели из-за холода рододендроны, калина морщинолистная немножко сбросила свою вечнозеленую листву, „погорели“ некоторые хвойники».
Но испытания на этом не закончились. Весна и лето также не обещают быть легкими. «У нас засуха идет четвертый год подряд, — продолжает Яковлева. — Происходит глобальное изменение климата, он становится у нас континентальным, и это — серьезная проблема. Дождей нормальных этой весной пока не было. Поэтому мы уже готовим все для поливов. Недавно собирали совещание и составляли с садовниками график — когда кто сможет поливать свой участок, чтобы и растения в самое пекло не пожечь, и чтобы всем воды хватило».
Помимо природного-климатического фактора, на жизнь Ботанического сада большое влияние оказывает фактор антропогенный, то есть, проще говоря, человеческий. Во время ковида многие растения, что называется, вздохнули спокойно, а некоторые буквально ожили.
«Раньше у нас рододендрон Шлиппенбаха цвёл нечасто и неактивно, некоторые яблони не цвели, — делится Светлана Яковлева. — А как только вытаптывать их перестали — выпустили цветы. Мы так этому рады!»
Парадокс заключается в том, что вытаптываются растения не по злому умыслу, а, если можно так сказать, из любви к прекрасному. Многие, пытаясь сделать селфи на фоне чего-то цветущего и благоухающего, пятятся назад и уничтожают то, что у них под ногами. Везде, конечно, расставлены таблички, призывающие не ходить по газонам, но ради удачного ракурса некоторые ими пренебрегают.
«Поэтому наши садовники все время ходят по территории и говорят: „Уйдите, пожалуйста, с газона, уйдите с газона“, — предупреждает директор. — Это для тех, кто не заметил таблички или предпочел их не заметить».
После ковида посетителей, по словам и.о. директора, стало едва ли не в два раза больше, чем до него. Причем это не только туристы. Местных тоже немало. На вопрос о том, как она отличает калининградцев от гостей города, Яковлева ответила, что это очень просто. «Турист — он всему радуется и постоянно восторгается, — поделилась наблюдениями она. — „Боже, цветочек цветёт! Ура!“ Калининградец же смотрит на тот же цветок и спрашивает: „Почему не тот сорт?“. И это не значит, что мы какие-то не такие, просто у нас, действительно, всё цветет из-за мягкого климата. Период вегетации длится десять месяцев — с февраля по ноябрь. В Сибири, на Урале и даже порой на юге такого не увидишь».
Положительно период ковида отразился и на представителях фауны. Во время отсутствия посетителей сильно расплодились ежи. Причем сейчас, когда людской поток не только восстановился, но и увеличился, меньше этих колючих созданий не становится, что доставляет некоторые неудобства. Главным образом местной кошке по кличке Ниндзя.
«У нас, можно сказать, орудует ОПГ ежей, — смеется Яковлева. — Они выстраиваются „свиньей“ и оттесняют кошку от миски с едой. Кошка громко возмущается. Теперь мы ставим миску на столик, чтобы ежи до неё не добрались».
Предпринимать какие-то меры против «преступного сообщества», впрочем, не планируется. «Понимаете, когда вы сохраняете биоценоз, вы не можете вытащить одно звено из этой цепи и подумать, что у вас всё останется по-прежнему, — поясняет директор Ботанического сада. — Так не бывает. Избавившись от ежей, можно вместо них получить малоприятный „подарок“ — например, кучу слизняков».
А вот подарок, который преподнес два года назад ректор БФУ имени Канта Максим Демин, пришелся Светлане Яковлевой и её коллегам по душе. Это был подобранный на улице щенок акита-ину, которого назвали Киссой. Сейчас он, вернее она, выросла и работает в Ботаническом саду охранником. Причем, несмотря на дружелюбный вид, весьма эффективным.
«Был случай, — рассказывает Светлана Яковлева. — В одно из служебных помещений зашел какой-то странный мужчина и уверенно направился к рабочему столу. Непохоже было, что он заблудился, искал, например, туалет. Судя по всему, у него были какие-то не очень хорошие намерения. Но он не знал, что под столом была наша Кисса. Она аккуратно блокировала этого гражданина, и мы потом просто вывели его за пределы сада».
И если относительно намерения мужчины у Яковлевой есть какие-то сомнения, то цели двух хорошо одетых пожилых дам, которых привели к ней не так давно сотрудники сада, были более чем очевидны. Они, собственно, сами о них заявили. «Эти респектабельные дамы предъявили нам претензии, что луковицы нарциссов и тюльпанов слишком глубоко закопаны, поэтому им пришлось сильно испачкать руки, выкапывая их, — вздыхает Яковлева и тут же добавляет: «Но мы заставили их эти луковицы посадить обратно».
Говорят, что чужая душа — потемки. В этом и.о. директора Ботанического сада лишний раз убедилась, проводя экскурсию, посвященную растениям-социопатам. «Я готовила её два месяца, — говорит Яковлева. — Выбрала два десятка растений, которые, скажем так, своеобразно относятся к другим растениям, к насекомым, животным и людям. Где-то в августе провожу экскурсию, рассказываю о жимолости каприфоль, особо подчеркивая, что её плоды ядовиты, и вдруг слышу, извините, чавкание. Какая-то женщина ест плоды жимолости! Она была с ребенком, который ей говорит: „Мама, тётя только что сказала, что это есть нельзя!“ И знаете, что та женщина ответила? Она сказала: „Ну попробовать-то надо!“. Больше таких экскурсий я не проводила»...
Среди не природных, а созданных руками человека достопримечательностей нашего Ботанического сада — памятный камень в честь его основателя, заведующего кафедрой высших растений и систематики Кёнигсбергского университета, профессора Пауля Кебера.
По словам Светланы Яковлевой, рядом с этим камнем скоро может появиться еще один — в честь её мамы, Татьяны Александровны Яковлевой (1952-2024), которая руководила Ботаническим садом с 1974 года, став одним из его символов.
«Установка камня — инициатива университета, — пояснила Светлана. — Подходящий валун мы нашли, сейчас наша задача — доставить его на место».
Сама она, по её признанию, никогда не планировала связывать свою жизнь с Ботаническим садом и уж тем более руководить им. По образованию она — филолог и специалист по международным отношениям. «Но так уж получилось, что я выросла в Ботаническом саду, — разводит руками Светлана. — Бывало, я сюда сбегала из детского сада, что был расположен неподалеку, чтобы спокойно почитать. В садике читать мне не давали, а здесь была библиотека».
За долгие годы Светлана изучила в Ботаническом саду каждую травинку. И учитывая тот факт, что международное право она выбрала с уклоном в экологию, лучшей смены для Татьяны Александровны было, наверное, и не сыскать.
Любимым местом для чтения у Светланы был берег пруда, где росла очень живописная ива. Сейчас от неё остались только воспоминания: дерево сломалось, и его пришлось убрать. Да и вообще Ботанический сад здорово изменился за последние годы.
«Ностальгии по саду моего детства у меня нет, — признается Светлана. — Он уже совсем другой. С 2018 года, когда появились дорожки, мы работаем круглогодично. Раньше на зиму сад закрывался. Знаете, когда мне сейчас говорят, что инфраструктура неважна, главное, чтобы растениям было хорошо, я всегда отвечаю: «Ребята, походите по грязи!»
При этом Светлана полностью разделяет мнение, что Ботанический сад — он в первую очередь для растений. Основная его задача — создать для них комфортные условия. Но и о человеке, о посетителях, забывать, конечно, не стоит. Важно соблюсти разумный баланс интересов.
По словам Светланы, еще при прошлом директоре было принято решение переквалифицировать сад на многолетние древесно-кустарниковые растения. «У нас всё ещё остались травянистые и многолетники: больше 100 сортов роз, больше 100 сортов пионов, и больше 100 сортов георгин, чтобы в каждый сезон посетители могли любоваться чем-то красивым, — говорит нынешний и.о. директора. — Также мы постоянно пополняем свою коллекцию, получая саженцы и семена из других ботанических садов страны».
Но и поделиться калининградскому ботсаду тоже есть чем. «У нас коллеги очень много чего заказывают, — говорит Яковлева. — Большой плюс нашего сада — он старый. Ведь есть растения, которые надо ждать десятки лет, пока они начнут плодоносить! Например, пару лет назад у нас только на 75-м год жизни заплодоносила пихта равночешуйчатая. Это было большое событие и не только для нашего Ботанического сада». Еще у нас заказывают дубы, к примеру, скальный, лиственницы, клёны. Потому что из-за мягкого климата в Калининградской области много что вегетирует и плодоносит.
«Когда мама была жива, мы с ней, если честно, часто спорили о приоритетах, — признается Светлана. — Мама стопроцентный ботаник-дендролог. Для неё растения всегда были на первом месте. А я, в силу образования, на некоторые вещи смотрю иначе. Я все-таки стараюсь искать баланс. Мне очень важно, чтобы людям у нас было интересно. А как сделать, чтобы им было интересно? Например, те же экскурсии должны быть не только ботаническими. Мало кому интересно слушать про дважды- и трижды-перистые листики, но все любят красоту в той или иной форме. Поймите, наша задача еще и в том, чтобы сподвигнуть человека защищать природу. Причем не только на территории Ботанического сада, но и за его пределами. Вообще — защищать, беречь природу! Но для этого они должны в природу влюбиться. Некоторые коллеги не согласны со мной, что я позволяю посетителям близко подходить к магнолиям — к ним даже проложена дорожка. Говорят, что люди будут магнолии вытаптывать. Будут, наверное. Но мне кажется, нужно идти на риск, нужно доверять человеку, сделать ему шаг навстречу. Как человеку полюбить природу, полюбить красоту, если у него нет возможности приблизиться к ней?»
Текст: Кирилл Синьковский, Ольга Саяпина, фото: Юлия Власова / «Новый Калининград»
Нашли ошибку? Cообщить об ошибке можно, выделив ее и нажав
Ctrl+Enter
© 2003-2026