Станет ли Калининград "ударной комсомольской стройкой"

На прошлой неделе в Москве прошла презентация результатов социологического исследования в Калининградской области, проведенного группой ЦИРКОН под руководством Игоря Задорина. Результаты вызвали пристальное внимание как федеральных, так и региональных СМИ. Администрация региона, недовольная некоторыми цифрами и выводами, распространила заявление, в котором обвинила ЦИРКОН в "заказной пропаганде" и подвергла сомнению достоверность полученных данных и результаты исследования, назвав их "компонентом спецоперации". Корреспондент ИА REGNUM обратился к основателю и руководителю группы ЦИРКОН Игорю Задорину с просьбой пояснить некоторые факты.

ИА REGNUM: Игорь Вениаминович, это не первое ваше исследование в Калининградской области?

Да, первый опыт серьезной работы в этом регионе у нас появился в 2002 году, если не считать нескольких менее крупных исследований до этого. Тогда в 2002 году решался вопрос о будущем Калининградской области как российской эксклавной территории. По запросу полномочного представителя Президента Дмитрия Рогозина ЦИРКОН подготовил доклад об общественном мнении по сложившейся ситуации. При этом изучалось мнение как жителей области, так и жителей всей России. Мы опирались также на наработки наших коллег из Калининградского социологического центра, а они ведут свои исследования, начиная с 1991 года. Ими накоплен огромный материал, в динамике показывающий изменение отношения калининградцев к тем или иным вопросам. Мы постоянно общаемся с коллегами-социологами, ведем региональное досье, и когда возникает интерес у заказчиков, мы готовы предоставить самые обширные материалы.

ИА REGNUM: Как изменилась ситуация в области за последние два с лишним года?

Последний опрос был больше направлен на изучение экономического поведения граждан, а предыдущий - на идеологические ориентации, так что пересечений вопросов не так уж много. В рамках последнего проекта мы повторили лишь некоторые "идеологические" вопросы, чтобы понять динамику. Так, в частности, в СМИ все больше и больше говорят о так называемом "сепаратизме" калининградцев. В 2002 году мы его почти не заметили, решили проверить и в этот раз. Выяснилось, никакой динамики нет, положение достаточно устойчивое. Требует внимания лишь повышенный процент желающих самостоятельного развития области среди молодежи. В краткосрочной перспективе эта проблема не дает себя знать существенно, но в долгосрочной к ней стоит приглядеться.

ИА REGNUM: Почему ваше последнее исследование охватило такое большое количество респондентов - почти 8000, ведь обычно социологи делают меньшую выборку?

Наш проект неслучайно называется "диагностика человеческих ресурсов". Мы хотели очень детально и тщательно выяснить, каков потенциал жителей области с точки зрения различных сценариев ее развития, которых немало. Для того чтобы исследование было максимально полным, мы должны были понять, как относятся к тем или иным сценариям развития небольшие социальные группы. В "обычном" же исследовании, когда выборка составляет около 1500 человек, анализ отдельных малых групп затруднителен или вообще невозможен. Например, в одной из наших анкет был специальный вопрос - мы хотели понять, сколько и какие категории калининградцев вовлечены в бизнес, связанный с перегоном автомобилей и прочими внешнеторговыми операциями. Если бы мы опрашивали "стандартные" 1500 человек, то у нас набралось бы существенно меньше 100 интересующих нас респондентов, точность измерения была бы значительно ниже, и выводы оказались бы некорректными. Наш расчет был ориентирован на то, чтобы большинство социально-демографических групп были представлены в нужном количестве.

Кроме того, мы вели отсчет не от численности респондентов, а от численности домохозяйств, поскольку основной целью, предметом исследования являлись экономические показатели жизнедеятельности калининградцев. В этом случае минимальной экономической единицей является семья, которая обладает общим бюджетом. В Калининградской области около 300 000 домохозяйств. Мы решили взять в качестве выборочной совокупности 1% домохозяйств. Но также мы опрашивали и каждого взрослого члена семьи. Таким образом, получилось 8000 опрошенных. Кроме того, столь широкий охват позволил нам хорошо представить и территориальную (районную) дифференциацию мнений и экономического поведения.

Кстати, в России социологи давно мечтали об исследованиях, которые позволили бы изучить малые социальные группы, но типовые выборки не позволяют это сделать. И только в последнее время были осуществлены несколько крупных проектов, которые практически все финансировались из-за рубежа. К примеру, прошлым летом был очень крупный всероссийский проект, связанный с демографией, в ходе которого было опрошено около 11 тысяч человек. Половину денег дали немецкие спонсоры. Они очень интересуются нашим населением, в отличие от большинства российских политических и экономических субъектов. Наше калининградское исследование потому и является показательным, что было осуществлено на российские деньги. Нашелся человек, нашлась частная компания, не побоявшиеся вложить деньги в такое масштабное исследование. На мой взгляд, создан положительный прецедент.

ИА REGNUM: Кто, помимо непосредственных заказчиков проявил интерес к результатам вашего исследования?

Во-первых, мы не называем группу Eastern Gate и Михаила Зайцева заказчиками. Заказчики, как правило, жестко ставят задачи и изначально ориентируют исследования на какие-то определенные цели. В нашем случае нам была предоставлена возможность во многом самостоятельно определять предмет и приоритеты исследования. Так что указанные лица являлись скорее спонсорами, чем заказчиками в привычном смысле слова. Теперь о потребителях. Мы передали часть материалов исследования в Администрацию Президента и в Госдуму. Во время парламентских слушаний 16 декабря, посвященных новому закону об особой экономической зоне, мы распространили фрагмент итогового доклада среди участников, в числе которых были губернатор Калининградской области Егоров и председатели комитетов Госдумы, в ведении которых находится данный законопроект. К сожалению, обратной реакции, связанной хотя бы с какими-либо уточнениями и вопросами, не последовало. Единственным исключением стали сотрудники Администрации Президента, являющиеся кураторами этого региона.

ИА REGNUM: Как вы можете прокомментировать столь нервную реакцию местной власти на результаты вашего исследования?

Исходя из текста заявления администрации, можно сделать вывод, что они вообще не ознакомились с текстом исследования, ограничившись публикациями СМИ. Это характерно для некоторых информационно-аналитических служб - заниматься мониторингом не первоисточников, а вторичных публикаций СМИ, отражающих ситуацию зачастую весьма искаженно. Это при том, что мы в любой момент готовы сделать для администрации области специальную презентацию результатов исследования. Обращения к нам не было, а есть неадекватная реакция на некоторые журналистские фразы, которые к тому же не являются ни цитатами, ни даже следствиями результатов исследования, а представляют собой их весьма вольную интерпретацию. Понятно, журналист работает в определенном контексте и, наверное, имеет право интерпретировать наши данные, добавляя к ним свои мысли и наработки. Хотелось бы, конечно, чтобы журналисты не приписывали в этом случае свои мысли нашим исследованиям. Но и "заинтересованным" лицам было бы логично предъявлять претензии не к социологам, а к СМИ.

Так, например, у нас не было прямого вопроса, на кого калининградцы возлагают вину за тяжелое положение области. В нашем исследовании спрашивалось о доверии к различным ветвям и уровням власти, в том числе и к губернатору области. В результате сравнения выяснилось, что у губернатора наименьший уровень доверия. Мы понимаем, что подобная информация довольно щепетильна, поэтому верифицировали ее по данным коллег. Могу ответственно заявить, что данные других социологических центров за последние полгода с точностью до статистической погрешности подтверждают наши данные. Журналисты, естественно, не пишут в заголовке "Уровень доверия к администрации области ниже, чем к другим органам власти", им кажется это скучным, и они допускают некоторый "форсаж", утверждая, что "вину за бедственное положение области калининградцы возлагают на губернатора". Но мне кажется, не пристало серьезным государственным чиновникам реагировать на этот форсаж, не изучив первоисточник. В заявлении администрации сквозит голая обида, в нем нет знания реального материала. Обидевшись на журналистские фразы, они сделали вывод о заказном политическом характере всего исследования.

Вообще говоря, это довольно типичные подозрения. Я не первый, и думаю, к сожалению, не последний раз сталкиваюсь с убеждением в политехнологической предвзятости любых социологических исследований и публикуемых данных. Мы с коллегами неоднократно устраивали круглые столы для журналистов и чиновников, разъясняя, что подавляющее большинство искажений социологической информации происходят не на этапе ее сбора (производства), а на этапе представления, то есть в рамках трансляции через СМИ. Компании, которые работают на рынке давно и серьезно, а ЦИРКОН в прошлом году отметил свой 15-летний юбилей, не будут портить себе репутацию участием в политтехнологических "спецоперациях". Мы стараемся качественно делать свою работу, вне зависимости от того, проводим исследование по заказу органов власти, бизнес-структур, общественных организаций или отдельных политиков. При этом вопрос, как они будут использовать полученные цифры, в чьих интересах - лежит за пределами нашей компетенции.

Почему-то существует наивное мнение, что социологи, проводя исследования, стараются "подверстать" результат под интересы заказчика. Это миф. Вы можете себе представить водителя автомобиля, который хотел бы получать от приборов данные, которые были бы ему приятны, но не отражали действительности? Да он врезался бы в ближайший столб! Так же и политик или бизнесмен должен получить точную информацию о социальной реальности, чтобы с ней адекватно работать. Большинство социологических исследований последнего времени - это маркетинговые исследования, которые по определению "заказные". Но когда бизнесмен заказывает изучение рынка, ему нужны реальные цифры, а не дифирамбы товару его компании. Почему-то про политические исследования это понятно не всем. К тому же, для проектов, подобных калининградскому, мы делаем глубоко эшелонированную систему сбора информации. Так в обсуждаемом проекте ЦИРКОН разрабатывал концепцию, методику и инструментарий исследования, а непосредственно сбор информации мы поручали местным компаниям, причем организуя двойной контроль данных опроса путем найма еще одной компании-контролера. Затем все данные дважды вводились в компьютер и еще несколько раз проверялись на логическую непротиворечивость и т.п. Т.е. за чистоту данных, думаю, мы и наши коллеги, могут, что называется, "зуб дать".

ИА REGNUM: Социологов также обвиняют в "особых" формулировках вопросов.

В рамках данного исследования мы использовали отработанные в международной практике блоки вопросов. Часть других вопросов, как раз касающихся идеологических и политических предпочтений, не раз задавались в предыдущих исследованиях. Для того, чтобы делать предположения об адекватности или неадекватности любого социологического инструментария, к примеру, наших анкет, мне кажется, следует проводить профессиональную экспертизу. Мы к ней готовы. Довольно странно, что люди, не видевшие инструмента исследования, делают предположения о его неадекватности. 8000 опрошенных - это кубометры анкет, по нормам мы храним их минимум полгода. Если кто-то в администрации Калининградской области желает ознакомиться со всеми ними - всегда пожалуйста.

ИА REGNUM: Вы не первый год работаете в области, как Вы считаете - администрация области в своей работе опирается на данные социологии?

К сожалению, у нас с ними непосредственных контактов не было. Наши коллеги из Калининграда постоянно передают в администрацию материалы своих исследований. Мне кажется, соответствующие управления областной администрации должны бы учитывать эти материалы в своей работе. Область является стратегически важным регионом, в ней ведутся постоянные социологические исследования, которые проводят и крупные российские, и зарубежные компании. Эти результаты часто вполне доступны, и мне кажется, администрация области должна использовать их в своей работе.

ИА REGNUM: Скажите, а в чем тогда была новизна результатов именно вашего исследования?

Прежде всего, это глубина изучения экономического положения населения, трудового поведения, занятости, образовательных ориентаций. Также у нас появился очень ценный материал, связанный с анализом малых социальных групп. Появилась возможность соотносить экономическое положение человека с его идеологическими ориентациями. Главный вывод - неочевидность какой-либо концепции развития области. Нет какой-то одной определенной идеи-сценария, которая была бы заведомо выигрышна с точки зрения всего населения. Бывают регионы, где выбор пути развития более или менее очевиден. В Калининградской области такого нет.

ИА REGNUM: А, на Ваш взгляд, что, прежде всего, надо сделать в Калининградской области, чтобы интенсифицировать ее развитие?

Здесь я, конечно, выйду за пределы своей области компетенции, связанной с исследованием социальной реальности. Но все-таки на это раз позволю высказать определенную гипотезу, касающуюся уже возможных социально-экономических изменений. Да, область требует инвестиций. Но в первую очередь нужны не финансовые инвестиции и не правовые, заключающиеся в предоставлении законодательных преференций. Опыт показывает, что этими преференциями реально никто по-настоящему с толком для области воспользоваться не может, а деньги уходят в песок. На мой взгляд, области в первую очередь нужны человеческие, кадровые ресурсы. Люди, способные правильно употребить и деньги, и права, а главное местные условия, должны быть первичны, а собственно финансовые инвестиции - вторичны.

В связи с этим возникает несколько забытый "советский" образ ударной комсомольской стройки. Калининградская область настолько стратегически важна для России, что она вполне могла бы стать территорией, на освоение которой государство объявит молодежный призыв. Область могла бы стать не только военным, но и экономическим, технологическим форпостом России. Призыв лучших технических специалистов и менеджеров смог бы сделать из этой российской земли передовой регион. Наверное, это не самый привычный подход к решению таких проблем, у нас властвует в политике экономический дискурс. Но практика показывает, что деньги решают далеко не все. И в Калининграде можно было бы попробовать другой подход - человеческие инвестиции.

Конечно, больше всего осуществлением проекта должны заниматься люди, которые родились и выросли в Калининградской области, но я придерживаюсь в отношении этого региона концепции "государевых земель". Существуют регионы, стратегическое значение которых для всей России значительно отличается от остальных. Они должны получать статус территории федерального подчинения и управляться из центра. А сегодня зачастую бывает так, что региональная власть работает либо в интересах какой-либо финансово-промышленной группы, либо вообще ничего не делает для стратегического развития региона.
Источник: REGNUM

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.