Уникальные средневековые фрески в Романово и Кумачёво практически смыло дождем и снегом

Не так давно «Калининградская правда» рассказала о том, как в поселке Храброво гибнет фреска XIV века с изображением апостола Павла. Однако это не единственное в области творение средневековых художников, которому требуется помощь. Состояние фресок на стенах кирх в поселках Романово и Кумачево (бывшие Побетен и Куменен) вызывает еще большие опасения.

Широкой общественности об этих произведениях искусства стало известно чуть больше года назад. Началось все с того, что местный исследователь необычных явлений в истории Восточной Пруссии Сергей Трифонов обратил внимание на апостола Павла, неожиданно проступившего на внутренних стенах кирхи Святой Барбары в Храброво. После того как о находке сообщили центральные телеканалы, в Калининградскую область прибыли реставраторы из Санкт-Петербурга во главе со скульптором Вячеславом Мозговым.

Эксперты пришли к выводу, что фреске никак не меньше семисот лет, и предположили, что подобные изображения могут быть и на стенах других кирх, расположенных на территории бывшей Восточной Пруссии. Гости из Северной столицы проехались по области и действительно нашли древние фрески в Романово и в Кумачево. На алтарной части церкви первого из этих населенных пунктов неизвестный художник, судя по всему, изобразил сцену рождения Иисуса, в кирхе же бывшего Куменена можно разглядеть (правда, напрягая при этом все воображение) сцену Страшного суда.

Одни местные жители утверждают, что «чудо-картины» открылись взору только осенью позапрошлого года после обильного снегопада, который смыл со стен толстый слой штукатурки. Другие божатся, что наблюдали их еще пятнадцать-двадцать лет назад. Однако и те, и другие свидетельствуют о том, что еще несколько месяцев назад изображения были более яркими и отчетливыми. Сейчас же их едва видно. И это неудивительно. Ведь крыши у кирх отсутствуют, поэтому фрески обильно поливаются дождем и посыпаются снегом. Краска смывается, расписанная штукатурка покрывается трещинами и осыпается.

…А между тем Вячеслав Мозговой был поражен фресками. Он сказал, что эти произведения искусства уникальны, и призвал местные власти сделать все возможное, чтобы их спасти. Однако те, кто отвечает в области за памятники культуры, либо не услышали его слов, либо не захотели их услышать. Никто даже пальцем не шевельнул. Здания не законсервированы, фрески не изолированы от воздействия осадков. Так они долго не протянут...

Нужно отметить, что тревогу вызывают не только фрески, но и сами кирхи. Крепкие, не пострадавшие в войну сооружения сначала были превращены в руины, а потом – в свалки и общественные туалеты. Внутри полно бутылок, каких-то тряпок, обрывков газет, гниющих остатков чьих-то трапез, ну и

т.д. в том же духе.

Особенно жутко выглядит кирха в Романово. И это очень печально, поскольку бывший Побетен – чрезвычайно любопытное место.

Побетен означает «земля Бетена», она названа именем князя, владельца этой местности. Хронист Петр из Дусбурга писал, что зимой 1283 года 800 всадников из Литвы, пройдя по Куршской косе, вторглись в волость Побетен, по которой прошлись огнем и мечом, убили 150 христиан и с богатой добычей ушли целые и невредимые. В 1288-1289 годах в Побетене Орден построил крепость, вначале как «орденский дом» — «орденехауз». В 1320 году в крепости поставили часовню, а восточнее крепости построили приходскую церковь.

Крепость в Побетене простояла до 1525 года, когда восставшие крестьяне во главе с Гансом Герике разрушили ее. Впрочем, восстание вскоре было подавлено, после чего герцог Альбрехт решил в целях профилактики усилить церковное влияние на местное населения, изрядную часть которого составляли пруссы. Он обязал священников проводить проповеди с местным населением на прусском языке. По его поручению в 1561 году пастор Побетена Абель Вилль при помощи крестьянина-прусса Пауля Мегота перевел на прусский язык лютеранский катехизис.

Калининградский писатель Вадим Храппа в своей «Энциклопендии Пруссии» сообщает, что до Второй мировой войны в кирхе Побетена хранился так называемый горн «кёсникенского трубача», с которым связана одна занимательная история. Известно, что его владелец, выходец из маленького поселка Кёсникен, что под Побетеном, служил в прусской армии горнистом. Во время Шведской войны семнадцатого века он попал в плен и был увезен в Швецию. «Трубач был нрава кроткого, и шведы разрешали ему конные прогулки, - пишет Храппа. - Маршрут его всегда был один и тот же - он подъезжал к морю и подолгу смотрел вдаль, будто надеялся разглядеть на горизонте туманные обрывистые берега Пруссии. Тоска его была так беспредельна, что однажды зимой, во время одной из таких прогулок, он не выдержал и поскакал по льду Балтийского моря на юго-восток - к берегам отчизны. Ближе к югу лед в Балтике становится хрупким. Трубач провалился в море, потерял коня, но сам выбрался на льдину и стал грести руками, решив во что бы то ни стало добраться до родины. Каким-то чудом ему удалось пересечь на тающей льдине почти все море! И только остаток пути, когда уже была видна сизая полоска сосен на дюнах, пришлось добираться вплавь. На берег трубач выбрался в районе Рантау, это возле сегодняшнего Пионерского. Говорят, он тут же исполнил на своей трубе победный гимн. История эта, к сожалению, заканчивается грустно. Трубач прожил на родине только две недели. Купание в зимней Балтике не прошло бесследно - он умер от воспаления легких. Но умирал счастливым. Жаль, что никто из нас не может прикоснуться к той трубе».

Сейчас в чиновничьих кабинетах ломают голову над тем, как привлечь в область туристов. Пишутся программы, разрабатываются маршруты, проводятся семинары и конференции. Толку пока немного. Особенно туго идет развитие туризма исторического. Люди приезжают в область, видят разрушенные кирхи и уезжают обратно с чувством разочарования.

- К нам пару лет назад каких-то немцев занесло, - рассказывала мне одна из романовских старушек. – Подошли они к разрушенной церкви, пофотографировали, а потом как по команде плакать принялись. Все пятеро. Мы так и не поняли, что случилось…

Чиновники тоже, наверное, не понимают.
Источник: Калининградская Правда

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.