Один из экспонатов "Блиндажа" - филиала историко-художественного музея получил новую жизнь

История русского воинства знает много славных побед. Но случались и поражения. Из песни, как говорится, слова не выкинешь. Одна из самых печальных глав вышеупомянутой истории была написана в августе 1914 года. Здесь, в Восточной Пруссии.

Впрочем, начиналось все неплохо. Две русские армии под командованием генералов Ренненкампфа и Самсонова вторглись в Германию с территории Литвы. Немецкая армия генерала фон Притвица, попытавшаяся остановить царские войска у Гумбиннена, была буквально сметена с пути. Дорога на Кенигсберг оказалась свободной. Но Ренненкампф почему-то не решился штурмовать город.

Немцы тем временем сняли с Западного фронта часть войск, перебросив их в Восточную Пруссию. И новый энергичный командующий фон Гинденбург сумел взять реванш за поражение. Наступавшая в одиночестве армия Самсонова, оказавшись перед лицом превосходящих сил противника, была окружена и разгромлена при Танненберге (сейчас это польский городок Стембарк). По некоторым данным, русские потеряли около 30 тысяч убитыми. Более 90 тысяч попали в плен. Генерал Самсонов, не желая сдаваться, застрелился.

Войну, как мы знаем, Германия проиграла, но о победе под Танненбергом немцы не забыли. В 1927 году у этого населенного пункта был построен величественный памятник.

«Мемориал представлял собой форму древней германской деревни, в центре которой находился дольмен как место погребений и жертвоприношений древних. Восемь огромных башен, соединенных стеной в октаэдр, образовывали значительный по размеру внутренний двор, предназначенный для массовых мероприятий. В центре пространства под бронзовым крестом предполагалось захоронение двадцати неизвестных солдат», - пишет в одной из своих работ исследователь Оксана Нагорная.

- Существует также версия, что за «основу» монумента был взят английский Стоунхендж, - говорит местный историк Сергей Трифонов. – То есть изначально планировалось соорудить нечто похожее на древнее языческое святилище.

Как бы то ни было, в Германии сложился в буквальном смысле культ Танненберга.

«Национальный мемориал соединил в себе две генеральные смысловые линии: победный знак выигранной битвы и памятное место в честь погибших солдат. Но прежде всего восточно-прусский мемориальный комплекс должен был помочь снова пробудить в германском народе патриотический дух», - отмечает Нагорная.

Через некоторое время были выпущены металлические пластины с изображением комплекса. Ими были награждены те, кто отличился в битве при Танненберге. Среди прочих был отмечен и будущий комендант Кёнигсберга Отто Ляш, который, будучи еще безусым лейтенантом, участвовал в том сражении.

Ляш очень дорожил наградой, практически никогда с ней не расставался. Он даже повесил ее на стену своего кабинета в бункере.

- Нет сомнения, что Ляш считал пластину талисманом, - полагает Сергей Трифонов. - Как и руны на воротах бункера, она должна была, по его мнению, защитить убежище от наших войск. Но «фокус», как мы знаем, не прошел.

После того как бункер стал филиалом музея, пластина продолжала висеть на стене. Правда, она почернела и была практически незаметна.

- На нее никто не обращал внимания, - говорит директор филиала Наталья Быкова. – А жаль. Вещь довольно любопытная.

Сергей Трифонов давно собирался исправить эту несправедливость. Но руки до пластины у него дошли совсем недавно. Пару месяцев назад он с разрешения сотрудников филиала взял экспонат и отнес его на реставрацию своему давнему знакомому Владимиру Крылову. Тому самому, что «реанимировал» древние руны на воротах бункера.

Несколько дней назад пластина с изображением Танненберга вернулась в «Блиндаж».

- Теперь ее не узнать! – радуется Быкова. – Блестит как новая! Мы пока не будем ее возвращать в кабинет Ляша. Повесим в коридоре. Здесь ее лучше видно.

Ну а что сам комплекс? Какова его судьба?

Умерший в 1934 году Гинденбург был похоронен на территории мемориала. А в 1945 году при подходе частей Красной армии прах Гинденбурга перевезли в Марбург и захоронили в Элизабеткирхе, а мемориал взорвали.

Владимир МЫШКИН
Источник: Калининградская правда

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.