Состоялась российская премьера украинского фильма "13 месяцев"

В рамках кинофестиваля европейских стран в кинотеатре «Заря» состоялась российская премьера украинского фильма «13 месяцев» режиссёра Ильи Ноябрёва.

Ленту представил Евгений Гришковец, сыгравший в ней небольшую, но вполне яркую роль чмошника-спасателя. Евгений рассказал несколько забавных баек, отметил, что в кино сниматься – сущая синекура, не то что служить в театре. Большой прокатной судьбы «13 месяцам» не пророчил (и правильно), признался, что его собственная роль ему очень даже удалась (опять не обманул).

…Спасает спасатель главного героя Глеба, полного придурка, ужаленного непонятной тоской. «Драма» подаётся под соусом «мужчина ищет себя». На самом деле ничего этот мужчина не ищет, разве что глупых неприятностей на свою лысую голову и – заодно - на головы близких. Офицер в прошлом, один из лучших курсантов, а стал примаком в родовитой советской семье. Даже фамилию сменил на жёнину. Покатался сыром в масле (тёщи бы вот ещё, зануды тонной, не было бы!) да и заскучал. Умыкнулся в никуда. Чушь, короче говоря, полная. И по ситуации показываемой, и по качеству картины в целом.

В результате получилось, что посмотрели мы современную (по времени создания) версию «Живого трупа».

На роль Протасова претендует этот самый спасаемый Глеб (Гоша Куценко). Мужика вдруг озарило, что его благополучная жизнь – полная чушь. Движимый этим озарением, он решает самоустраниться, выпасть из социума, но при этом остаться в живых. Инсценирует самоутопление. И жене, любящей, но надоевшей, в конце концов, хорошо – по ней давно сохнет глебов друг. А Глеб всю дорогу вяло жалеет, что расстался за сребреники с мечтой, на богатой женился, а ведь хотел – на балеринке. Была в его детстве шкатулочка, открываешь, а там, под музыку такую красивую – она кружится… Стало быть – роман с юной танцовщицей. По-протасовски как бы – заморочил девчонке красивую голову, а сам – в подполье, красиво маяться душой.

Куценко всю дорогу глушит коньяк. Дескать, такой вот рефлексирующий, спивающийся, смурной интеллигент. Но хроническую брутальность не пропьёшь: антикиллер так и

лезет. И не в хорошем актёре Куценко дело. Кажется, режиссёр не вполне знал, чего хотел. И потрёпанный томик графа Льва Николаевича к сюжету пристегнул, чтобы в плагиате не обвиняли. Дескать, да, «Живой труп», но – сегодняшний.

Жена «живого трупа» (Мария Миронова), став «вдовой» (смутная сцена опознания утопленника), мается-мается да выходит замуж. Всё в шоколаде. Но тут обнаруживается Глеб, помятый бомжатской жизнью, однако вполне живой. Прокуратура, следствие, юная дознавательша сумасшедшей красоты и стервозности. Гошу, в смысле Федю, то есть, конечно, Глеба, отправляют на нары – до полного прояснения ситуации. Только торжества (или неторжества) Фемиды герой не дождался, не дотянул: «Сердце. Просто не выдержало».

Честно говоря, у Толстого много интереснее, аргументированней как-то. И Федя уж, конечно, у классика поярче будет. Там понятно, что – полный человеку капут. А тут – холодец какой-то незастывший, желе.

А уж когда на свежую Федину-Глебову-Гошину могилку заботливая дружеская рука спасателя поставила антикварную шкатулочку с кружащейся балеринкой («Музыка такая красивая, чего ты!») – совсем зрителю заплохело. Ну что за барахло такое? Даже для голливудщины - перебор.

Короче, «Живого трупа» (надо же было титану так своё сочинение гениально обозвать!) не получилось. За «13 месяцев» живой труп умер. Гражданская панихида отменяется.

Наталья ГОРБАЧЁВА
Источник: Калининградская правда

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.