Глава «Янтарного союза»: там, где копается котлован, лучше закапывать деньги

Василий Симонов.
Все новости по теме: Янтарь
Руководитель общественной организации предпринимателей «Янтарный союз» Василий Симонов в интервью «Новому Калининграду.Ru» рассказал, почему отрасли не поможет программа развития, написанная в правительстве области, чем губернатор Николай Цуканов вызвал недовольство бизнесменов, работающих с солнечным камнем и почему для калининградцев будет лучше, если Янтарный комбинат начнет продавать минерал за границу через посредников. Симонов также рассказал, когда предприниматели прибегают к контрабандным формам вывоза своей продукции и объяснил, почему большинство того, что озвучивается об отрасли, — ложь.

Вместе с Василием Симоновым на вопросы корреспондента «Нового Калининграда.Ru» отвечала исполнительный директор «Янтарного союза» Ольга Глинская.

— Перед интервью вы отметили, что выступления губернатора Николая Цуканова в ходе Дней Калининградской области в Варшаве вызвали большое недовольство в вашем профессиональном сообществе. Что именно спровоцировало нарекания?

Василий Симонов (далее — В.С.): Заявление губернатора о предоставлении рабочих мест тысячам поляков для развития янтарного кластера, сделанное в Варшаве, просто взорвало янтарную общественность. Ранее мы обсуждали на «круглом столе» аналогичное заявление губернатора относительно рабочих из Китая. Мы довели это сообщение до своих сотрудников. Я уверен, что 20-тысячная армия янтарщиков, которые входят в «Янтарный союз», — от тех, кто стоит у станка до художников, — возмущены этими словами. В отношениях между правительством области и «Янтарным союзом» царит раздрай.

— Так есть в янтарной отрасли 15 тысяч вакантных мест?

В.С: Их нет. И, более того, недавний «круглый стол», где были польские, российские и литовские предприниматели, показал, пресс-служба губернатора дает недостоверные данные. Так и хочется сказать: врет про объем распространения янтаря, получаемых доходов от продажи. Эта неправда не то что бы близка к правде, она преувеличивает реальные цифры в 10 раз.

Да что 15 тысяч? У нас сейчас работает 20 тысяч человек, которые ждут помощи от Калининградской области. Зачем какие-то деньги выделять на создание поселков, инфраструктуры? Инфраструктура создана, есть предприятия, технологии переработки.

За счет чего поднялись литовцы? Они пригласили к себе бывших сотрудников комбината, чтобы перенять те технологии, которые были созданы здесь. Поляки каким образом поднялись? Они поднялись за счет серебра, а всю обработку янтаря взяли с калининградской территории.

Нам приводят в пример китайские заводы, которые недавно посетили власти Калининградской области. Так китайцы сидят на ящике из-под бутылок, берут прищепку, держат янтарик и обтачивают. О каких технологиях идет речь?

— Вы сейчас обвинили в распространении ложной информации пресс-службу правительства. Вряд ли пресс-служба самостоятельно выводит те или иные цифры относительно переработки янтаря. Может быть, ответственные за янтарную отрасль структуры правительства просто не обладают точной информацией?

В.С.: Вы знаете, сейчас правительство выдает пучок вранья, перевязанный маленькой ленточкой правды. Правда в том, что янтарная отрасль действительно не развивается. Но позитивные изменения не случаются отнюдь не потому, что здесь нет 15 тысяч китайцев, поляков или кого-то еще. Не в этом проблема. Проблема с вывозом готовой продукции.

— Но ведь недавно было принято решение о снижении пошлин на вывоз готовых изделий в 100 раз.

В.С.: Вы когда-нибудь занимались спортом?

— Только фитнесом.

В.С.: Замечательно. В октябре 2011 года нам сказали, что вывоз товара на экспорт будет стоить 100 тысяч рублей вне зависимости от объема товара. Теперь представьте, что вам в спортзале сказали: абонемент теперь стоит 100 тысяч рублей. Такие цены на ваш спортзал держатся полгода, а затем вам говорят: все, вход за тысячу. Вы сможете заниматься на том же уровне? Да вы через десять минут выдохнетесь, потому что давно не занимались. А не занимались потому, что вход в спортзал стоил дорого. У нас ровно такая же ситуация.

Конечно же, снижение пошлины до тысячи рублей создает условия, при которых мы можем выйти на экспортный рынок. Мы наконец-то можем с меньшими затратами выйти на рынок, быть конкурентоспособными, но утеряны связи. Рынок Европы и Америки, куда сбывался янтарь, выдохся. Им уже не нужно столько янтаря в серебре, золоте и бусах. Украшения уже не покупаются.

Выставка «AMBERIF» показала, что рынок обнищал, нет новых изделий и компаний, есть старенькие, которые уменьшают свои объемы. Даже польский рынок заняли на 70% литовцы. Сами поляки не знают, куда сбывать. Недавно польская компания «Ла Берг», открытая в Янтарном, призналась, что еще ни грамма янтаря в серебре не смогла вывезти в РФ, не говоря уже об экспорте.

glinskaya.jpg— Но ведь экспортная пошлина — не единственная проблема с вывозом.

Ольга Глинская (далее — О.Г.): Да. Смотрите, Калининград — особая экономическая зона. Сюда вы можете ввести что угодно и не платить за это пошлину, но вы должны это употребить в зоне. Вывезти вы не имеете права. Если только вы хоть что-то вывозите, то возникает проблема.

Если в вашем товаре есть иностранные компоненты, вам придется доказывать происхождение товара. Как доказываем его мы? В принципе, в Калининграде немногие компании получают сертификат российского происхождения товара, большинство довольствуются статусом ОЭЗ. Так они могут ввезти любой товар, добавить к нему свой труд и спокойно вывозят его в Россию. У нас так не получается, ведь у нас 95% товара — янтарь, а остальное — 2–3% — импортная нитка, клей, фурнитура. И нам очень тяжело доказывать, где мы взяли эти детали.

Цепочка, которую приходится проходить в процессе доказывания происхождения товара, очень сложна и затратна. Не важно, сколько у тебя замков: 100 или 10 тысяч, тебе приходится менять таможенный режим и пройти по кругу длительную процедуру. Вот еду я со своим замком, резинкой и ниткой на таможню, предоставляю таможенную декларацию, по которой ввезла фурнитуру и печатаю новую декларацию для смены режима (дорастаможки), помещаю весь товар на склад хранения, мучаюсь и в итоге плачу три копейки в казну. Это ж чушь собачья! Я хочу заплатить дополнительные копейки за свои резинки и нитки в казну, а хожу по кругам ада. Я трачу время и деньги на доказательство. Иногда на это уходит три дня, а иногда и неделя.

Растаможила — получаю акт экспертизы. Это еще одна сложная процедура. Почему? У нас в области одна экспертная организация — ООО «СОЭКС-Балтия» при Торгово-промышленной палате.

В.С.: Отмечу, что регламент для прохождения экспертизы Калининградская торгово-промышленная палата составила сама. Нам все говорят, что процедура экспертизы необязательна, но без этого я не могу вывезти товар. За сертификат на каждую вывозимую партию или посылку я должен каждый раз платить 720 рублей, а только после этого идти в фельдъегерскую связь, заплатить 3–4 тысячи на отправку и отправлять свои пару колечек да пару подвесок в какую-нибудь ювелирную лавочку Москвы.

Пользы от денег, которые мы платим за сертификаты, нет никому. Они идут в частные карманы, но мы вынуждены платить, и это делает наш продукт дороже. В результате нелегально завезенное на территорию РФ серебро с янтарем становится дешевле товара, легально произведенного местными производителями.

Это главенствующая проблема отсутствия развития отрасли. Это все равно, что вас отправить на фитнес в кроссовках без шнурков. Вы будете стоять на месте, вместо того, чтобы бежать по дорожке, опасаясь травм. Так и мы работаем на внутренний рынок и ждем туриста, чтобы продать то, что есть. Мы вынуждены были сокращать производство, сотрудников, так как была создана проблема вывоза товара из области.

— Если говорить языком цифр, то насколько все эти барьеры увеличивают себестоимость вашего товара?

В.С.: Оптовая цена изделий из серебра с янтарем составляет 85 рублей за грамм. 100 граммов — 8500. Добавьте 720 рублей Торгово-промышленной палате, еще 3 тысячи за пересылку. Насколько удорожает? Почти на 50%. И я еще не учитываю стоимость акта в 7 тысяч рублей.

О.Г.: А ведь на то, чтобы сделать генеральный акт экспертизы на целый год мне нужно от месяца до трех, а ведь это и рабочее время, которое тоже конвертируется в деньги. Для того чтобы сделать акт, нам нужно показать все: какую нитку, резинку, замок брали и где, сколько выпустили изделий, все расчёты, оборудование, технологический процесс, производственные площади, штатное расписание, все договора, накладные, платёжки на материалы, задействованные в выпуске изделий и прочее. Заключение можно получить только тогда, когда ты все показал экспертам «СОЭКС-Балтии», вывозя их на производство и места хранения продукции. На сбор, подготовку этих документов и уходит так много времени.

А еще дорастаможка. Ведь никто не везет отдельно моток ниток. Если я ввожу свой товар через посредника, он везет машину товаров, среди которых и мой моток ниток да две коробки фурнитуры. Он не будет загонять всю свою партию на склад, отдельно растаможивать мне мой товар. Машина будет три дня стоять на складе. Это же тоже деньги. Даже когда я сама ввожу, декларант на таможне мне говорит: ввези, а потом дорастаможишь. Это сложная процедура.

В.С.: Вот в прошлом году я заявил на 100 кг товара, которые планировал вывезти. Вывез не все. Так чтобы продлить этот акт на 2012 год, мне пришлось заплатить 2100 рублей  и еще при пересылке заплачу 720 рублей за сертификат.

Я приведу в пример ситуацию, о которой рассказал один из сельхозпроизводителей на Гражданском форуме. В позапрошлом году, когда в Москве стояла жара, в столице заказали калининградскую капусту, так как у нас она хорошо уродилась. Предприниматель поспорил с поляком, кто быстрее справится с доставкой овоща. И что вы думаете? Для того чтобы продать эту капусту, Торгово-промышленная палата потребовала, чтобы предприниматель собрал капусты в бурты, показал ее и только потом обещала составить все документы. Фермер сказал, что не может собрать капусту, а потом взяться за документы, так как в этой жаре и сырости она сгниет у него за пару дней. «Я должен ее с полей снять и везти сразу», — говорил он. Так вот Польша привезла в Москву и разгружала овощи, а у нас на 7 миллионов закопали капусту обратно в пашню.

Такая же ситуация и с янтарем. Просто непонятно, для кого созданы такие условия вывоза калининградской продукции на территорию РФ? Мы же не за рубеж везем, а из России в Россию! А меня заставляют все оформлять как экспортный товар.

— Сейчас все говорят о том, что создан временный совет по разработке стратегии развития янтарной отрасли. Первые результаты должны быть доложены Владимиру Путину в конце мая. Вы участвуете в работе этого совета?

В.С.: Абсолютно не участвуем. Я, когда читаю, что губернатор посоветовался с янтарщиками и принял какое-то решение, которое они, то есть мы, поддержали, постоянно удивляюсь.

При Георгии Валентиновиче Боосе мы чуть ли не каждую неделю с Ольгой Федоровной (Ольгой Глинской прим. «Нового Калининграда.Ru») бодались, кому идти на совещание. Нас вызывали, требовали сведения, сколько продукции произведено, какая зарплата средняя, на каких выставках были. Даже при Егорове (бывшем губернаторе Калининградской области Владимире Егорове — прим. «Нового Калининграда.Ru») — поклон ему — мы развивали отношения между областями, всех янтарщиков вывозили в Новосибирск, Екатеринбург, Саратов, с тем, чтобы мы налаживали контакты с покупателями.

При этом губернаторе (Николае Цуканове — прим. «Нового Калининграда.Ru») я ни одного слова о программе не услышал. Я только знаю, что какой-то москвич Вдовин (Глава Национального агентства прямых инвестиций Игорь Вдовин — прим. «Нового Калининграда.Ru») написал какую-то программу. Ситуация прямо из анекдота: «Я не гинеколог, но посмотреть могу». Он придумал только построить поселок, то есть украсть деньги. Хотят получить деньги на развитие янтарной отрасли, построить поселок, аквапарки и Диснейленд. Но это же глупость! Какие переселенцы, какие 15 тыс китайцев, какие учителя из Польши? У нас есть свои люди! Помогите нам. У меня 6 учеников работает на комбинате.

simonov_2.jpg— Послушайте, но может быть есть какой-то альтернативный Союз янтарщиков? Может быть, с ними губернатор советуется?

В.С.: Вот мы и хотели спросить у вас. Может быть, вы, журналисты, знаете? Мы, янтарщики, другого профессионального сообщества не знаем. Кто ему дает такие советы? Какая экономика прописана в этой программе?

О.Г.: Губернатор встречался с нами один раз после того, как пришел к власти — в июле прошлого года. Один раз встречались с Чемакиным (министр промышленности Калининградской области Дмитрий Чемакин — прим. «Нового Калининграда.Ru») по рабочим группам. Общаемся через ваши статьи: мы в СМИ выступили, они в СМИ выступили. Все! Нас не зовут. Когда мы приходим на совещания, где обозначена янтарная тематика, нам говорят, что эти мероприятия не для нас и не про нас.

В.С.: Как вы можете представить себе такое? Планировалось обсуждение янтарной отрасли в Российском союзе промышленников и предпринимателей, туда пригласили поляков и Гильдию ювелиров России, которые янтарем не занимаются. Слава Богу, это совещание, где наши проблемы хотели обсуждать за нашей спиной, не состоялось. На встрече обсуждались только проблемы пошлин в 100 тысяч рублей, ведь они коснулись не только нас, но и ювелиров со всей страны.

— Грубо говоря, старые проблемы, которые были с вывозом готовой продукции из янтаря, так и не решили. Были разрешены только те вопросы, которые касались всех ювелиров страны?

О.Г.: Проблему, связанную с выплатой 100 тысяч рублей мы озвучили Степашину (глава Счетной палаты РФ Сергей Степашин — прим. «Нового Калининграда.Ru»), когда он приехал проверять отрасль. После этого начала работать Счетная палата, сидел человек, который специально занимался этой проблемой, и на коллегии по итогам проверки нам уже объявили, что пошлины будут отменены.

В.С.: Я выступал на коллегии. Когда-то совещание подобного уровня проходило при Георгии Валентиновиче Боосе, на нем присутствовал полпред президента Илья Клебанов. Мы радовались, что наши проблемы поднимаются на уровень правительства РФ. Тогда, 5 лет назад, была представлена серьезная интересная программа развития отрасли. Она была утверждена, по ней началось движение.

Вы помните, что с 1 апреля 2004 года был введен полный запрет на вывоз ювелирных изделий с территории Калининградской области. Все, что я произвел с драгметаллами, нельзя было вывезти в РФ. Тогда ведь начали партизанскими путями возить украшения из янтаря. Все начали «контрабасить»: ведь мы же не разорились, но нам надо было как-то жить.

Этот вопрос мы подняли при Боосе и первый раз тогда была выработана методика легального вывоза янтаря, но к законному пути вернулись не все. Открой сейчас границы на вывоз, янтарщиков станет куда больше. Ведь в Янтарном почти каждый дом — цех, в Светлогорске каждый второй дом — работа с янтарем. Пионерский, Зеленоградск, Калининград — там сколько людей, которые готовят к лету сувениры, чтобы встать на променад и получить свою копеечку.

О.Г.: Я поясню. Отчасти наши проблемы решились из-за появления Таможенного союза. Законодательство изменилось, в силу этого у нас сменились правила. Но основные проблемы, связанные с зоной, полностью не решены.

В.С.: Это не только заслуга Таможенного союза. Прошлый губернатор добился, чтобы в области появился контролер по драгоценным металлам.

О.Г.: Без подобного контроллера от Минфина в регионе было невозможно осуществлять законно любые операции с драгметаллами. Постов, которые оформляют драгметаллы, у нас нет. Было время, когда отозвали этого контроллера из региона, и несколько лет мы не могли ни ввезти, ни вывезти наши изделия.

Нам в конце концов разрешили вывозить изделия, но ввезти их напрямую в Калининград из зарубежных территорий нельзя — только через Москву или Санкт-Петербург.

В.С.: Доходило до смешного. Мы доставляли наш товар внутренними рейсами, приземлялись в аэропорту и искали таможню, которая бы подтвердила, что мы ввезли товар в Россию. Я скажу грубо, но на нас смотрели как на дураков. «Вы откуда?» «Из Калининграда». «Так это ж Россия, идите отсюда, какая вам таможня?». Мы в Санкт-Петербурге вынуждены были ехать в международный аэропорт и умолять, чтобы нам поставили отметку о ввозе. А вот привез бы почтальон товар в Самару. Там бы вообще с ума сошли: куда ставить, что ставить, почему.

Вот тогда власти взялись за голову. Что-то мы не так придумали, заметили они. Тогда нас и подвели под сертификат и теперь мы растаможиваем. Но процедуру экспорта мы проходим по полной программе. Я доказываю, где я взял каждую деталь и каким образом ее поставил. Я должен содержать человека, который только и занимается тем, что ездит и доказывает происхождение моего товара, платить ему по 15–18 тысяч рублей.

— Вы перечислили сложности, которые испытывают те, кто пытается легально вывозить янтарные изделия, отметив, что не все отказались от контрабанды. Каков объем контрабандного вывоза, по вашим оценкам?

В.С.: До 80% от общего объема. Сертификат происхождения получают 5–7 компаний, не больше. Это, в основном, крупные компании, которые имеют в штате от 50 человек и могут позволить себе потратить 20 тысяч в месяц, чтобы нанять человека, который бы бегал и оформлял все документы. Все остальные работают контрабандно.

В правительстве постоянно говорят, что нужно бороться со взяточничеством. Но мы в Калининградской области этой сложной схемой его только порождаем. Нам надо выживать. Многие вовсе открывают свои склады в «большой» России, платят зарплату персоналу там, чтобы, вывезя однажды товар крупной партией, его рассылать уже внутри страны. Вот до чего дошли! Отдаем наши рабочие места в другие регионы.

— Вы же были на коллегии Счетной палаты. Вы сообщили ваши оценки по объему контрабандного вывоза?

В.С.: На коллегии я попросил слово. Никого во время выступления не перебивали. Меня Степашин перебил со словами: «Слушайте, ну, в конце-то концов, это маленькая, крошечная Калининградская область, которая, надеюсь, долго еще будет Россией. Ну давайте мы им поможем! Таможенные органы, ФСБ, подключитесь, пожалуйста! Давайте создадим людям условия, чтобы они нормально вывозили в Россию свои товары. За что они платят там деньги?»

Мы надеемся, что благодаря вмешательству Счетной палаты хоть что-то изменится. Потому что те письма, которые мы писали вице-премьеру Медведеву, президенту Путину, потом президенту Медведеву и премьер-министру Путину…

Мне кажется, что и в области нашими проблемами не хотят заниматься. Сейчас для губернатора ситуация, происходящая с отраслью, это вопрос самопозиционирования. По сути, янтарь — это единственное, с чем может поднять глава региона флаг нашей области. Нигде больше янтаря в России нет. Но вместо того, чтобы вести дела «по-хозяйски», он разворачивает политическую игру. Ни Торгово-промышленная палата, ни правительство области не хотят заниматься нами. Создали очередной бизнес — ООО «СОЭКС-Балтия», который просто берет с нас деньги, не имея при этом лицензии на работу с драгметаллами. У нас такие лицензии есть, у них нет, и они же нам разрешают работать и производить что-то на экспорт.

glinskaya_2.jpg— А как вы оцениваете идею введения заградительных пошлин на вывоз сырья?

О.Г.: Введете пошлину — и что дальше? Вот запретим мы вывоз сырья, а делать-то что будем? Ввод такой пошлины означает, что через пару месяцев комбинат вынужден будет распустить людей, закрыться и сидеть. Калининградские производители просто не потребляют столько янтаря, сколько его добывают на комбинате.

В.С.: Сейчас мы потребляем порядка 100 тонн из добываемых комбинатом 300 тонн. Но вот если бы у нас были созданы условия для вывоза готовых изделий, мы бы потребляли, наверное, 90% того, что они добывают.

Создание структур при комбинате, которые выступают дилерами по перепродаже камня польским и литовским предпринимателям, только способствует развитию калининградских предприятий. Почему? Если польский, литовский или китайский предприниматель берет сырье напрямую у комбината, он не платит 18% НДС. Я же его плачу. Таким образом, я становлюсь в неравные условия с ним. А если у него в республике еще созданы льготные условия для переработчиков, как, например, в Польше, то мы становимся в еще более неравные условия. Только создавая компании, которые покупают сырье на комбинате, а потом перепродают его за рубеж, мы способствуем выравниваю цены. При этом калининградские производители покупают у дочерних предприятий комбината сырье по ценам самого комбината.

— Каков в целом объем рынка янтарной продукции? Называют цифры до 1,2 миллиардов евро.

О.Г.: На встрече с коллегами из Польши мы узнали, что их оборот ювелирной отрасли 100 миллионов евро. При этом 10–15 миллионов из этого — оборот янтаря, потому что Польша продает достаточно много ювелирных изделий из серебра, золота. Примерно такие же цифры по Литве.

— А у нас?

В.С.: У нас эту цифру никто не считал.

О.Г.: Да и как вы посчитаете? У нас официально только 5 фирм вывозят товар. Поэтому мы и говорим: «Алле, государство, вы где? Сделайте нормальный вывоз — вы хотя бы цифры, статистику получите».

В.С.: А вот когда говорят про 500 миллионов евро, про 1 миллиард, который крутится в теневом секторе обработки янтаря — это все лукавство. Кто-то просто заинтересован в том, чтобы преувеличивать цифры столь существенно. Ведь нужно сначала создать проблему, а потом под нее можно и себе что-то получить. Словом, у коровы рога кривые, мы пока их будем ровнять, сцедим себе немного молочка.

Кто-то эти цифры надуманно дает, чтобы отвлечь внимание от реальных проблем: от вывоза, от проблем внутри предприятий. Даже если математически посчитать, то это будет порядка 200 миллионов рублей. Это 200 предприятий, которые состоят на учете в пробирной инспекции с учетом того, что каждое из них обрабатывает примерно по 100 кг янтаря. Плюс как минимум половина от этой суммы приходится на мастеров-кустарников. Вот 300 миллионов рублей — примерный оборот.

О.Г.: Но точно никто не скажет. Ни у нас, ни в Польше, ни в Германии. Мы задавали такой же вопрос польским янтарщикам. Но они у нас спросили: кто будет это считать? Почему вы слышите такие большие цифры: 1 миллиард? Поляки завышают цифру для того, чтобы получить помощь от своего государства и Евросоюза. У нас она завышается потому, что в Москве никто не будет заниматься нашими проблемами, если мы назовем реальные обороты. А миллиард — это солидно. «Миллиард? О, миллиард — давайте слушать», — такова логика участников всевозможных обсуждений. Вот из этого и выходят дутые цифры.

В.С.: Все эти цифры недоказуемы. Я вам говорю: 200 миллионов, а правительство может придумать свою методику и насчитать 500. Причем миллиардов. Евро. И никто ничего не докажет.

Под эти цифры и пытаются получить деньги на программы, Диснейленды, строительство жилых поселков. Но вот они — люди! Живут в поселке в обнищавших потертых домах. Вложи сюда деньги, дай им беспроцентные кредиты и потребуй от них увеличения поступлений налогов, повышения производительности труда. Зачем новое-то строить? А потому что удобней украсть. Там, где копается котлован, лучше всего закапывать деньги.

Более того, даже те, кто приедет к нам в область и попытается купить с два десятка сувениров из янтаря и вывезти в области в подарок родственникам-друзьям, он просто не сможет этого сделать. Он не увезет товар без сертификата, который я должен буду ему оформить. Не может мелкий предприниматель приехать, купить с десяток-другой украшений для своей маленькой ювелирной лавки на выставке и уехать. Ему нужно оставаться здесь, жить несколько дней в гостинице, ждать пока я оформлю сертификат. Поэтому на наши выставки покупатели и не приезжают, а сами выставки — хиреют, превращаются в междусобойчики. Они не имеют никакого экономического смысла. Вот вторая глобальнейшая проблема.

yantar_12.jpg— Я правильно вас понимаю, что сейчас стратегия развития отрасли строится, грубо говоря, на реформировании комбината и привлечении иностранных специалистов, тогда как ни ситуация на комбинате, ни кадровые вопросы, по факту, не составляют проблемы?

В.С.: Абсолютно правильно. Смотрите, вся проблема с сырьем в том, что не хватает крупного камня. Его не хватает в принципе. Да, сейчас комбинат — монополист, и мы от него зависим. И при пришлом губернаторе речь шла о создании компании — альтернативного добытчика камня. На Украине уже открыли такие карьеры, о которых мы говорили с Георгием Валентиновичем. Но эту идею о создании альтернативной компании нынешнее правительство области рубит на корню, сосредотачивая усилия на одном янтарном комбинате. Георгий же Валентинович включил в свою программу пункт «создание альтернативной добычи».

Мы уже с правительством области судимся. Союз, купивший землю, хочет получить лицензию на добычу янтаря на ней. Аукцион, который должен был быть объявлен, отменили без объяснения причин. Здесь непонятная политика в правительстве Калининградской области. Во-первых, люди на комбинате не хотят переходить в подчинение областному правительству. Во-вторых, мы купили землю у «Автотора» и хотим добывать на ней янтарь. Законно добывать, но нам не дают. Впрочем, я не удивлюсь, если губернатор откажется от судов с нами так же, как отказался от своих прежних идей о приватизации комбината. Может быть, прочтет интервью, да еще и скажет, что его неправильно поняли по поводу привлечения польских-литовских-китайских ювелиров. Все может быть.

Знаете, пока в правительстве будут решаться частные, личные интересы, а не дела государевы, мы особых изменений не ждем. Мы просто не понимаем, чего ждать, когда за строчкой о поддержке янтарной отрасли стоят суды за землю с переработчиками, строительство жилья и привоз поляков-литовцев и что-то еще. Может быть, тогда вообще имеет смысл менять губернатора, чтобы пришел тот, кто нас понимал? Боос же научился нас понимать! Он нам помогал, но в ответ и требовал: мы зарплаты подняли так, что средняя официальная с 4 тысяч увеличилась до 15 тысяч рублей, требовал участия в выставках — мы участвовали. А сейчас разговор идет совсем в другой плоскости: кого-то привезем, кому-то что-то дадим, кому-то поможем. Для чего? Чтобы нас совсем зарыть в могилу?

Комментарии к новости

Государство спонтанных покупок

Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, почему нельзя обсуждать наследие ЧМ без Дома Советов.