Майнинг на хайпе: как работает добыча криптовалют в Калининграде

Фото — Виталий Невар, «Новый Калининград»
Все новости по теме: Банки и финансы

Майнинг в Калининграде стал интересен для бизнесменов из традиционных отраслей и популярен в среде калининградского чиновничества. Но есть ряд ограничений, которые не позволяют ему динамично развиваться. «Новый Калининград» рассказывает, как устроено самое модное на сегодня увлечение правительства молодых технократов и что мешает ему «взлететь».

После слов первого вице-премьера Правительства РФ Игоря Шувалова о том, что Владимир Путин «заболел» блокчейном, калининградские чиновники подхватили вирус майнинга. Сначала вице-премьер областного правительства Александр Шендерюк-Жидков заявил о возможном предоставлении льгот резидентам калининградской Особой экономической зоны майнерам, а потом губернатор Антон Алиханов сообщил о создании в области в течение двух лет майнинговой долины. Причем финансировать часть строительства должен «Сбербанк».

Блокчейн и майнинг — явления родственные, но не однотипные. Блокчейн — это перспективная технология распределенной записи информации, которая не позволяет вносить исправления. Внедрение данной технологии позволило бы повысить надежность финансовых операций за счет распределенного хранения информации по всей цепочке переводов специальной электронной валюты или криптовалюты. Для такой записи требуется большая вычислительная мощность. Поэтому эмитенты криптовалют, например биткоина, оплачивают своей валютой предоставление вычислительной мощности энтузиастам. Предоставление мощности своего компьютера в обмен на криптовалюту и называется майнингом.

Основной парадокс интереса калининградского правительства молодых технократов к майнингу состоит в том, что криптовалюты в России не имеют легального хождения. То есть обналичивать намайненную валюту и покупать на нее товары нельзя. Перспективы ее легализации также неясны. Подпольный статус данной деятельности исключает возможность налогообложения, а значит, майнинг не может считаться легальным бизнесом и при желании силовиков может быть объявлен незаконным предпринимательством. Кроме того, рынок криптовалют очень волатилен, поэтому сроки окупаемости конкретного проекта по «добыче» криптовалюты могут радикально меняться.

Железо и электричество

Себестоимость добычи криптовалют складывается из цены электричества и стоимости оборудования, в частности, видеокарт, которые лучше всего подходят для объемных вычислений. Калининградская область не является регионом с дешевым электричеством. Основным источником электроэнергии в области является ТЭЦ-2. Она генерирует электричество из газа, поступающего в область по газопроводу через территории Белоруссии и Литвы. В других регионах есть более дешевые способы добычи электроэнергии или просто установлены низкие тарифы.

В Калининградской области тариф на электричество для населения составляет 3,9 руб./кВтч. В Иркутской области — 1 руб./кВтч. В Крыму — 2,4 руб./кВтч. В Мурманской области, где есть атомная электростанция, — 2,7 руб./кВтч. В Калининграде тарифы на электричество выше даже, чем в инновационном Татарстане (3,6 руб./кВтч). Тем не менее в Калининграде майнить все-таки выгоднее, чем в Москве, где электричество стоит почти на 40% дороже, чем в Калининграде.

Легализация майнинга и выход на промышленные объемы приведет калининградских криптоэнтузиастов к значительному увеличению себестоимости. Промышленные потребители на низком напряжении платят в полтора раза больше населения, на среднем напряжении — на 15% дороже.

«Майнят у нас, потому что Европа рядом и цены на оборудование ниже московских в полтора раза», — объясняет калининградский торговец оборудованием для майнинговых ферм Фейруз Иманов. 

Иногда можно добиться хорошего результата благодаря правильному подбору оборудования. «Не всегда видеокарта за 40 тыс. руб. приносит больше, чем видеокарта за 25 тыс. руб. Например, одна видеокарта стоит 41 тыс. руб., и ее эффективность 32 мегахэша на алгоритме эфира, а другая, за 30 тыс. руб., выдает 31 мегахэш, но вторые карты гораздо сложнее найти», — говорит собеседник «Нового Калининграда».

От месяца до бесконечности

Главное, что волнует любого начинающего майнера — это окупаемость его манинговой фермы. Стоимость криптовалют колеблется на десятки процентов, поэтому сроки окупаемости постоянно меняются. В среднем окупить одну майнинговую ферму на видеокартах можно за 10–12 месяцев. В январе на пике роста криптовалют окупаемость одной фермы приблизилась к двум месяцам, однако, когда курсы рухнули, она опять значительно выросла. «Ты спрашивал, почему майнят. А какой банк даст 100% годовых?» — говорит человек, работающий с оборудованием для майнинга.

Криптовалюты — это очень спекулятивный рынок, в котором все привязано к рыночной конъюнктуре и силе веры аудитории в будущее подобных валют. «Все дело в том, что если завтра, допустим, цена на криптовалюты рухнет, то майнинг может стать не столь выгодным занятием. Люди начнут распродавать оборудование для майнинга за копейки, и очень вероятна возможность потерять большую часть вложений. Все сводится к рынку, если он будет расти — это будет выгодно», — рассуждает другой собеседник «Нового Калининграда», связанный с отраслью майнинга.

Самая большая майнинговая ферма в Калининградской области, о которой знают собеседники «Нового Калининграда», составляет 2 тысячи видеокарт. Затраты только на оборудование, если аналогичный объект сейчас создавать с нуля, составили был порядка 60 млн руб. Месторасположение крупных точек майнинга в Калининградской области участники рынка называть отказываются.

Это уже бизнес не только энтузиастов с манинговыми фермами в квартирах. Сейчас в него пошли деньги из состоявших с отраслей. «В майнинг с лета 2017-го пришло много строителей, янтарщиков и других бизнесменов с деньгами. И никто из них не сказал, что это пирамида или пузырь. Люди узнали о майнинге, посчитали и вполне осознанно пошли на риск», — говорит Фейруз Иманов.

Майнинг — это азартная деятельность. Человек, покупающий одну «ригу» (планка из 6–8 видеокарт) стоимостью 150–200 тыс. руб., как правило, в течение месяца приходит за еще одной-двумя ригами. Решения докупить оборудование начинающий майнер принимает, как только первый раз обналичит криптовалюту.

_NEV3393.jpg

Кэш будет, но это не точно

Легально обналичить криптовалюту в России сегодня затруднительно, поэтому стоимость услуг по обналичке достигает 15% суммы. Подпольный статус операций также увеличивает риск мошенничества.

Технически процесс обналичивания криптовалют выглядит так: человек на специальном сайте выбирает электронный обменник с приемлемым числом положительных отзывов в надежде, что ради нескольких сотен долларов обменник с несколькими тысячами отзывов не будет рисковать репутацией. Далее обменник сообщает номер электронного кошелька, на который необходимо перевести обмениваемое количество криптовалюты. Потом администратор обменника перечисляет на указанную заявителем карту российского банка наличные. При этом банк также возьмет комиссию за перевод. 

«Деньги на счет карты приходят обычно в течение 10–15 минут, но могут и в течение 12 часов. А могут и вовсе не прийти. Монетка отправляется обменнику, не имеющему конкретной привязки к компании, стране или человеку. Писать претензию некому и не на кого, так как крпитовалюта не имеет юридического статуса. Обменник — это просто сайт. Захочет кинуть, легко кинет», — рассказывает один из майнеров.

Большинство калининградских майнеров, с которыми поговорил «Новый Калининград», очень положительно относятся к идее легализации майнинга: они готовы платить налоги в обмен на безрискованный и недорогой вывод средств в кэш. «Те, кто давно в этой теме, ждут определенной позиции властей, чтоб понимать, в каком направлении развивать майнинг: строить майнинг-отель или закапываться под землю со своим оборудованием, — говорит майнер. — Нужно чтоб был вывод средств в реальные валюты не через подпольные обменники и не на западные счета, зарегистрированные в офшорах, а на счет «Сбербанка» и «Альфа-банка». Мы эту тему обсуждали с нашими клиентами, и все, кто в этой теме серьезно, ждут этого шага от властей. И было бы круто, если бы правительство выделяло площади с технической возможностью подключения майнеров: безопасность размещения, возможность получения стабильной мощности электросетей и лояльные цены на электричество».

С учетом рисков, которые несет майнинг его рентабельность не очень велика, рассуждает человек, делающий продукты на блокчейне. Легализация бизнеса означает большое снижение риска, а значит, рост рентабельности — и только этим на калининградский рынок можно привлечь серьезных инвесторов. «Юридический риск — один из самых серьезных. Никто не хочет, чтобы к нему пришли люди в форме и изъяли дорогое оборудование», — отмечает собеседник «Нового Калининграда».

От региональных властей в этом смысле едва ли что-то зависит. Заявления губернатора Антона Алиханова о строительстве манинговой долины рядом с новыми электростанциями звучат красиво до тех пор, пока речь не заходит об их стоимости. «Роснефтегаз» планирует вернуть инвестированные 100 млрд руб. Для этого, по подсчетам аналитика АКРА Натальи Пороховой, потребители на европейской части России, должны будут платить за калининградские электростанции дополнительно по 15 млрд руб. в год, что делает затруднительным радикальное снижение цен на электричество в Калининграде.

К заявлениям региональных властей на «хайповые» темы калининградцы привыкли. Построить DATA-центры и IT-кластер обещала еще команда губернатора Николая Цуканова. Ни один из подобных проектов не состоялся: мир в заявлениях чиновников и реальность устроены по-разному.

Текст: Вадим Хлебников

Комментарии к новости

Что осталось по наследству

Главный редактор «Нового Калининграда» Денис Туголуков о крахе надежд в отношении «Балтики».