Известное когда-то в Правдинском районе сельхозпредприятие тихо почило

Если хочешь попасть в контору хозяйства «Новая жизнь», не ищи «парадного» крыльца: здесь давно пользуются боковым входом. Впрочем, его тоже еще найти надо.

Мы спросили про дверь у двоих парней, что возле магазина с утра поправлялись пивком, так те вообще ни про какой колхоз не слышали. Между тем его контора находится аккурат за стенкой торговой точки.

- Да не ЗАО мы уже, нас практически нет, ликвидируемся, - отмахнулась от корреспондентов бухгалтер «Новой жизни» Надежда Кулешова, одиноко греющая руки у электрокамина в заброшенной конторской комнате. – Осталось нас – директор да я…

Бухгалтер занимается документацией, а директора Сергея Короткова в конторе застать не удалось.

- Где искать? Да не знаю, - пожала плечами Надежда Владимировна, - он мне не докладывает. По делам, наверное, где-то…

Какие дела могут быть у директора, которому вверено хозяйство практически уже не существующее, бухгалтер не уточнила. Но знающие люди подсказали, что если и увидим Короткова, то только на собрании акционеров, которое он определил провести 26 января.

Собственно, это собрание и должно решить вопрос о ликвидации акционерного общества. Выходит, поторопились с ликвидацией, если и решения на то нет?

- Решение было вынесено еще в сентябре, - проливает свет на ситуацию Виталий Садков – директор предприятия «Москвич-Янтарь». – Но по моему письму прокуратура опротестовала решение того собрания как неправомочное. На собрании не было кворума: вместо трех сотен пайщиков собралось менее тридцати. О каком решении тут можно вести речь?

Виталий Садков в «Новой жизни» не работал, но его родители отдали хозяйству много лет жизни. - Я вырос в Поречье, помню еще колхоз «Новая жизнь» - известное на всю область когда-то было хозяйство, пока за него не взялись...

Виталий Алексеевич считает, что ЗАО «Новая жизнь» стало банкротом не случайно.

- Здесь вначале избавились от земельных наделов, потом распродали имущество, технику, считай за бесценок восемь ферм на стройматериалы продали, коров в поселке Дальнее, где была бригада хозяйства, отправили на убой за день без малого девяносто голов. Резали прямо у ворот фермы, не стесняясь людей. Смотреть было больно.

Хозяйство могло и сегодня жить, давать работу не одной сотне сельчан, убежден Садков.

- А ликвидируют его, чтобы поставить точку в этой истории, - считает Виталий Алексеевич. – Потому и повестка собрания, которое должно состояться в ближайшую субботу, звучит странно. Первым вопросом общее положение дел в ЗАО решили рассмотреть. А вторым – «разное», это – о ликвидации.

У Садкова есть вопросы к ЗАО: от родителей ему перешли имущественные паи, но там тоже история запутанная: суммы очень уж сомнительные, считает Виталий Алексеевич. Не может быть, чтобы человек, проработавший практически всю жизнь в хозяйстве, получил на пай 8 тысяч рублей.

Жаль развалившийся колхоз и старожилу Поречья Виктору Иосифовичу Марченку, он начинал работать в нем пчеловодом в 1956 году, говорит, что тогда о его пасеке слава гремела на всю область.

- Нет колхоза - и люди начали бежать из села, - делится своими наблюдениями старый пасечник, - огороды забросили. Считай – через двор – пустошь… Чего уж тут хорошего.

Сам Виктор Иосифович, уходя из хозяйства, был человеком не бедным: земельные паи на двоих с супругой составляли 17 гектаров.

- Пришлось продать, - говорит пенсионер, - в колхозе (так он по привычке называет акционерное общество – ред.) нам сказали, что земля хозяйству не нужна, что хотите, то с ней и делайте. А я считаю, что это – умышленно, чтобы мы свои наделы продавали побыстрее…

Охотники купить паи по дешевке нашлись быстро.

- По 20 тысяч рублей за пай нам с женой дали, а другие продавали и того дешевле, - вспоминает свою коммерческую сделку дед Марченок. – Как вы думаете, та земля дороже стоила? Да чего уж, теперь не вернуть…

Некогда крупный сельскохозяйственный Правдинский район нынешние его жители называют спальным районом Калининграда. Более полутора тысяч правдинцев – из города и поселков - зарабатывают себе на жизнь в областном центре, а село потихоньку умирает. Как Поречье. А что в нем делать без работы?
Источник: Калининградская Правда

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.