Балтийская труба в украинских руках ( Зеркало недели, Украина)

Украина не должна пассивно относиться к российским транспортным проектам на Балтике, затрагивающим стратегические интересы государства. Речь идет, в частности, о Северно-Европейском газопроводе и намерениях России закрыть нефтепровод «Дружба», переведя транзит нефти на балтийские танкеры. Как выяснило «ЗН», Украина имеет возможность реально повлиять на блокирование этих проектов по экологическим причинам. Или, по крайней мере, затягивать процесс или шантажировать Москву использованием этого «оружия» в случае, если она прибегнет к очередным недружеским действиям в адрес своих соседей.

Чтобы официальный Киев мог высказать такие предостережения, а их рассмотрение стало обязательным для всех балтийских государств, Европейской комиссии и России, нужно немного. Достаточно лишь подписать и ратифицировать Хельсинкскую конвенцию по вопросам охраны среды Балтики, присоединиться к нескольким организациям балтийского сотрудничества, в которых уже давно ждут Украину, и начать реализовывать несколько экологических проектов. Этого достаточно, чтобы заставить Россию пересмотреть свои энергетическо-транспортные проекты, угрожающие украинской экономической безопасности, и одновременно открыть Украине новый путь к членству в структурах ЕС.

Как сообщало «ЗН» (№48 от 15 декабря 2007 года), Россия активно инвестирует в свои балтийские порты в районе Финского залива и нефтепроводы, соединяющие их с существующей трубопроводной инфраструктурой. Среди стратегических инвестиций — нефтеперевалочный комплекс в Приморске, где об экологии никто и не думает. Именно он должен перехватить большую часть транзита, сейчас проходящего по территории «непокорных» Беларуси, Украины и Польши.

Параллельно россияне договариваются с правительствами и бизнесом Балканского региона. Таким образом, приближается время создания южных звеньев транспортных коридоров в обход Украины. Если Москве удастся осуществить эти проекты, то примерно после 2013—1015 годов стратегическое транзитное расположение Украины, Беларуси, Польши и стран Балтии утратит свою актуальность, а энергетическая безопасность названных стран будет под вопросом.

Все это общеизвестные вещи. Однако на финишной прямой у России могут появиться значительно большие препятствия, о которых россияне пока предпочитают не задумываться. Российская уверенность в завоевании Балтийского региона все сильнее беспокоит скандинавов, которые еще два года назад не усматривали в этом угрозы. Резкое усиление интенсивности движения танкеров на Балтике всерьез волнует экологов. И это неудивительно: Балтика очень чувствительна и любая серьезная авария может повлечь за собой непоправимую экологическую катастрофу. Именно поэтому ІМО (Международная морская организация) придала Балтийскому морю статус особенно чувствительного объекта и ужесточает экологические требования относительно него.

Пока России прекрасно удается обходить эти регуляторные нормы, пользуясь вместе с тем щедрой финансовой поддержкой международных организаций, призванных охранять окружающую среду, да еще и расходовать эти деньги не по назначению. Но терпимость европейцев, похоже, не безгранична. Тем более что Москва с присущим ей превосходством отказывается признать особый статус Балтийского моря и не выполняет требований ІМО в своих территориальных водах и портах.

Однако не ІМО, а прежде всего балтийские интеграционные организации имеют реальное влияние на формирование основ совместного использования Балтики. Среди них едва ли не самой важной является HELCOM — Хельсинкская комиссия по вопросам охраны морской среды Балтийского моря и его бассейна. Эта организация, деятельность которой координируют финны, занимается выполнением положений одноименной Хельсинкской конвенции 1992 года, которую ратифицировали девять стран бассейна Балтики и Европейская комиссия. Если коротко, то именно HELCOM может ввести ограничения, которые перечеркнут российские планы перевести весь транзит нефти с «Дружбы» на танкеры.

И хотя никто и не скрывает, что дело носит прежде всего политический характер, но отнюдь не политическими аргументами можно обосновать такие ограничения. Все будет решено с использованием исключительно аргументов экологической безопасности и безопасности судоходства, а также эффективности выполнения взятых на себя обязательств в сфере экологии. А с этим у России дела идут не лучшим образом — несмотря на щедрую финансовую поддержку, эта страна является белой вороной во всех организациях балтийского сотрудничества, а предназначенные для экологических программ деньги часто куда-то исчезают. Развитые балтийские государства еще по инерции потакают Москве, надеясь, что такое поведение — проблема лишь переходного периода. Однако многим хочется сказать правду в глаза. Пока это еще будет выглядеть несколько неполиткорректно, но...

Между тем HELCOM — едва ли не единственная стратегически важная евроинтеграционная организация, в которой Украину уже сегодня хотели бы видеть в качестве полноценного члена. Ведь в сферу деятельности Хельсинкской комиссии входит охрана не только морских экосистем, но и среды всего бассейна Балтийского моря и даже близлежащих территорий. То есть также частей Львовщины и Волыни, расположенных в бассейне Сяна и Западного Буга. Без значительных инвестиций в экологические и очистительные технологии, систему раздельного сбора мусора, просветительские программы в двух западных областях Украины добиться поставленных HELCOM целей будет невозможно.

С другой стороны, улучшить состояние природной среды Западной Украины можно лишь совместными с международным сообществом усилиями, в том числе с использованием фондов правительства Швеции, ЕС, Норвежского финансового механизма и других. Средства на это есть, желание поделиться с Украиной скандинавским опытом — тоже. Теперь ответный шаг должен сделать Киев.

Статья 35 Хельсинкской конвенции четко определяет, как Украина может войти в этот клуб государств, способных упорядочить движение танкеров на Балтике: «Эта конвенция после ее воплощения в жизнь открыта для присоединения любого другого государства и региональной организации экономической интеграции, заинтересованных в реализации целей и задач этой конвенции, при условии, что это государство или организация будут приглашены всеми сторонами». Хельсинкская конвенция подлежит ратификации или утверждению, а все вопросы, связанные с ее принятием, украинское правительство должно выяснить с посольством Финляндии в Киеве. Именно это государство является депозитарием конвенции и координирует деятельность HELCOM, секретариат которой находится в Хельсинки.

Принятие Украиной Хельсинк­ской конвенции означало бы, что государство взяло на себя определенные обязательства по охране природной среды части Западной Украины, прежде всего Львовской и Волынской областей. Вместе с тем экологические проблемы этих двух областей автоматически стали бы общими проблемами всех стран и организаций — сторон конвенции, в том числе Европейского союза. Такая правовая ситуация открыла бы Украине путь к получению денег из более чем десяти фондов для финансирования интересных проектов. К тому же объем средств, которые таким образом могут прийти на Львовщину и Волынь, намного превышает имеющееся финансирование в рамках Европейской политики соседства. Главное — уметь использовать хотя бы небольшой процент этих средств, то есть прежде всего знать, какие именно фонды и что финансируют, и предложить хорошо разработанные проекты.

«Зеркало недели» выяснило, что в Западной Украине есть инвесторы, готовые хоть сегодня реализовывать интересные экологические проекты с привлечением скандинавских дотаций. Они заинтересованы в использовании новейшей технологии, разработанной украинскими учеными. Ноу-хау есть, желание тоже, не хватает лишь одного — финансовой поддержки.

Между тем во Львове, Эльблонге и Ольштыне (столице Варминско-Мазурского воеводства Польши) разработали предварительную схему, по которой можно было бы финансировать подобные мероприятия. Ведь пока Украина не входит в балтийские структуры и не присоединилась к Хельсинкской конвенции, понадобится посредничество страны, уже принимающей участие в этих структурах, в данном случае — Польши. Так что одну часть каждого проекта могли бы реализовывать в польском Эльблонге, где можно создать специальную экономическую зону (технопарк) для украинских предпринимателей (или в соседнем Моронге, который также участвует в этой инициативе), другую часть — на Львовщине или Волыни. Эти вопросы нужно урегулировать договорами о сотрудничестве, которые планируют заключить Варминско-Мазурское воеводство Польши и Львовская и Волынская области. Впрочем, уже после ратификации Украиной Хельсинкской конвенции получать такую помощь без польского посредничества станет намного проще.

Однако это не означает, что деньги потекут за Буг и Сян без какой-либо активности с украинской стороны. Главным же препятствием на этом пути может стать требование сделать взнос в размере в среднем 20% от стоимости проекта (с возможным снижением даже до 10%). Это и есть то, на чем тормозят россияне. В неофициальных разговорах скандинавы, сотрудничающие с ними, отмечают, что российская сторона часто ведет себя так, будто все ей и так принадлежит. То есть они воспринимают требование уплатить эти 20% как личное оскорбление — дескать, вы хотите, чтобы мы вам помогли защищать ВАШУ Балтику, да еще и какие-то деньги требуете? На самом же деле чистое Балтийское море — это также дело самих россиян, хотя в том же Калининграде или Санкт-Петербурге эту мысль пока воспринимают не слишком серьезно. Такое отношение пытаются прививать отдельные ученые и независимые общественные организации, однако не очень успешно, не находя поддержки в Кремле. Так что свое участие в HELCOM Россия считает чем-то вынужденным и необходимым лишь в случае, если за этим идут какие-то финансовые потоки. Действительно, функционирование сугубо европейских демократических схем международного сотрудничества в авторитарном государстве — это эксперимент, не оправдавший ожиданий балтийского сообщества.

Именно поэтому переговорная позиция России в HELCOM и других организациях балтийской интеграции очень слабая. Следовательно, возможность блокирования Россией украинского членства в балтийских организациях при одобрении его всеми другими партнерами — практически нулевая. Такое отношение России вызвало бы сокрушительную критику со стороны скандинавских грантодателей и благосклонных к Украине Литвы, Латвии, Эстонии, Польши и Швеции. Так что о возможном вступлении Украины в «балтийский клуб» следует говорить прежде всего со шведами, финнами и датчанами, играющими в нем ведущую роль, а также с немцами, которые теоретически могли бы поддержать российское сопротивление. Оно обязательно возникнет, однако никто, кроме немцев, на него всерьез не будет обращать внимания.

Вскоре у Украины может появиться еще один весомый аргумент в пользу участия в балтийских интеграционных организациях. Речь идет о будущем украинском портово-экономическом комплексе и балтийском флоте в польском Эльблонге. Имея собственный балтийский порт и флот, Украина станет безусловно балтийским государством, которое будет иметь право участвовать в принятии решений относительно Балтики. Конечно, в этом случае Киев сможет использовать не политические, а экологические аргументы для защиты своих национальных интересов.

Чтобы Украина получила мандат для такого «экологического шантажа», она должна доказать, что о состоянии морской среды Балтики заботится больше, чем Россия. Учитывая уровень экологической культуры северного соседа, это будет нетрудно сделать. Достаточно, объединив «балтийские» усилия, осуществить два-три крупных проекта в бассейне Буга или Сяна, чтобы создать имидж страны, внесшей значительный вклад в улучшение состояния Балтийского моря. Создание современного фильтрационного поля для сточных вод во Львове, которые сейчас без очищения попадают в Полтву, внедрение во Львове же системы раздельного сбора мусора и решение экологических проблем, связанных с добычей угля в Червонограде и Нововолынске, внедрение рациональной системы сельского хозяйства на Волыни — это задачи, требующие первоочередного решения. Для местных бюджетов Львовской и Волынской областей эти проблемы настолько серьезные, что для их решения невозможно изыскать даже 20% стоимости проектов как собственный взнос (остальные 80% профинансировали бы скандинавы и ЕС). Однако для государственного бюджета Украины эта сумма не такая уж и большая. Тем более что стратегическая польза для государства была бы неоценимой. Через Балтику к европейским структурам — это вызов, на который Украина должна ответить в ближайшие месяцы. И это путь, который благодаря удачно складывающимся обстоятельствам вполне реально преодолеть.
***

Для ознакомления общественности с деталями балтийского сотрудничества появился информационный проект «Балтийская Украина». Балтийская интеграция может принести так много пользы нашей стране, что нельзя позволить себе не уделять надлежащего внимания информационной кампании. Поэтому «Зеркало недели» будет участвовать в создании сайта www.baltic-ukraine.com, который должен помочь наладить полезные связи украинских юридических лиц, общественных объединений и учреждений с балтийскими партнерами. Сейчас сайт находится в стадии разработки, а в полную силу заработает весной 2008 года (где-то с апреля).

Однако уже сейчас можно присылать в адрес координатора инициативы «Балтийская Украина» — Управления морского порта Эльблонг (baltic.ukraine@gmail.com) материалы на эту тему. На очереди — анализ информации об экологических проблемах Львовщины и Волыни с целью определения объемов будущих проектов, которые можно было бы реализовать в рамках балтийского сотрудничества.

Целью инициативы «Балтийская Украина» является также ликвидация «бархатного занавеса», появившегося на западных границах Украины. Наша страна до тех пор не станет интегральной частью Балтийского региона, пока пересечения ее границы с балтийской Польшей приходится ждать по десять с лишним часов в ужасных условиях, а контрабандистам получить визы легче, чем честным людям. Эти проблемы можно начать решать уже сегодня в рамках политики соседства с ЕС, не дожидаясь интеграции Украины в структуры Евросоюза.
Источник: Зеркало недели

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.