Глава «Лукойл-КМН»: в районе Куликово нефть есть, начать добычу планируется через 7 лет

Весной 2014 года в море около Балтийска появилась буровая установка, которая в мае перебазировалась в район пос. Куликово, а в конце августа — к Зеленоградску. Удалось ли с помощью установки найти нефть, когда местные нефтяники намерены начать её полноценную добычу, рассказал в интервью «Новому Калининграду.Ru» генеральный директор ООО «Лукойл-Калининградморнефть» Юрий Кесслер.

«Арктическая» ведёт разведку

ustanovka_1.jpg

— Юрий Александрович, что за платформа стоит в море около Зеленоградска?

— Плавучая самоподъемная буровая установка «Арктическая», владелец — ООО «Газфлот». По контракту, заключенному в 2013 году с «Лукойл-Калининградморнефть», осуществляет бурение разведочных скважин на шельфе Балтийского моря. Таким образом мы исполняем лицензию, выданную нам в 2006 году Федеральным агентством по недропользованию, на поиски залежей полезных ископаемых. Лицензия называется «Шельф Балтийского моря. „Российский сектор“». В ней перечислено, где и в какой срок мы должны пробурить, иначе она у нас будет изъята, и мы еще будем органами надзорными оштрафованы за неисполнение лицензионных соглашений.

Одним из условий соглашений было именно применение буровой установки российского производства. У нас было продление лицензии до 31 декабря 2016 года, поскольку «Арктическая» на заводе «Звёздочка» в Северодвинске долго строилась, потом проходила ходовые испытания в Мурманске. Мы с 2013 года отсрочили начало бурения и начали бурить только в мае 2014 года.

— «Арктическую» достроили в прошлом году?

— СПБУ «Арктическая» была построена в 2012 году в соответствии со всеми международными и российскими требованиями. Но мы организовывали надзорные проверки, несколько раз наши специалисты выезжали, обследовали, делали уточнения. В части, например, того, что у самой «Арктической» отсутствовал нулевой сброс, то есть подразумевался сброс всех технических жидкостей в море. Но по нашему настоянию они её дорабатывали в течение полугода. Теперь она является в этом отношении неким подобием нашей платформы «Д-6», которая установлена на «Кравцовском», с нулевым сбросом, всё вывозится на берег и утилизируется на очистных сооружениях.

— Это единственная такая установка в России?

— Нет, у других структур есть такие установки. Вот «Приразломная», вы, наверное, слышали о ней — её с полгода назад «Гринпис» атаковал. К сожалению, «Кольская» при перегоне на Сахалин затонула. Есть ещё на Чёрном море, но сейчас без работы стоит, потому что такие события на Украине случились. Но мы ждали «Арктическую». Она у нас закончит бурение, и у «Газфлота» есть намерение перегнать её на Дальний Восток, на Сахалин и там применить в работе. Они же её для себя строили, а не для нас.

— Она у нас появилась в мае?

— Да, она пришла в мае, стояла на внешнем рейде в Балтийске. 1 мая её ещё не разгружали даже. Потом разгрузили, осуществили перегон на точку Д-29 (в районе пос. Куликово — прим. «Нового Калининграда.Ru»). 14 мая мы провели пусковую комиссию, потом они осуществляли тестирование оборудования, приборов, навигации, всего, что необходимо при бурении. И 30 мая начали бурить на Д-29 разведочную скважину, которую закончили 16 августа. Ликвидировали скважину, согласно планам по ликвидации, согласованным Ростехнадзором. И перепозиционировали, сделали сдвижку на Д-41 (в районе Зеленоградска — прим. «Нового Калининграда.Ru»), начали бурить вторую скважину. Сейчас платформа находится на расстоянии 3,2 мили от берега (около 6 км — прим. «Нового Калининграда.Ru»).

— Ощущение складывается, что она очень близко к пляжу.

— Потому что у неё размеры приличные. На ней работают 86 человек, начиная от бурового персонала, матросов, медиков, вместе с капитаном, начальником платформы.

— Когда закончат бурить на Д-41 в районе Зеленоградска?

— Мы планируем, что месяца за 2–2,5 закончим. Перед нами такие задачи поставлены. Да, первую скважину на Д-29 мы бурили дольше, потому что там была отладка, настройка. Сегодня механизмы отлажены, коллектив буровой сработался, только бури и бури, никаких проблем нет.

— Через 2 месяца она перебазируется в другое место?

— Да, на участок Д-33.

— Судя по карте, этот участок далеко в море, но недалеко от границы с Литвой. Вы не опасаетесь, что появлением там буровой платформы может вызвать негативную реакцию соседей, особенно если учесть не самую хорошую геополитическую ситуацию, которая сейчас складывается?

— Мы им сообщили. И ХЕЛКОМ (Хельсинкская комиссия по защите морской среды Балтийского моря — прим. «Нового Калининграда.Ru»), и всех, кого положено, предупредили. У нас все разрешения есть, от Балтфлота, в том числе.

«Есть там нефть. Сейчас запасы считают»

kessler.jpg

— Сейчас эта установка проводит разведку, бурит скважины. Если нефть найдёте, что будет дальше?

— Во-первых, это должно подтвердиться керном (пробами — прим. «Нового Калининграда.Ru»), который мы извлечём. Во-вторых, испытанием скважины на нефть. Мы должны понять, что это наша кембрийская нефть, её состав. Отберём пробы, отправим так же, как и керн, в институт в Волгоград на исследования. Институт на основании керна и различного геофизического материала посчитает запасы. На основании этой оценки будем обращаться в Правительство РФ, Федеральное агентство по недропользованию с запросом на добычную лицензию, потому что пока у нас лицензия только на разведку.

— Вы закончили разведку участка на Д-29. Когда будут известны результаты, есть ли там нефть?

— Есть там нефть. Сейчас запасы считают. По нашим скромным подсчётам, там 2 млн извлекаемых запасов, но это должен подтвердить институт.

— Если федеральное Правительство даст вам лицензию на добычу нефти, там будет устанавливаться нефтедобывающая платформа?

— Строиться. Какого она будет вида? Это решение должен институт предложить при проектировании.

— Участок Д-29, где «Арктическая» стояла в июле — это напротив Куликово?

— Они все напротив Куликово. Она стояла посередине примерно между Д-6 и берегом.

— Но там ведь игорная зона планируется?

— И что? Разве что-то чему-то мешает? Д-29 посередине — это где-то 10,5 миль. Платформа Д-6 у нас от Куршской косы на расстоянии 22 км, от берега — 46 км. Тут получается 23 км от берега.

— Вы считаете, что мешать не будет?

— Ну как она может помешать? Ну, стоит. Что дальше-то? Как стоят суда на рейде. И внешний вид у «Арктической» красивый, а нефтедобывающая платформа не хуже будет. Ну и, кроме того, как люди относятся к тому, что это дополнительные рабочие места, налоги в бюджет области?

— Насколько увеличатся объемы налогов, число рабочих мест, если вы начнёте добычу?

— Это нужно считать.

— Но мы слышали от минфина области, что ваше предприятие снижает налоговые отчисления в региональный бюджет.

— Это верно. Сегодня снижает. Потому что падает добыча. И чтобы эти налоги поднять, вернуть на прежний уровень, когда «Лукойл-Калининградморнефть» в 2005–2006 годах был основным налогоплательщиком Калининградской области, для этого нужно эти месторождения бурить и открывать. Тогда будут налоги.

— По вашим планам, когда должно начаться строительство добывающих платформ?

— В 2017 году. Добыча — в 2021 году. Как сложится, пока трудно сказать, это от многих факторов зависит. Разработки проектов, нужно Главгосэкспертизу пройти, а это целый год. Экологическую экспертизу, общественные слушания… Это всё мы проходим! И сейчас проходили, перед тем, как бурить разведочные скважины. Полтора года во всех инстанциях согласовывали, общественные слушания проводили.

— Разведку согласовывали?

— Абсолютно верно, да. А какая разница — мы всё равно занимаемся бурением, строительством скважины.

— Есть такой вариант, что федеральное Правительство может отказать?

— Есть. Но у нас сегодня на рассмотрение в Госдуму внесён законопроект, позволяющий получать добычные лицензии компаниям, которые ведут разведку на шельфе.

— На сегодня ситуация такая, что ещё и не вы можете претендовать на добычу?

— На сегодняшний момент именно так — мы должны будем создать совместное предприятие с государством, где 51% структуры будет государственным, 49% — наши. Но могут с нами вообще ничего не создавать, а отдать другим структурам. Таково нынешнее законодательство.

«Если мы будем всего бояться, то не будем восстанавливать сырьевую базу, к чему призывает Правительство РФ»

ustanovka_2.jpg

— Не хотите возить экскурсии на «Арктическую»?

— Это опасный производственный объект, и экскурсии на него запрещены. Возможно, что мы и пригласим прессу, чтобы она посмотрела на её работу. Но это нужно будет останавливать процесс бурения, процесс погрузки-разгрузки судов, которые завозят оборудование. Просто придётся остановить работу.

— Не опасаетесь, что «Гринпис» заинтересуется платформой?

— У нас есть судно, которое несёт там дежурство. Буквально на прошлой неделе двое на катере подплывали к установке, пытались там что-то фотографировать. Их попросили удалиться. Что касается «Гринписа»… Если мы будем всего бояться, то не будем разрабатывать месторождения, не будем искать, не будем восстанавливать сырьевую базу, к чему призывает наше Правительство РФ и, более того, пытается стимулировать нефтедобычный сектор и компании, чтобы они более активно занимались разведкой.

— По одной из версий, землетрясение в 2004 году произошло в Калининградской области, потому что здесь добывают нефть.

— Нет, добыча нефти не была причиной землетрясения. Можете спросить у геологов.

Текст — Оксана МАЙТАКОВА, фото Юрия Кесслера предоставлено компанией «Лукойл-Калининградморнефть», фото буровой установки — из архива редакции

Текст: Оксана Майтакова

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.