Сроки вступления России в ВТО зависят от того, как быстро Россия ответит на энергетический ультиматум ЕС. Пока вопрос решается в Брюсселе, в Женеве, ждут отмашки. С места ...

Вчера на переговорах о присоединении России к Всемирной торговой организации закончился наконец измотавший всех и вся ликбез, то положение, когда Россия вынуждена была объяснять всему миру, почему ее экономика устроена так, а не иначе. Российская делегация стала наконец обсуждать то, как будет выглядеть наша экономика после присоединения.

Это финишная прямая. Длина прямой зависит от того, как быстро Россия ответит на энергетический ультиматум ЕС, главный пункт которого - сделать российские газ и энергию такими же дорогими, как во всем мире. Но вопрос решается в Брюсселе, а в Женеве ждут отмашки.

- Энергетический пакет - предмет двусторонних переговоров России с ЕС, - пояснил корреспонденту "РГ" руководитель российской делегации Максим Медведков. - Только ЕС предъявляет нам такие требования. Поэтому мы должны сначала договориться с Евросоюзом, а потом обсуждать это в Женеве.

Но отдельные элементы энергопакета встроены в чисто ВТОшные вопросы, так что о пакете в Женеве вчера все-таки заговорили. Например, о продаже газа "по дешевке" в страны СНГ. Россия полагает, что здесь все законно: поскольку та же Украина физически не может платить за газ, как Германия, рынок и формирует для нее посильную цену.

Несовпадение позиций налицо, но в кулуарах впервые заговорили об энергетике не как о тупике, а как о предмете реального торга. Причина: требования ЕС, казавшиеся абсурдными, трансформировались во вполне логичные. ЕС не намерен вмешиваться в нашу будущую реформу газовой отрасли. ЕС не ставит под сомнение суверенное право России распоряжаться своими недрами. Все свелось к понятной формуле: дайте гарантии надежности (газ будет всегда) и безопасности (ветхие российские трубы справятся с нагрузкой) ваших газовых поставок. Для чего Европа и просит право самой прокладывать трубопроводы в нашей стране. Другое дело, что Россия считает себя обделенной - нам-то в Европе строить не разрешают. Возможен ли обмен: скажем, они отказываются от энергопакета, а мы освобождаем банковский или иной рынок? Официальная позиция - этого не будет, и трубу не будут увязывать ни с банками, ни с аграриями, ни с Калининградом. Но в этом вопросе пока много непонятного.

Вообще как Калининград стал символом того, как плохо быть вне ВТО. Если бы Россия присоединилась к ВТО до 1 мая, до дня расширения Евросоюза, мы бы спокойно получили от ЕС положенные компенсации. Вне ВТО мы можем о них только просить, но не требовать. Впрочем, по неофициальной пока информации, в конце апреля будет объявлено, что с 1 мая транзит в Калининград станет проще и дешевле, чем сейчас. Вслух об этом не говорят: переговоры в разгаре, а там - свои интриги.

Итак, без каких-то громких хлопаний дверью и истерических сцен процесс присоединения к ВТО на глазах начинает устаканиваться. Но должна же быть ложка дегтя. Под вопросом оказался статус главного переговорщика - Максима Медведкова, заместителя министра экономического развития и торговли. В эти дни в Правительстве идет дискуссия, сколько замов должно быть у министров. И если Грефу ограничат их число одним или двумя, Медведков замом больше не будет.

Снять его с переговоров физически нельзя - партнеры реагируют только на него, да и кто в состоянии быстро выучить пару тысяч страниц текста, которые Медведков держит в голове? Теоретически ВТО не интересуется должностью главного переговорщика. Но руководитель американской делегации, например, почему-то ходит в ранге министра и подчиняется президенту. Причина проста: от переговорщика ждут, что он по своему служебному положению может гарантировать то, под чем подписывается. Вот такая загогулина получается в самый неподходящий момент.
Источник: Российская газета

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.