Стояние на реке Преголе

Впрочем, налоговые льготы заслуживают специального обсуждения. Как было показано выше, объем этих льгот, по проекту Шувалова, весьма серьезен. Однако, по словам Григория Бунатяна, "гарантирование инвесторам широкого набора льгот уязвимо с точки зрения разделения компетенций между федеральным, региональным и муниципальным уровнями власти. Правительство сможет предоставить инвесторам

льготы только в рамках федеральной составляющей налоговых платежей. Получение участниками ОЭЗ всего объема преференций, предусмотренного в рекомендациях, требует заключения пакетного соглашения с администрацией области и муниципалитетами. Из проекта я не вижу, чем региональные и муниципальные власти будут мотивированы к таким соглашениям". От себя добавим, что проблема мотивации серьезна: региональная власть не является сторонницей реформирования Зоны, поэтому вероятность достижения консенсуса по вопросу льгот далеко не очевидна.

Продолжая мысль об участниках ОЭЗ, Бунатян говорит, что "мировая, да и российская практика показывает: налоговые льготы, особенно в части налога на прибыль, не являются приоритетом для крупных инвесторов. Для них прежде всего важен очень высокий уровень государственных гарантий того, что экономические условия останутся неизменными на весь срок реализации проекта. Кроме того, существенны такие формы поддержки, как льготы по использованию ресурсов и инфраструктуры. Указанные сферы затронуты в проекте, но опять же требуют создания дополнительных механизмов, потому что связаны с компетенцией региональных и местных властей. В общем, задачу подготовки универсального закона прямого действия, которая ставилась изначально, реализовать пока не удалось". По большому счету, компаниям, инвестирующим более 10 млн долларов, не слишком нужна и административная поддержка на уровне региона - они достаточно богаты, чтобы быстро преодолеть бюрократические барьеры. Эти барьеры крайне сложны для мелкого и среднего бизнеса, помощь которому в проекте затронута только вскользь. Таким образом, нельзя говорить, что потенциальный закон изменит в лучшую сторону деловой климат в области.

В сухом остатке - незначительный объем не очень нужных инвесторам льгот и декларация федеральной властью своего желания, чтобы на территорию региона приходил отечественный бизнес, настроенный не на "склейку - сборку", а на серьезную деятельность. А также - обещание поддержки этого бизнеса со стороны правительства, если потребуется. Политические декларации имеют определенное значение, и, возможно, какие-то новые инвесторы в Калининграде появятся, однако, по общему мнению, их не будет много - в силу неразвитости областной инфраструктуры и ряда других причин.
Без заказа

Внимание к области, которое активно проявляла федеральная власть в минувшем году, было обусловлено во многом тем, что решение калининградской проблемы значилось в числе основных приоритетов Владимира Путина. Подготовкой законопроекта и возникшей в связи с этим широкой дискуссией администрация Президента и правительство показали, что за словом главы государства следует некое дело. Кроме того, в случае принятия закона в редакции группы Шувалова власть федерального центра в Калининграде, безусловно, укрепится - выше говорилось о трехступенчатой модели управления Особой зоной. Таким образом, основные задачи, поставленные Москвой, выполнены. Для регионального бизнеса, конечно, будет неприятно, если ослабнут полномочия областной администрации, к которой он привык, и живет с ней, в общем-то, мирно. Однако на фоне решения главной проблемы - сохранения таможенных льгот - эта неприятность не является слишком существенной. В условном бою между областью и центром (впрочем, так и не перешедшем в активную фазу) достигнута ничья.

Когда появится новый политический заказ на решение проблем калининградской экономики и кто его может предъявить, пока неясно. Слова о Калининграде как президентском приоритете то появляются в выступлениях чиновников, то надолго из этих выступлений исчезают. Тем временем Россия уже одной ногой в ВТО, что означает повсеместное снижение и даже отмену ввозных пошлин. Пройдет некоторое время, и преференции Особой зоны автоматически исчезнут, бизнесу придется на равных конкурировать с российскими компаниями, к чему он явно не готов. Та или иная форма интеграции области с западной экономикой, возможно, является единственным способом решения проблемы (как отмечает Григорий Бунатян, "попытки интегрировать Калининград в далекое от него пространство России всегда будут наталкиваться на противоречия"). Однако интеграция представляется федеральному центру большей опасностью, чем угроза возникновения кризиса в регионе. И пока это так, все законопроекты в отношении ОЭЗ будут не более чем "сигналами".
Источник: Эксперт Северо-Запад

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.