Смена кадров, мошеннический бум и странный день календаря

Важные события вторника и не только: смена руководства Минобороны подтвердила чрезвычайный характер сложившейся в ведомстве ситуации; телефонное мошенничество продолжает процветать, руководство МВД винит в негативном отношении к полицейским журналистов, а календарный Франкенштейн в Калининграде, похоже, не прижился.

serd.jpgСмена кадров
Во вторник многие, очень многие профессиональные военные вздохнули с большим облегчением. Президент страны Владимир Путин сделал, мягко говоря, ожидаемый шаг — отправил в отставку министра обороны Анатолия Сердюкова. На этом посту его сменит Сергей Шойгу, недолго проработавший губернатором Московской области, а до того бессменно возглавлявший другое ключевое силовое ведомство — Министерство чрезвычайных ситуаций. Точнее даже будет сказать, создавший его с нуля в далёкие девяностые.

Несмотря на то, что Сердюков в последние годы (он возглавлял оборонное ведомство с 2007 года) стал неким козлом отпущения, похвала, которая прозвучала из уст премьер-министра Дмитрия Медведева во вторник, не выглядит формальной вежливостью. «Не все решения давались легко, не все решения были выполнены без ошибок, но серьезные реформы по-другому не проводятся», — заявил Медведев, комментируя отставку министра. В самом деле, реформа Вооружёных сил, разворот российской армии хотя бы частично в сторону профессионализма, а также программа перевооружения — масштабнейшие государственные преобразования. Результат их, конечно, можно будет оценить лишь спустя многие годы, а лучше бы, если практической оценки эффективности нашей армии и флота вообще никогда не случалось. Однако то, что, в отличие от декоративной реформы МВД, преобразования в Вооружённых силах носили реальный характер, является фактом.

Формальным поводом для отставки Анатолия Сердюкова, как известно, стала крайне неприятная ситуация со вполне гражданской компанией «Рособоронсервис». Одной из многих, созданных по инициативе министра при военном ведомстве с целью ведения хозяйственной деятельности. Политика перевода на аутсорсинг всего, кроме собственно подготовки военных специалистов была одной из ключевых составляющих проводимых Сердюковым реформ. Она вызывала понятные претензии со стороны собственно военных; как вполне объективные, так и крайне субъективные. Естественно, командирам было непривычно и неприятно переводить сложившийся десятилетиями уклад снабжения вверенных им соединений на новые рельсы. «Да что там эти гражданские понимают в вопросах снабжения», — такие упреки были и остаются постоянными. Наверняка имела место и коррупционная составляющая; вместе с появлением подрядчиков и субподрядчиков в штатском из войск исчезли легендарные прапорщики, способность которых нести с работы всё, что не прибито, а что прибито — отдирать и нести, воспета в анекдотах.

«Рособоронсервис», среди прочего, занимался реализацией высвобождаемого военного имущества. На этом и погорел — следствие обвиняет сотрудников компании в занижении цены объектов Минобороны и реализации их конкретным фирмам. В компании начались обыски, а в ходе следственных мероприятий в 13-комнатной квартире руководителя департамента имущественных отношений Минобороны Евгении Васильевой обнаружился, наряду с украшениями на миллионы долларов, и сам министр Сердюков, якобы живущий по соседству. Одна из версий, обсуждавшихся во вторник в различных политизированных СМИ и блогах, гласит, что именно скользкая история появления министра, являющегося, по совместительству, зятем близкого друга Путина, экс-премьера Виктора Зубкова, в квартире блондинки, стала окончательной точкой в оборонной карьере Сердюкова.

Подобную кадровую горячность, наводящую на мысли об излишней семейной составляющей в вопросах обороноспособности страны, можно было бы смело критиковать, если бы не некоторые нюансы. Вовсе не столичные, а местные, очень даже близкие калининградцам. Всего лишь менее месяца прошло с одного из крупнейших пожаров в новейшей истории города, когда вспыхнул, как спичка, деревянный склад на улице Белгородской. Также являвшийся объектом Минобороны, тем самым, выведенным из эксплуатации и никак толком не использовавшимся, да и не охранявшимся. Многометровые языки пламени повредили десятки припаркованных рядом машин, только благодаря счастливой случайности не загорелся расположенный поблизости многоквартирный дом. Полторы сотни лопнувших стеклопакетов городским властям пришлось спешно заменять за свой счёт. О том, как военное ведомство будет компенсировать затраты, пока толком ничего не слышно. А пепелище стоит вот уже месяц нетронутым, ликвидировать его теперь уже бывшие подчинённые Сердюкова не спешат. И слухи о том, что здание могло загореться не только лишь по причине недостаточной пожарной безопасности, не выглядят совсем уж недостоверными.

Ну а в тот же день, когда Владимир Путин отправил в отставку Анатолия Сердюкова, жители области узнали о том, что в Балтийске под воду ушёл корпус списанного сторожевого корабля Балтфлота «Неукротимый». Инцидент произошёл на выходных, по предварительным данным, причиной затопления «стала течь корпуса, вызванная коррозийными повреждениями». Корпус корабля был, как и многое другое имущество, выставлен на продажу. Рискну предположить, что цена этого военного имущества, затонувшего прямо у пирса, теперь может существенно снизиться.

Да и вообще, в Калининграде сложно пройти пару сотен метров, чтобы не натолкнуться на живые свидетельства «эффективности» управления имуществом Минобороны. Детские садики благополучно разрушаются, памятники архитектуры доводятся до состояния полной разрухи, огромные здания танковых частей стоят без дела, а на землях, которые могли бы использоваться под развитие важных для туристического потенциала региона проектов, таких, как «Рыбная деревня», чиновники оборонного ведомства сидят, как собака на сене. Что уж говорить о военных городках, которые в результате реформы военные покидают в режиме спецоперации, под покровом ночи, бросая зависящих от инфраструктуры мирных жителей на произвол судьбы. А губернатор Николай Цуканов узнаёт об этих марш-бросках от журналистов.

Обстановка в Министерстве обороны, что и говорить, чрезвычайная. На этом фоне назначение на должность министра специалиста по чрезвычайным ситуациям Сергея Шойгу выглядит крайне красноречивым. Впрочем, если подход его новых подчинённых к управлению имуществом не изменится, даже главному российскому спасателю вряд ли удастся ликвидировать эту ЧС.

Алексей МИЛОВАНОВ, главный редактор

mobil_4.jpgМошеннический бум
Во вторник пресс-служба регионального управления МВД сообщила об очередном печальном факте телефонного мошенничества. В полицию обратился 61-летний житель Калининграда, который рассказал, что ему по мобильному телефону позвонил молодой человек, представившийся племянником. Молодой человек сообщил, что у него возникли проблемы с правоохранительными органами, и ему срочно требуется помощь. Пенсионер почему-то поверил неизвестному мужчине и перечислил через терминал на некий абонентский номер 17,5 тысяч рублей. Вероятно, не стоит углубляться в размышления о том, почему пенсионер решил, что у «племянника» есть некоторые «проблемы» с правоохранительными структурами, требующие финансовых вливаний. Многочисленные новости об «оборотнях в погонях», вероятно, давно уже подорвали веру простого населения в честность всех без исключения сотрудников МВД, и не помогла эту веру вернуть даже реинкарнация милиции в полицию. Удивляет другое: почему пожилой мужчина до сих пор не понял, что нельзя доверять неким племянникам, звонящим с неизвестных номеров.

Подобные истории, меж тем, повторяются с завидной регулярностью. Буквально несколько дней назад в начале ноября следственный отдел полиции возбудил уголовное дело по факту мошенничества в отношении 79-летней жительницы Калининграда. Пенсионерка перевела на неизвестный телефонный номер 20 тысяч рублей через платежный терминал. Деньги требовались якобы за возмещение ущерба от ДТП, совершенного сыном пострадавшей. В начале августа 2012 года стало известно, что пожилая жительница Советска передала преступникам 120 тыс рублей. Также на уловку телефонных мошенников попалась 72-летняя калининградка, у которой выманили 90 тыс рублей. В Советске, правда, полиции удалось выйти на подозреваемого в мошенничестве, который приехал к очередной жертве за деньгами. Жертва, к счастью, оказалась информированной о подобных случаях мошенничества и позвонила в полицию. Но и мошенники становятся более изощренными, и предлагают теперь переводить деньги через платежные терминалы.

Возможно, что этот случай не заинтересовал бы меня, если бы не история, которая произошла буквально накануне. Мне тоже позвонил неизвестный молодой человек и плачущим голосом произнес: «Мам, я в полиции, мне нужна помощь». Учитывая, что у меня нет взрослого сына, а только дочь детсадовского возраста, звонок вызвал у меня смех, о чем я и сообщила мужчине «на том конце провода». Он бросил трубку, я «пробила» номер через интернет-поисковики и выяснила, что звонили с номера, зарегистрированного в Липецкой области. О том, чтобы обратиться в полицию, мысли не было. Однажды лет пять назад мне позвонили из «рекламной службы „Русского радио“» и сказали, что я выиграла мобильный телефон, но чтобы его получить, нужно перевести 2 тысячи рублей на определенный номер якобы «для активации» телефона. Я пообещала подумать и тут же перезвонила в полицию. «Понимаете, установить мошенников очень сложно — по нашим данным, это заключенные, которые отбывают сроки наказания в различных колониях. Люди „талантливые“ во всех отношениях, найти их невозможно — мобильные номера, с которых они звонят, „долго не живут“, да и зарегистрированы на людей, понятия не имеющих о том, что происходит, — рассказали мне в тогда еще милиции. — Кроме того, 2 тысячи рублей не считаются крупным ущербом, дело возбудить непросто». В милиции посоветовали проявлять бдительность и рассказывать о подобных историях как можно большему числу людей. Но с тех пор много что изменилось. Во-первых, мошенники перестали играть на извечном русском стремлении «к халяве» (бесплатные телефоны и прочее), а стали бить в больную точку — говорить о проблемах у родственников. Во-вторых, и аппетиты у них существенно возросли — доверчивые пенсионеры готовы отдать им даже свои «гробовые деньги», лишь бы спасти родных.

Кроме того, выяснилось, что не только пенсионеры могут попасть на эту удочку. Когда я рассказала о своей истории с неудавшимся сыном подруге, имеющий отпрыска-студента, она призналась, что, наверное, тоже могла бы поддаться на уловку мошенников из страха за ребенка. Вероятно, что не стоит в двадцать первый раз повторять о том, что не нужно «вестись» на удочку неизвестных людей, которые звонят по телефону и говорят о проблемах у родственников. Наверное, уже пора запустить социальную рекламу по телевидению и в газетах, чтобы объяснять обычным жителям нашей страны, как поступать в таких случаях и куда бежать. Ведь иногда обычный звонок сыну или племяннику может спасти ситуацию. Но у нас по-прежнему очень странные понятия о социальной рекламе. Почему-то принято считать, что огромный рекламный плакат на перекрестке Нарвской и Сибирякова, на котором страшными буквами написано «Скажи коррупции нет», заставит людей разувериться в том, что некие сотрудники правоохранительных органов берут взятки за то, чтобы урегулировать проблемы с их близкими людьми.

Оксана МАЙТАКОВА, старший корреспондент 

menty.jpgМВД и «зеркало»
Во всем виноваты журналисты — это давно известно чуть ли не каждому второму россиянину. Вот, например, согласно майскому опросу ВЦИОМ, 47% респондентов винят в формировании нетрадиционных сексуальных наклонностей у граждан (гомосексуализма, проще говоря) именно СМИ. А еще благодаря СМИ, по всей видимости, формируется негативное отношение к сотрудникам правоохранительных органов. Опроса такого ВЦИОМ пока не проводил, но руководство МВД настаивает на этой причине происходящих в полиции бед. «Можно бесконечно реформировать МВД, но без доверия населения толку не будет. Возврату этого доверия зачастую мешают недобросовестные журналисты, которые в погоне за сенсацией, не проверяя фактов, пишут гадости о полицейских. Руководство МВД теперь будет бороться с такими писаками», — заявил источник в этих самых правоохранительных органах газете «РБК daily».

Дело в том, что министр внутренних дел Владимир Колокольцев на днях подписал приказ, обязывающий всех полицейских руководителей начинать рабочий день с просмотра прессы и мониторинга интернета. Начальники отделов будут мониторить материалы в СМИ и, если что-то «не соответствует действительности», давать опровержение на официальном сайте. А еще начальству предписано «оказывать правовую помощь сотрудникам», проще говоря, предоставлять адвоката и все необходимые материалы для защиты в суде чести и достоинства, попранных всякими там писаками.

С такой позицией Колокольцева согласны многие сотрудники полиции, коих обижают журналисты, в том числе, председатель профсоюза правоохранительных органов и силовых структур Алексей Лобарев. «Пишут, что за рулем был полицейский, а выясняется, что он был в машине, но пассажиром, или пишут, что сотрудник виноват в ДТП, а на месте оказывается, что это пенсионер», — заметил председатель профсоюза.

То, что журналисты порой переворачивают информацию с ног на голову, объяснять никому не нужно. Но от такого непрофессионализма, скажем прямо, страдают не только служители закона, поэтому оставим эту тему для отдельного разбирательства. А вот с тем, насколько велика вина СМИ в формировании «негативного отношения к полицейским», можно долго спорить. Как говорится, нет дыма без огня. Ведь не журналисты виноваты в том, что в Казани сотрудники отдела полиции «Дальний» изнасиловали бутылкой из-под шампанского 52-летнего задержанного. Да и скандал с региональными полицейскими, из Черняховска, выбивавшими из мужчины признание в угоне автомобиля, получился не по журналистской воле. СМИ лишь вынесли сор из избы МВД, которое, несмотря на реформу, продолжает зарастать грязью.

При этом добрых новостей из полиции поступает крайне мало. Была, например, новость в апреле 2010 года про оперативника управления уголовного розыска областного УВД, который в одиночку дал отпор пятерым мужчинам, пытавшимся ограбить калининградское кафе. Но подобных сообщений — раз, два и обчелся. Зато в новостях про полицейских-нарушителей журналисты недостатка не испытывают. Сами правоохранители стараются создать соответствующий негативный контент, так что уж на зеркало пенять, коль рожа сами знаете какая?

Правильно заметил бывший следователь Андрей Скоробогатов, комментируя приказ министра, — «главное, чтобы руководители не переусердствовали и не превратили его реализацию в борьбу с ведьмами». Подзабыли наши правоохранители о своей профилактической функции, борются только со следствием, в то время как в большинстве случаев стоит лишь начать адекватно работать с представителями СМИ, и количество недостоверной информации уменьшится в разы. Пока же начальникам отделов придется мониторить результаты своих «я не буду комментировать», «у нас нет такой информации» и «направляйте официальный запрос».

Кстати, пару слов о скандале в Черняховске. На днях суд приступил к рассмотрению дела против полицейских, которые в апреле 2012 года избили мужчину. При этом, по данным суда, полицейские действовали «из ложно понятых интересов службы». Так вот лучше бы Владимир Колокольцев разъяснил своим подчиненным, что такое интересы службы и как им надо следовать. Глядишь, тогда бы и мнение о полиции в обществе начало меняться. В том числе, благодаря СМИ.

Мария БОЧКО, корреспондент


pol_flag.jpgСтранный день календаря
4 ноября вся страна в едином порыве отмечала государственный праздник «День народного единства». До сих пор, похоже, мало кто понимает, что это такое и с чем его едят. Раньше был всем понятный «День 7-го ноября, красный день календаря», значение которого втолковывали чуть ли не с яслей. В этот день по всей стране проходили демонстрации с флагами, цветами из бумаги, фанерными голубями и даже давали салют. А с 2005 года вместо этого, не очень политкорректного с точки зрения нынешних реалий, праздника россиянам предлагают поминать что-то очень древнее и крепко подзабытое — события 1612 года, когда народное ополчение под предводительством Минина и Пожарского освободило Москву от интервентов. При этом для отдельно взятого Калининграда, все еще являющегося неотъемлемой частью Российской Федерации, этот праздник тоже довольно неполиткорректен, с учетом нашего окружения. Ибо, как известно всякому из курса даже школьной истории, интервентами в те далекие годы были поляки.

И этот раздрай и сомнения, поддержанные нынешней свободой самовыражения, дали в Калининграде вполне закономерный результат. 4 ноября всякий мог принять участие сразу в двух маршах-демонстрациях: пройтись по Гвардейскому проспекту с властями разного калибра к мемориалу «1200 воинам-гвардейцам», где традиционно возлагаются цветы практически по любому поводу, или по Московскому проспекту к почти новоявленному Николаю Чудотворцу в оппозиционном «Русском марше».

И, похоже, ни одно из этих шествий ощутимого энтузиазма среди горожан не вызвало. В обоих случаях участниками были практически только те, кто обязан был там быть. В первом случае чиновники, священники и ветераны с негустой поддержкой членов семей, во втором — человек 150–200 с общегражданским характером.

Конечно, официальный праздник не ограничился одним памятником — на площади Победы традиционно давали бесплатный концерт. Оппозиционеры себе ничего подобного позволить не смогли и просто с миром разошлись. А вот в других городах страны оппозиция смогла добиться внимания не только немногочисленных зевак и полиции, но даже и депутатов Госдумы.

Кто его знает, что стало причиной такой пассивности калининградцев. Может, звание одного из самых сложных и оппозиционных городов России Калининград окончательно решил удерживать не с помощью массовых публичных мероприятий, а другими, парламентскими методами. Тем более, что погода у нас не очень-то располагает к каким-либо уличным мероприятиям. Да и сам праздник тоже как-то не зовет ни власть поддерживать, ни против власти протестовать. Похоже, попытка создать календарного монстра Франкенштейна не удалась.

Татьяна НОВОЖИЛОВА, корреспондент

Комментарии к новости

Государство спонтанных покупок

Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников о том, почему нельзя обсуждать наследие ЧМ без Дома Советов.