Бюрократический стопор, нельготная категория и забыли маленьких

Бюрократический стопор
Сегодня вдруг выяснилось, что административная машина в Калининграде работает не то чтобы как часы, а скорее — как двое часов. Каждые живут несколько своей жизнью и тикают невпопад, но все претендуют на точное время.

Депутаты горсовета решили понять, куда можно направить три с «хвостиком» миллиона рублей, что были сэкономлены после конкурса, который касался создания комплексной схемы развития общественного транспорта в областном центре. Победу на этом аукционе, как известно, одержала компания из Питера, понизив максимальную цену контракта с 26 млн рублей до 22,8 млн.

На обращение в мэрию пришел ответ из серии «мы не против, чтобы деньги пошли на развитие велосипедного движения». Однако на заседании депутатской транспортной комиссии неожиданно стало известно, что распоряжается деньгами один городской комитет — архитектуры и строительства, — а фактически они находятся «во владении» комитета городского хозяйства, у которого на эти миллионы совершенно другие планы. А именно: купить некую мультимашину, которая могла бы дорожные знаки мыть и деревья обрезать — за неимением такой техники первые сейчас стоят чумазые, а со вторыми горвласти справляются кое-как. По словам начальника отдела пассажирского транспорта и организации дорожного движения мэрии Калининграда Анатолия Кисиленко, покупка чудо-машины уже вроде как даже была согласована со всеми, включая мэра, а тут такие выкрутасы. Хорошо хоть, успели их заметить — а то проголосовал бы горсовет за велодорожки, не глядя.

Попутно вдруг стало понятно, что дорожки эти в городе создают все, кто угодно, кроме того, кто в конечном счете будет «выгодоприобретателем». А именно — «управления по борьбе с молодежью», как едко окрестил понятно какую городскую структуру депутат Александр Пятикоп: мол, техзадание пишут для него одни «старшие товарищи» (комитет городского хозяйства), строить велодорожки будут другие (комитет архитектуры и строительства), а почивать на лаврах станут те, кто формально отвечает за дела молодежные.

Если, конечно, будет повод. Пока, по мнению депутата и главы транспортной комиссии горсовета Сергея Донских, получается только уход от ответственности: в горадминистрации работа не согласована до такой степени, что при строительстве и ремонте дорог изначально не предусматриваются ни светофоры, ни «лежачие полицейские» — их ставят в лучшем случае после того, как подходы к мэрии оказываются завалены жалобами горожан. Ибо строительством и ремонтом дорог занимается комитет архитектуры и строительства, безопасностью дорожного движения — комитет городского хозяйства, а взаимодействовать между собой они не научились.

Именно так произошло в случае с перекрестком у «Бауцентра» на Сельме, где уже после того, как дорога была построена, а неподалеку — введены школа и детский сад, выяснилось, что «машины едут на большой скорости, а дети не успевают перебежать», поскольку светофора там нет. Как сообщил Донских, после дискуссии в горсовете было решено установить в данном месте «лежачего полицейского» — но для этого понадобилось, чтобы дети в течение долгого времени рисковали жизнями, а их родители таки забросали горадминистрацию возмущенными письмами.

При этом винить в сложившейся ситуации Госавтоинспекцию тоже было бы неправильно, считают в горсовете: мэрские чиновники направляют проекты реконструкции и строительства дорог к ней в последнюю очередь, когда все документы уже готовы, а строители стоят на обочинах с асфальтоукладчиками. В итоге «ГИБДД остается только подписать». Гаишники, конечно, могут и взбрыкнуть, но, понимая, что некое проектное бюро благополучно проделало всю работу в соответствии с полученным в горадминистрации техзаданием, времени уже ушла куча, а новая дорога все-таки безопаснее любой разбитой старой, делают это крайне редко. Как, например, это было с реконструкцией ул. Невского, в проекте которой изначально вообще не были предусмотрены левые повороты, и документацию пришлось переделывать «на ходу», в результате чего дорога вышла узкой, и на ней постоянные пробки.

С просьбой расписать порядок действий в случае с дорожными работами депутаты решили обратиться к главе Калининграда Александру Ярошуку. Заседание горсовета, на котором должно быть принято это обращение, намечено на середину июля. Сколько времени потребуется горвластям, чтобы «познакомить» работников одного мэрского комитета с другим, одному Богу известно. Сколько за этот срок в областном центре появится вот таких сырых проектов, которые изначально «заточены» под то, что кто-то будет рисковать, перебегая дорогу, — тоже. Но, наверное, когда-то надо с чего-то начинать.

Оксана ОШЕВСКАЯ, корреспондент

Нельготная категория
На последнем заседании весенней сессии Калининградской облдумы был поднят вопрос о том, почему жители региона, страдающие от диабета, перестали получать столь необходимые для них тест-полоски для того, чтобы измерять уровень сахара в крови. Для тех, кто не в курсе, специализированные медпорталы поясняют: диабетикам нужно практически перед каждым приемом пищи измерять уровень сахара, ведь для них это жизненно важно. Поэтому вопрос о необходимости полосок отпадает сам собой. 

Выдавать полоски перестали еще в начале этого года. По словам инициатора этого вопроса депутата Валерия Фролова, ранее они уже направляли запрос о сложившейся ситуации в региональный минздрав, однако ответа не получили. Ответ на заседании (на котором, к слову, присутствовал губернатор региона Николай Цуканов и сенатор Совета Федерации от Калининградской области Николай Власенко) дала и.о. министра здравоохранения региона Вероника Карташова.

Едва слышным в большом зале голосом она поведала вполне резонные, с точки зрения власти, аргументы. Если коротко — то федеральный закон исключил тест-полоски из перечня бесплатных лекарственных средств, поскольку они являются расходными материалами, а не медикаментами.   

К слову, нынешняя и.о. министра отмечает, что для диабетиков при медучреждениях созданы специальные кабинеты, в которых они могут проверить уровень сахара. Но, учитывая, что делать это нужно по несколько раз в день, страдающим этим заболеваниям проще сразу остаться на пмж в больнице.

То, что отмена этой льготы вполне ощутимо ударила по карманам тех, у кого в медкарточке стоит диагноз «диабет», можно понять при попытке уточнить цены на полоски — нижний порог начинается минимум с 500 рублей за 50 полосок. Учитывая, что проверять сахар медики рекомендуют несколько раз в день, можно примерно представить, сколько приходится тратить на самообеспечение столь необходимыми расходниками.

Это уже не первый кризис с тест-полосками, осложняющий и без того нелегкую жизнь больных диабетом. Так, в прошлом году из-за неполадок новой системы обеспечения льготников лекарствами тендер на закупку полосок для глюкометра не отыграли в нужные сроки, и пришлось объявлять торги заново. В результате из-за задержки диабетики оставались без насущно необходимых индикаторов своего состояния.

Можно сколько угодно вспоминать об изменении системы обеспечения лекарствами, ее плюсах, и еще больше — о минусах. О том, как калининградцы выходили на митинги, потому что страдали без необходимых им медикаментов, и о том, как меняющиеся министры здравоохранения говорили, что все в порядке и сложностей с обеспечениями льготников лекарствами нет.

Или о том, как в этом году, по словам чиновников, на 100 миллионов рублей увеличили финансирование льготного обеспечения лекарствами. Но все эти заявления не меняют того факта, что больные, нуждающиеся в жизненно важных для них тестах, теперь должны покупать их за свой счет. Но только страдающим диабетом, многие из которых находятся в преклонном возрасте, непонятны нюансы модернизации.

Алёна ПЯТРАУСКАЙТЕ, корреспондент

Забыли маленьких 
Не прошло и месяца, как всероссийская законотворческая махина повернула наконец свой сияющий лик в сторону российских сел. О которых в пылу больших муниципальных преобразований каким-то образом умудрилась забыть.

Дело в том, что, пока все ахали и охали, оценивая новшества выборной системы, никто как-то не обратил внимание на один маленький, но очень важный пункт — закон не для всех вступает в силу одновременно. Для районов — с 1 января 2015 года. А для поселений — с 27 мая 2014-го. И все бы ничего, только вот документ этот вводит новые правила относительно того, кто за что должен отвечать.

Сельские поселения должны передать «наверх» львиную долю своих полномочий. Разумеется, вместе с деньгами на их исполнение. Причем полномочия далеко не номинальные — а самые что ни на есть жизненно важные. Сказано — сделано. Но только на бумаге. Денег в районных бюджетах (как, впрочем, и кадров) в этом году такую рокировку никто не предусмотрел.

В итоге сложилась нормальная для России, но не для законов логики ситуация: районы и рады бы резко расширить круг своих обязанностей, но не могут, а сельские поселений рады бы сузить — но некому их передать. При этом подписать ни один документ главы сел не могут — не их, мол, больше дело. В итоге «ничейными» остались вопросы ГО и ЧС, «повисли» все аварийно-спасательные работы, полная неразбериха пришла в жилищно-коммунальное хозяйство и даже в тонкую сферу ритуальных услуг.

В итоге власти муниципальных образований забили тревогу, и правительству региона пришлось сочинять отдельный закон, чтобы как-то исправить ситуацию. Закон хотели быстро «протащить» на последнем перед летними каникулами заседании облдумы — иначе куковать бы сельчанам без аварийщиков и градостроения до самой осени.

Как выяснилось, ларчик открывался куда проще — это стало понятно, как только Ассоциация муниципальных образований обратилась в Москву. Там быстро приняли поправки к новому закону и вернули сельским поселениям прежние полномочия до конца года. За это время все должны успеть обменяться бюджетами и решить кадровые и имущественные вопросы.

История эта, которая вполне могла пройти незамеченной (подумаешь, посидели с месяцок маленькие села с парализованной властью), если бы не была столь показательной. К тому, что законы в стране, мягко говоря, сочиняются не всегда для людей — все вроде как привыкли. Андрей Звягинцев выковыривает из своего «Левиафана» непечатные выражения благодаря блестящей компании за чистоту русской речи, а благодаря реформе полиции народу ничего не остается, кроме как сколачиваться в дружины и защищать себя самостоятельно. И никто особо не жалуется. Но забыть при написании закона про все села страны — это высший пилотаж.

Алла СУМАРОКОВА, корреспондент

Фото из архива «Нового Калининграда.Ru» и flickr.com