"Дожили до весны": фоторепортаж "Нового Калининграда.Ru"

Общественная организация "Суп для людей" этой зимой расширила спектр своей деятельности. Теперь те, кто лишен крова над головой, могли не только получить горячую еду, но и некоторое подобие крыши. Начав акцию "Дожить до весны-2010" в самые трескучие морозы, активисты продолжают ее и по сей день. При всей пафосности названия, оно как нельзя лучше подходит к сложившейся ситуации. Ведь в морозы в Калининграде несколько человек скончались от переохлаждения. В один из дней зимы корреспонденты "Нового Калининграда.Ru" отправились на место, где ждали весну.


Возле торгового центра "Акрополь" в пятницу вечером особенно многолюдно. Суп раздают каждый будний день, а впереди сразу четыре выходных. Нужно непременно поесть. Кто знает, наступит ли для каждого из этих людей заветная среда и смогут ли они поесть до следующего прихода волонтеров. Подходим к месту раздачи супа, в толпе сразу же чувствуются неприятный запах, неуверенные движения нетрезвых людей. Игорь Пюльзе, волонтер проекта "Суп для людей" отводит меня в сторону: "Осторожно, этот человек только что кашлянул кровью. Подозреваем туберкулез. Уже вызвали скорую - едут. Надо проверить. У нас первый раз такое, как бы кого не заразил".


Мужчина из толпы, представившийся Анатолием, вызывается объяснить ситуацию: "Я про туберкулез все знаю. Сам болел, пока сидел. О! Чего я только не повидал! Сидел, потом снова попал. Но вы-то не думайте, не все, кто сидят виноваты. Ну, так вот, с ним теперь из одного стакана главное не есть. И передается все воздушно-капельным путем". Пытаюсь выяснить у собеседника, что он здесь делает - только ли обедает или еще живет в палатке, сделанной для бездомных людей и почему бесплатный суп из стаканчиков столь привлекателен для вполне себе работоспособного человека. "А вам зачем? Ну и что, что корреспондент? Что вы с этим со всем делать будете? Вы лучше суп попробуйте", - пытается угостить собеседник. Но почему-то в этот раз журналистский прием "испытано на себе" меня совсем не привлекает. "Я, вы знаете, живу не здесь. Я бы вам столько мог рассказать, столько, да вы же забудете все. Здесь все по-другому. И не так, как вы думаете", - рассказывает Анатолий. - "Я сюда совсем не за помощью пришел, я к друзьям, здесь мои друзья, вот пообщаться, поговорить".


В это время к нам подходит подруга Анатолия: "Ну, что разболтался? Супу-то взял?" "Да пошла ты", - куда-то испаряется вежливость собеседника. Он отворачивается и как бы украдкой протягивает своей спутнице ведерко. "Вот я сидел, вот теперь освободился. Вы не думайте, не все кто сидит, плохие", - продолжает он. Между тем у ведер с едой начинается ссора. Подруга Анатолия, очевидно, хочет набрать еды впрок, однако ее замечает другая женщина. Крик, брань, еще немного и началась бы женская драка. Но их вовремя останавливают. "Ну, что - у меня вот", - показывает свою наполенную тару женщина. Анатолий тоже хвастается ей набранным ведерком. "А третье - пустое?" - спрашивает она. "Ну, да. Ладно, идем", - говорит мой собеседник своей подруге. - "И все равно вы ничего не поняли. Вот пошли бы с нами, мы бы вам рассказали", - обращается он уже ко мне.


Мы идем к брезентовой палатке, в которой пытаются пережить зиму часть наших сограждан. На входе нетрезвый мужчина демонстрирует свои почерневшие руки и кричит собеседнику, также не отличающемуся трезвостью: "Вот эти вот руки. Вот эти вот руки - золотые. Да, я зарабатываю. Я много зарабатываю. Деньги есть. Все, что зарабатываю - пропиваю. А руки вот - золотые". Оказывается, что и у его оппонента тоже золотые руки. Мы оставляем их выяснять, в чьих руках больше драгметалла. В "бомжеубежище" темно, те, кто сидит внутри, намного спокойнее своих товарищей по несчастью, выясняющих отношения на улице. К корреспондентам подходит женщина по имени Людмила. Ей нужна помощь. Она ищет тетю из "большой России". "Бомжевать начала рано - с 14. Там и выпивать. У матери муж был. Он нас бил, а потом меня и старший брат бил. А вот потом попала в больницу, он квартиру продал. Теперь вот так. А кому я нужна? Вот только тетю бы найти. Я уж ей писала, да не ответила. Вы садитесь, садитесь, тут чисто", - приглашает женщина присесть на то, что, вероятно, служит кроватью. "Вы уж найдите. А то я и не знаю, что делать. Никому не нужна", - жалуется она.


Она рассказывает достаточно длинную и путанную историю о том, что мать пила и дома было плохо, Людмила ушла оттуда, где было плохо. Но то, что она построила в своей жизни совсем не лучше того, что было. В этой истории сложно найти концы, разобраться, кто же виноват и что делать. Понятно только, что жизнь была мерзкой и малорадостной и она начала пить. И прежде чем осуждать ее, подумайте, чтобы сделали вы, окажись вы без крова над головой, денег и образования. Вы и правда бы потратили последние деньги на хлеб, который хоть и утоляет голод, но ни на секунду не притупляет осознания этой давящей реальности. Тем более, если перед глазами не было бы другой реальности. "Я все, что зарабатываю, то и пропиваю", - почти с гордостью говорит один из жителей ночлежки. К нему прислушиваются. Здесь нет и не было другого порядка вещей. Нельзя сказать, что эти люди подавлены горем. Для них это все - вполне естественно. Вспоминаются слова первого собеседника: "Вы так ничего и не поняли".


Мы и правда ничего не поняли. Посмотрели, ужаснулись, но и в самом деле мало что поняли в этой жизни. Наоборот, путаницы даже добавилось. Потому что в данном контексте на два главных вопроса: "Кто виноват" и "Что делать" ответа не нашлось. Ведь никто не раздаст вместе с супом новый образ жизни. А значит, у этих уличных людей родятся такие же уличные дети. И они тоже будут воспринимать бесплатный суп и уличную ночлежку как естественный порядок вещей. И что с этим сделать - пока непонятно. Поэтому остается присоединиться к Российскому Красному Кресту, МЧС России, Калининградской Епархии РПЦ, ОГУСО "Калининградский центр соц-труд реабилитации" и группе волонтёров "Суп для Людей" (Российский союз молодёжи), которые вместо размышлений и долгих осуждений просто пытаются помогать этим людям. Потому что они - тоже живые.

Текст - Ирина САТТАРОВА, фото - Алексей МИЛОВАНОВ.

Комментарии к новости

Самая стыдная история

Заместитель главного редактора «Нового Калининграда» Вадим Хлебников, о наиболее ярком «обмане» инвестора в истории области.