Апокалипсис вчера

В последние дни мая 1977 года Варшавский договор в лице 18 советских армий, а также армий ГДР, ЧССР и ПНР провел крупнейшее оперативно–стратегическое учение на западном театре. По существу, "Запад–77" был полномасштабной тренировкой по ракетно–ядерной войне — и если бы его страшный сценарий стал реальностью, на Европу обрушилось бы около двух тысяч ядерных боеголовок.


Под командованием маршала Устинова

В руках "Вести Сегодня" — доклад начальника Генштаба Вооруженных сил СССР, Маршала Советского Союза Николая Васильевича Огаркова с перечеркнутым грифом "Сов. секретно". Высшее воинское звание и Золотую Звезду Героя Огарков получил именно в 1977 году — так партия и правительство оценили его заслуги по подготовке "Запада–77". Формальным командующим был министр обороны Дмитрий Федорович Устинов, но реально войска "западных" и "восточных" подчинялись Огаркову.

По легенде маневров, "западные" (НАТО) сосредоточили войска и силы флота для нанесения внезапного удара по Варшавскому договору ("восточным"). В дело должны были пустить 85 дивизий, 3700 самолетов и 450 кораблей. Причем НАТО "под видом учений" удалось создать 3–5–кратное превосходство на направлениях действий своих ударных группировок. Основными целями являлись Калининград, Брест и Львов — то есть собственно территория СССР. На взятие всей ГДР отводилось 7 суток.

Варшавский договор, ведя все виды разведки (включая "специальную" — то есть заброску групп спецназа), разумеется, "без нарушения государственной границы", разгадал замысел противника. На границе с НАТО были срочно созданы целых пять фронтов. В среднем войска проходили за сутки 250–300 км. Перед Объединенным Балтийским флотом поставили задачу: "завоевать и удержать господство на море, уничтожить основные авианосные ударные и корабельные группы "западных", нарушить их морские перевозки…" В дальнейшем при оценке действий моряков маршал Огарков подверг их жестокой критике: недооценка сил противника и завышение своих возможностей.

Ровно в четыре утра…

В предрассветной дымке 3 июня 1977 года "западные" вторглись на территорию ГДР и Чехословакии. Как отмечал в докладе Н. В. Огарков, "противник, располагая данными о районах размещения пунктов управления, нацелил для их уничтожения вертолетные десанты, диверсионные группы и удары авиации, что случилось, например, с КП 2–го фронта". "Восточные" попали в сложную ситуацию — их войска еще выдвигались к месту сражения. Для отвлечения противника 1–й фронт и Балтийский флот начали десантную операцию по овладению датскими проливами, Ютландским полуостровом и островом Зеландия. Однако и тут "было стремление руководства фронта и флота решать свои задачи самостоятельно, без должного согласования и увязки". По мнению маршала Огаркова, именно взаимодействие войск было "самым узким местом" у "восточных".

Тем не менее 4–й фронт сил Варшавского договора развивал удар в направлении Фульда–Саарбрюккен. В действие вошла 109–я воздушно–десантная дивизия. Войска "перешли в наступление на гамбургском, ганноверском, франкфуртском, мюнхенском направлениях и за 3–4 суток продвинулись на 100–150 км". И только Прагу приходилось оборонять… В целом же наши "фактически рассекли группировку "западных" и создали выгодные условия для ее разгрома и овладения территорией ФРГ". Да что там Западная Германия — "войска 1–го армейского корпуса Голландии оказались в окружении"!

Ядерная фраза

С 10 июня 1977 года "западные" начали подготовку к ударам тактическим ядерным оружием. Но на следующий день "восточные" приняли решение о "СВОЕВРЕМЕННОМ НАНЕСЕНИИ ПЕРВОГО ЯДЕРНОГО УДАРА". Ведь, как учил маршал Огарков, "все важные объекты, если их можно поразить, надо уничтожать немедленно". А "эффективным средством ослабления ядерного удара противника является массированное подавление его систем управления ядерными средствами". Апокалипсис начался 11 июня в 11.29.

Масштабы ядерного наступления были гигантскими: только 2–й фронт "восточных" в первом ядерном ударе применял 300 боеприпасов. Но "западные" успели выстрелить буквально через минуту. На войска Варшавского договора обрушилось 680 боеголовок, и еще 400 — "по глубине страны, до западных областей СССР". По оценке посредников, "восточные" сохранили только 36% соединений — вдвое больше "западных", так как удар последних все же оказался мощнее. Всего в первом ударе погибли бы 750 тысяч солдат с обеих сторон…

Разумеется, с присущим советскому стилю оптимизмом и после такой катастрофы оставшиеся в живых должны были продолжать наступать. "Обстановка для них была создана сложная, — говорил впоследствии Н. В. Огарков. — Однако реагирование на нее было правильное". В то же время — "Карты ведутся небрежно… Не было дежурной смены телеграфистов… Не во всех штабах, к сожалению, правильно представляют задачи радиоэлектронной борьбы". В общем, "Запад–77" привел советское командование к идее "более быстрой передачи… боевого опыта минувшей войны" молодому поколению военных. Особо были отмечены маршалом Огарковым "буржуазные пропагандистские органы", которые "нагнетают атмосферу страха… изображая армии социалистических государств в роли агрессора".

Умер Николай Васильевич Огарков 23 января 1994 года. Чечни он не увидел.
Источник: Информационный портал Даугавпилса

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.