"Арктика-2007" может увеличить территорию России на 1 миллион квадратных километров

Пилот глубоководного обитаемого аппарата «Мир» Анатолий Сагалевич вернулся в Калининград. Таким образом, экспедицию на дно океана в районе Северного полюса можно считать законченной. Особенностями «хождения на дно» доктор Сагалевич поделился с журналистами.

- Начиналось все еще в 1998 году. Тогда и появилась идея о погружении в точку Северного полюса. Многие отнеслись к этому скептически. Одно дело погрузиться под воду, и даже если вы всплывете не в нужной точке, вас всегда найдут. А когда над головой сплошной лед и есть только маленькое пространство открытой воды, в которое надо умудриться попасть, – все довольно сложно.

В данной экспедиции многое происходило впервые.

- Впервые в нашей практике аппарат «Мир» должен был работать с другого судна. На этот раз с судна «Академик Мстислав Келдыш», где все приспособлено для работы аппаратов, есть все необходимое для спуска, оборудована лаборатория, «Миры» надо было перенести на «Академик Федоров». Его нужно было переоборудовать в течение двух недель. Все это время мы стояли на рейде в Балтийске. Затем был переход в Мурманск, где мы встретились с экипажем ледокола «Россия».

И вот мы отправились в это непростое путешествие. Я был во многих точках земного шара, но в Арктике – впервые. Для меня было много откровений.

Несмотря на то, что «Академик Федоров» судно ледокольного класса, но все-таки не ледокол. Прокладывал нам путь ледокол «Россия». Я видел, как огромные куски льда по два с половиной метра толщиной выворачиваются судном, а за ним в четырехстах метрах шел «Федоров», на котором находилась наша команда. Очень часто случалось, что мы застревали и останавливались. «Россия» прошла, льды сомкнулись. Тогда ледокол возвращался и проделывал весь отрезок пути заново.

Перед нами прежде всего стояла задача найти полынью. Ведь для того чтобы всплыть, надо иметь точный ориентир. И второе, аппарат никогда не должен терять горизонтального движения. Здесь важную роль играет балласт. В мире всего четыре глубоководных аппарата: два у нас, во Франции и Японии. Французы при всплытии сбрасывают мешки с песком, японцы - чугунные чушки. Обычно мы сбрасывали воду, но в этой экспедиции в целях экономии электроэнергии взяли в качестве балласта груз.

Помню, как мы с Артуром Чилингаровым осматривали «Мир» изнутри. Артур Николаевич спросил меня: «Ты здесь будешь лежать или сидеть?». Я ответил: «Сидеть». «Сядешь в другом месте», – был мне ответ.

Для того чтобы отыскать хотя бы небольшое пространство открытой воды, использовались вертолеты. Прошло немало времени, и вот однажды в четыре часа утра меня срочно вызвали на мостик и указали – вот полынья. «Вас такая устроит?». Вокруг были и другие открытые участки, свободные ото льда, но небольшие. А указанный – пятьдесят на тридцать метров. «Устроит!».

Мы бросили ледовый якорь в эту полынью. В первом глубоководном аппарате экипаж был российский, в другом – международный. А со мной были Артур Чилингаров и Владимир Груздев.

Опустившись на дно, мы с интересом разглядывали его: чистое, нет никаких выходов пород, нет камней, а малейшее движение вызывает подъем мути и практически нулевую видимость. На грунт садились вслепую. Мы взяли со дна образцы актиний и осадка, которые впоследствии будут изучаться и анализироваться. Тогда же мы положили на дно специальную капсулу с обращением к тем, кто когда-нибудь побывает здесь после нас. Там написано, что мы сделали этот исторический шаг во имя будущего человечества. Именно этот момент всколыхнул весь мир, вызвал волну всевозможных реакций – от положительных до прямо противоположных.

Из-за плотного облака ила долго не могли приступить к установке флага. Одна попытка, другая, и наконец манипулятор захватил титановый стержень с акриловым российским триколором, изготовленным на калининградском «Факеле».

На постаменте помимо прочих нанесено название нашего Института океанологии РАН и Института Арктики и Антарктики Гидромета. А также имена пилотов, которые спускали аппарат.

Затем начался подъем. Когда мы прошли рубеж 2000 метров, выяснилось, что мы отклонились от полыньи на 1300 м. Более часа Сагалевич выводил батискаф из-подо льдов. О торосы разбили крышку люка. Победа!

Вскоре на поверхность поднялся второй глубоководный аппарат. Тут же была откупорена 10-литровая бутылка шампанского.

- К тому моменту еще не осознавали важности сделанного. Конечно, была радость, было осознание победы. Позади очень трудные 4300 метров. Истинные масштабы проделанного мы поняли только, когда прибыли в Москву. Стояла жара 32 С, а мы были в теплых синтетических свитерах. Нас встретило такое огромное количество людей. Все обнимали, целовали. Даже у меня на глазах выступили слезы. Переодевались мы прямо в машинах по дороге в Кремль.

Президент спросил: «А сколько флаг простоит на дне?». Мы ответили, что этот флаг будет стоять вечно, и, может быть, кто-то его отыщет, если отважится погрузиться на глубину 4300 метров. Высота флага 1 метр, скорость зарастания илом - 1 см в тысячу лет. Так что, кто знает…

Итоги экспедиции «Арктика-2007» станут известны через полгода, когда завершится изучение взятых батискафами на дне Северного Ледовитого океана проб. И если эти результаты подтвердят, что хребет Ломоносова, где был установлен флаг, – часть континентального шельфа России, территория РФ увеличится на 1 млн кв. км.
Источник: Янтарный караван

Комментарии к новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.