Подозрительность русских удручает

а форум, открывающийся 12 сентября в Гамбурге, приглашены члены российского "Комитета-2008", в том числе главный редактор "МН" Евгений Киселев. Им предстоит принять участие в дискуссии "Регион Балтийского моря как мост между Россией и Евросоюзом". Накануне заседания директор проекта Уффе ЭЛЛЕМАНН-ЙЕНСЕН ответил на вопросы "МН".



- Вы были министром иностранных дел Дании с 1983 по 1992 год. И наверное, лучше, чем многие, можете судить о людях, стоявших у руля внешней политики времен Советского Союза и России нынешней?

- В доперестроечную пору в СССР ощущалась заскорузлость и монументальная незыблемость точек зрения. Это замечательно передает анекдот о министре иностранных дел Андрее Громыко, с которым мне доводилось общаться весьма часто. Знаете такой? Громыко вызывает дипломата в Москву и сообщает: "Товарищ посол, надо нам срочно обменяться мнениями. Но сразу договоримся: ко мне вы зайдете со своим мнением, а выйдете - с моим..." Если же серьезно, то тогда можно было обсуждать любую проблему лишь в очень узких рамках, и реальных подвижек при этом не было.

Горбачевская эпоха демонстрировала гораздо большую открытость. К примеру, долгое время существовал список людей, которых категорически отказывались выпускать из страны. Однако в первую же мою встречу с новым советским министром Эдуардом Шеварднадзе тот предложил: "А давайте посмотрим этот список!" После чего некоторые "отказники" получили возможность выезда.

Важнейшее отличие дня сегодняшнего я вижу в том, что стало возможным вести диалог с российскими партнерами. Разумеется, в нем каждая сторона исходит из интересов своего государства, но наблюдается более реалистичное отношение к тому, как сегодня выглядит мир.

- Экономические связи Западной Европы и России прервала Октябрьская революция 1917-го и политика "железного занавеса". А вот уже век нынешний: "Евросоюз и Россия должны сделать решительный шаг к тесному политическому и экономическому сотрудничеству". Насколько слова из вашего выступления на Балтийском форуме-2002 сегодня близки к реальности?

- Инициатива создания Балтийского форума, выдвинутая в свое время главой германского МИДа Гансом-Дитрихом Геншером и мной, заключалась в следующем. Мы получили новый расклад на политической карте Европы, и чрезвычайно важно, чтобы нашла на ней свое место Россия. Нам необходимо налаживать сотрудничество - ведь регион, насчитывающий свыше 100 миллионов жителей, обладает огромным потенциалом, уровень экономического развития здесь ощутимо выше, чем по Европе в целом.

К сожалению, до сегодняшнего дня в плане сотрудничества с Россией не произошло ничего существенного. Более того, именно с 2002 года некоторые процессы получили негативное развитие. Достаточно вспомнить трения в связи с расширением Евросоюза. Схожая ситуация и с переговорами по Калининградской области: реальные капиталовложения могли бы обеспечить российскому эксклаву экономический толчок, однако то тут, то там высказываются опасения, что область отделится от метрополии.

Наша позиция абсолютно прозрачна: у области, окруженной со всех сторон странами Евросоюза, настолько слабое социально-экономическое развитие и невысокий уровень жизни, что мы не можем не быть заинтересованы в ее прогрессе. И мы пытаемся создать условия для взаимодействия, а это возможно лишь через диалог и отказ от взаимной подозрительности.

Тема Калининграда будет вновь затронута на форуме в Гамбурге, и я искренне надеюсь, что там будет найдено сбалансированное решение. Правда, пока меня не покидает ощущение, что российская сторона по старинке считает: если кто-то выигрывает от расширения ЕС, то другая сторона непременно проигрывает.

- Оптимизма в ваших словах довольно мало...

- Невозможно не увидеть радикальных перемен, сравнивая сегодняшнюю Россию с той, что я знал в начале 80-х. Но закрывать глаза на то, что затрудняет отношения, было бы неверным. Озабоченность, например, вызывает тот факт, что до сих пор российская экономика зависит от энергетического сектора и цен на нефть. Другой причиной для беспокойства можно назвать слишком медленный темп экономических реформ. Российское руководство должно предпринять реальные шаги по присоединению страны к Всемирной торговой организации. Это может резко улучшить отношение Запада к России.

- Кстати, об отношении. Если перелистать страницы датских газет, то заголовки весьма однотипны: "Рабство в России", "Холодная война между ЕС и Москвой", "Россиянин убил из мести"...

- Не стану отрицать - большинство статей о России в наших СМИ носит негативный характер. Но датская пресса не является исключением. Не сомневаюсь, что заданный через Интернет поиск слова Russia, например, в британской прессе приведет к еще более удручающим результатам. Ничего не поделаешь - в демократических странах нельзя вторгаться в работу медиа. Другое дело, что на Западе все еще не привыкли к мысли, что мы теперь имеем дело не с Советским Союзом, а с Россией. И подача российской тематики тоже во многом базируется на устаревших понятиях. Полагаю, что это исчезнет со временем.

Кстати, возвращаясь к теме ВТО. Заложенная в этом союзе выгода состоит не только в материальном исчислении, но и в устранении негативной психологической ауры, окружающей многое, что связано с Россией. И это опять же не может не способствовать привлечению в страну западных инвесторов.

- Вспоминается высказывание главного экономиста Всемирного банка в Москве Кристофа Руэла в интервью журналу Newsweek: "Будучи инвестором, демократией на самом деле не интересуешься..."

- Это правда. И все-таки я уверен, что настоящие стабильность и законность существуют только в тех странах, где создано реальное демократическое общество. По крайней мере, хочется надеяться, что президент Путин внесет свой вклад в развитие российского общества в сторону большего плюрализма мнений.

- Говорят, вы лично с ним знакомы?

- Да, мое знакомство с Владимиром Путиным произошло еще в 1992 году, когда он работал в Санкт-Петербурге, при Собчаке. В то время осуществлялся вывод советских войск из Восточной Европы, и возвращавшимся домой офицерам негде было жить и нечем заниматься. У нас в Дании в старину демобилизованным выделяли землю. И мы выступили с инициативой переобучить ваших военных на земледельцев. В районе Ладожского озера было выделено немного земли под заселение, туда я и приехал на приемку проекта российской стороной. По ходу поездки, в которой меня сопровождал молодой вице-губернатор, нам надо было продолжить маршрут на военном вертолете. Делегация уже было собиралась погрузиться на борт, как Путин тихонько придержал меня за локоть и шепнул на прекрасном немецком: "На вашем месте я бы не рисковал - машина в жутчайшем состоянии". На меня эта искренность произвела тогда благоприятное впечатление.

- На последних президентских выборах Путин был избран большинством россиян. Любопытно, за кого из кандидатов голосовали бы вы?

- За Путина. А кто там еще реально был в списке? К тому же у Путина в последний президентский срок есть шанс провести непопулярные реформы. В первую очередь речь идет о создании эффективной системы налогообложения. Ведь будем откровенны: на уровне обывательской логики понятно, что неплохо иметь налоговую систему, из-под контроля которой нетрудно ускользнуть. Однако это - одно из важнейших условий, которое сплачивает общество для совместной работы.

- Демократическое крыло потерпело серьезное поражение в России. Что бы вы пожелали демократам в этой ситуации?

- Прекрасно понимаю чувство разочарования российских демократов, но полагаю, что им нельзя сдавать позиций. Наверное, мой совет был бы таков - оставаться в поле зрения СМИ и формировать общественное мнение. Работа качественной оппозиции, собственно говоря, и заключается в том, чтобы заставить политических лидеров выполнять свои предвыборные обещания. Так можно оказывать давление на власть и продвигать необходимые реформы.
Источник: Московские новости

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.