Конец арт-проекта

К Национал-большевистской партии относиться можно по-разному. Кто-то нацболов презирает, обзывая дураками и фашистами, кто-то восхищается, считая их за героев и политзаключенных. Но то, что НБП заслуживает внимания - бесспорно. Это вообще единственная партия, созданная не "сверху" - солидными дядьками из просторных кремлевских кабинетов (ну, или антикремлевских, но дядьки там тоже вполне себе солидные), а по инициативе людей, от высокой политики весьма далеких. Писатель все-таки Лимонов или все-таки политик - но в 1994 году, в момент зачатия партии, Эдуард Вениаминович опыта политических баталий не имел (ну, если не считать политикой стрельбу на Балканах). Второй отец-основатель неореволюционной организации - Александр Гельевич Дугин тоже гениальным политтехнологом не считался, да и сейчас является скорее философом-евразийцем, а не советником президента.

Естественно, у двух таких людей ничего похожего на типичную российскую партию - со скучной программой и обкомовскими секретарями в качестве (зиц-)председателей, - получиться не могло. Естественно, два таких небанальных человека, как Лимонов и Дугин, не могли не поссориться - и поссорились так крепко, что последнему в итоге пришлось оставить партию. Александр Гельевич как-то в интервью даже заявил, что "НБ" - это его, а вот "П" - это Лимонов. (Александр Гельевич тогда еще обозвал писателя гомосексуалистом и рядом других нехороших эпитетов, но это к делу не относится.) Но и эту ссору отцов-основателей нельзя назвать политической - первичным являлась именно идеология, а не вся эта партийно-бюрократическая "бодяга" - документы-регистрации-выборы. Идеология НБП - это вообще вопрос, достойный отдельного и тщательнейшего изучения.

Знаменитая программа 1994 года написана с явным закосом под 25 пунктов НСДАП. В начале своей истории партия вообще была очарована национал-социализмом - отсюда и знамя, стилизованное под нацистское, и риторика красного национализма в его наиболее радикальной форме. Проще говоря - бей жидов и буржуев. Не буду обвинять НБП в фашизме - для этого существует движение "Наши", я же склонен полагать, что фашисты вымерли в 45 году прошлого века, и вряд ли когда-нибудь будут снова угрожать человечеству.

В действительности квинтэссенция идеологии НБП - это преклонение перед всем радикальным, экстраординарным. Каждый враг истеблишмента уже может считаться нацболом. Лимонов как-то сказал о программных документах: они нужны только на бумаге, следовать написанному необязательно.

Показательна рубрика "Легенда" партийной газеты, названной писателем "Лимонкой" (Эдуард Вениаминович, как известно, излишней скромностью никогда не отличался). В той, ныне не существующей, рубрике слова восхищения, переходившего в преклонение, адресовались Ленину и Сталину, Гитлеру и Муссолини, Махно и Че Геваре, Юкио Мисиме и Карлосу Маригелле. Интересный набор, не правда ли? Как оказалось - неплохо сочетаемый.

Эдуард Вениаминович высмеивал Зюганова и призывал голосовать за Ельцина, хотя, казалось бы, красно-коричневому Лимонову ближе должны были быть леваки, чем либералы. Но в целом в первые годы НБП являлась скорее ультраправой партией, искавшей союзов с националистами.

Впрочем, Севастьянов, Баркашов и прочие ретивые борцы за будущее русского народа националистов в нацболах не признавали. Хотя где сейчас Баркашов, и кого волнует НДПР и прочая веселая компания (вакантное место ныне прочно застолблено ДПНИ)?

После ухода Дугина идеологию партии можно было уже характеризовать как однозначно левую. Гитлер и Геббельс живо были выдворены из нацбольского сознания и оперативно заменены Лениным и Дзержинским. Если пойдем дальше, можно вспомнить книжку с гордым названием "Другая Россия", в которой вождь революционеров всея Руси описывал "очертания новой цивилизации".

Я, быть может, недостаточно подкован в политологии, но причислить борьбу за сексуальную комфортность, за разрушение семьи, за право на войну к какой-либо политической концепции так и не смог. Ответ подсказал журнал "GQ", в котором председатель НБП числится колумнистом. Очередную статью Лимонова дали с таким подзаголовком: "Что бы ни делал Лимонов — революцию, любовь или колонку в "GQ" — у него получается литература."

И действительно. Он ведь, в принципе, все тот же нью-йоркский Эдичка. Правда, дебоширит уже в политике, да еще обзавелся сединой и званием "политического заключенного". Рискну предположить, что если бы Чак Паланик у себя в штатах решил создать свою партию, у него бы получился американский аналог НБП. Кстати. Участники "Проекта Разгром" в "Бойцовском клубе" обязаны одеваться во все черное и очень коротко стричься. Ничего не напоминает?

Лимонов не национал-большевик, конечно же. Он сталинист, национал-социалист, анархист, он кто угодно - в зависимости от погоды, настроения, и ситуации в стране. Он, как пел его бывший сторонник Егор Летов, "всегда будет против". А против кого - найдется.

Давайте признаем: мало кто из членов НБП пришел в эту организацию, прочтя партийную программу или впечатлившись художественными трудами Эдуарда Савенко. Электорат партии - молодежь. Зачастую даже тинейджеры. Самая агрессивная и бескомпромиссная часть общества. И вот представьте себе, вы - молодой крепкий парень лет восемнадцати. Жизнь в стиле "Дома-2" вы ненавидите, а книжки Дарьи Аркадьевны Донцовой считаете пригодными только для использования в общественных уборных. Вас одолевает жажда чего-то глобального. В детстве у вас над кроватью висел плакат с Че Геварой. И вы четко помните слова Долорес Ибаррури, написанные под этим плакатом: "Лучше умереть стоя, чем жить на коленях". Ну и куда вы пойдете? Скины скучны, неподкупающе маргинальны, и в массе своей не умны. Да и быть сегодня бритоголовым - это уже почти конформизм. В панки податься? Зеленый ирокез вкупе с облеванной косухой. Ну-ну. И тут вас осеняет: политика! Это уже круто. Это борьба за будущее Родины, а не какие-то левые пьянки со шлюхами из ближайшего ПТУ. Как все помнят, до 2005 года молодежных движений в стране фактически не было. Ни "Наших" с румоловцами, ни оборонцев, вообще ничего. И тут - НБП.

Революция. Социальная и национальная справедливость. Врагов - пытать и вешать. Да, смерть! Хмурые, суровые лица ровесников, облаченных в черные одеяния. Партбилет, который бережешь пуще паспорта. Акции прямого действия, потасовки с ОМОНом. Твои статьи в "Лимонке". Вот твой друг - политзек. А вот и твой враг: трижды проклятое полицейское государство, которое должно быть уничтожено. Идеология? Какая, к чертям собачьим, идеология!

Нужно устроить революцию, а что будет потом - не суть важно. Когда отдадут "всю власть НБП!", вождь разберется, что делать.

Поэтому-то феномен НБП (а это действительно значимый феномен российской действительности) и нужно считать культурно-эстетическим, а не политическим.

Серп и молот в белом круге на красном фоне, Летов, поющий "И вновь продолжается бой", жесткий и безаппеляционный вождь, прорывы милицейских кордонов под вопли о Сталине, Берии и ГУЛАГе - вот в чем причина популярности НБП. В том, что она была самой интересной (настаиваю на этом - самой интересной) партией.

А теперь переключимся в день сегодняшний, в год 2006-й. Тридцать девять осужденных за захват администрации президента нацболов, может, и совесть нации, но как-то это уже совсем лишено романтического пафоса. Грустно от всего этого. Вождь больше не правит умами масс. Он пишет о ситуации в стране, разоблачает агентов ФСБ, и ругает Путина в режиме нон-стоп. Это если партийную прессу почитать. А если зайти на сайт "Грани.ру"... Говорят, на 6-ом съезде НБП Лимонов заявил, что не нужно читать его статьи на "Гранях", ибо это не для национал-большевиков. Ибо Касьянов в качестве единого кандидата для оппозиции, зеки и сектанты как авангард революции и Хакамада с Каспаровым в лице лучших друзей - это переварить тяжело.

Лимонов, ну скажи ты, что нужно объединяться с "Аль-Каидой" для бомбардировок Кремля, что холокоста не было, да что угодно, что угодно, только не этот вялый старческий бред. Где ты, ненормальный экстремистский вождь, которого так любили пацаны, записывавшиеся в НБП от Калининграда до Хабаровска? Чем сегодняшний Э.Л. отличается от, например, Каспарова? Пишут оба одно и тоже. Что Путин гад, за окном - кошмарный тоталитаризм, что все плохо и будет, обязательно будет, только хуже. Митинги ОГФ и НБП вместе проводят, лозунги тоже одинаковые.

Акции прямого действия, некогда поражавшие смелостью и находившие сочувствие простого народа (Рижская и Севастопольская акции, например), теперь отдают странной меркантильностью. "У нас появился еще один политзек! Теперь их стало 19!" гордо рапортует пресс-служба. Что хорошего-то? Ситуация в стране изменилась? Сотни тысяч разъяренных людей штурмуют здание правительства? Да нет, вроде. А этому "еще одному политзеку" страдать всю жизнь, ибо судимость в нашей стране является клеймом, навсегда лишающем достойной работы (и не только).

"Лимонка" превратилась в стопроцентную агитку. Текстов идеологического характера, написанных жестким языком, больше нет. Некогда самая радикальная газета находится на уровне какой-нибудь "Новой газеты".

НБП привлекала к себе не только подростков, но и уже зрелых творческих людей. Где они теперь? Курёхин умер, Летов ушел, тот же Алексей Цветков уже давно как не нацбол. Кто пришел вместо них? Вместо Дугина у НБП теперь Владимир Ильич Линдерман, бывший порноделец. Сегодняшняя партия не в состоянии привлечь в свои ряды творческую контркультуру. Да и сама она становится все менее радикальной. Красно-черно-белое знамя частично сменили на черный (иронично названный недоброжелателями "пиратским") флаг, вместо эпатажного "гауляйтер" употребляют политкорректное "офицер НБП" или "командир отделения".

Политик победил в Лимонове литератора. К несчастью. Потому что нынешнее нацболы - это качественно те же АКМ и "Оборона".

От феномена с аббревиатурой "НБП" остался один лишь Лимонов, стремительно стареющий как физически, так и духовно. Ну трудно быть революционером в 63.

Так что все разговоры о том, что НБП умерла - чушь. Партия, безусловно, существует. А вот нацболы... Нацболов, пожалуй, больше нет. Остались одни лишь члены Национал-большевисткой партии.
Источник: Русский журнал

Дискомфортная среда

Главный редактор «Нового Калининграда» Алексей Милованов о том, чего не хватает Калининграду, чтобы стать удобным для жизни городом.